У нас почему-то думают, что дискриминация – это одно, а покровительство и поощрение – это совсем другое. Что если кого-то щемят, то, значит, ему не покровительствуют, а когда покровительствуют и защищают – так, значит, никоим образом не щемят.
Это глупость. На самом деле чистое ущемление встречается редко (хотя бывает), а чистого беспримесного покровительства не бывает практически никогда. Более того, обычно дискриминация и покровительство идут рука об руку. Собственно, в большинстве случаев первое производится ровно для того, чтобы предложить второе.
Ну вот допустим – такая картинка.
Имеется какая-то группа граждан (евреи, негры, гомосексуалисты, мигранты, коренные жители, одноглазые гусеёбы, кто угодно), которых власть и общество образцово-показательно щемит. То есть их официально или неофициально лишают каких-то прав, брезгуют ими, не пускают куда-нибудь, говорят о них гадости и вообще демонстративно обижают. И все это видят и понимают, да.
В то же самое время эти же граждане почему-то неплохо устроены. На тяжёлых работах не надрываются, кушают хорошо, влиятельны, ну и вообще жиркуют и маслятся. Причём традиционными рекламными побасками типа «они сплочённые, друг за друга держатся» или «они экономные, каждую копейку берегут» тут не отделаешься: при ближайшем рассмотрении видно, что люди недружные, склочные, расточительные… и тем не менее [1].
А всё просто. Людей щемят в одном отношении, а в других им открывают зелёный свет, который всем остальным отнюдь не открывается.
Ниже я привожу гипотетические примеры. Совпадения с реальностью не случайны, но не стопроцентны, потому что «реальность сложнее», а я описываю чистые случаи, в природе не встречающиеся. Поэтому не спешите угадывать, кого я имею в виду, а попробуйте понять логику.
Итак, дискриминация. Допустим, власти запрещают какой-нибудь этнической или религиозной группе – запрещают демонстративно, откровенно – заниматься определёнными делами. Например, строго-настрого не берут их в армию (ужасное унижение!), в полицию (ой!), запрещают работать на земле (а так хочется, так хочется), ну и профессии мусорщика, золотаря и похоронный бизнес для них закрыты. Кроме того, их обзывают каким-нибудь обидным словом – например, названием их собственной национальности (которое почему-то стало бранным), ну или даже прямо оскорбляют, называют гнидами, червями, собаками или ещё как-нибудь. До слёз обидно.
А оставляют им власти только финансовые операции (особенно валютные, от банков до меняльных лавок), внешнеторговые дела, страховое дело, торговлю оружием, винно-водочное производство, кабаки и рестораны, ломбард, скупку краденого. Более того – поощряют заниматься именно этим. Громко ругают, а на ухо шепчут – «сюда, сюда, здесь медком намазано и соломка подстелена».
Более того: сама дискриминационная практика на деле является поощрительной. Допустим, на какую-то категорию людей официально наложены неприятные ограничения, но они снимаются для лиц с высшим образованием, врачей и успешных бизнесменов. Что стимулирует семьи вкладываться в образование детей. Правда, в вузы из этой группы населения берут по процентной норме, которая демонстративно и официально объявлена – и которая, однако, сильно превышает процентную численность данной группы лиц в общем составе населения. Но этого никто не замечает, зато само наличие такого ограничения «возбуждает сочувствие в среде общественности» и даёт каждому представителю данной группы, плохо сдавшему вступительный экзамен, право думать, что его дискриминировали [2].
Зачем государству это надо? Скажем, в список «воруй – убивай – еби гусей» включается работа на полицию, а также на спецслужбы, то есть стукачество и шпионаж. Надеюсь, всем понятно, что полиция далеко не всегда заинтересована в уничтожении преступников (см.
предыдущий постинг, ну и другие соображения тоже имеются), а вот контроль над преступным сообществом и информация о том, чем оно занимается – это архиважно в любом случае. Лучший способ контроля – это контроль точек входа-выхода ресурсов. Если читатель внимательно изучит список «разрешённых и поощряемых занятий», то становится понятно: государство хочет получать информацию о контрабандистах, крупных мошенниках, налётчиках и ещё кое-что по мелочам. Кстати, если подавляющее большинство врачей-венерологов принадлежит к той же группе, это «тоже сюда же».
А вот, к примеру, совсем другая история. Некоторой национальной или социальной группе – ну, скажем, узкоглазым негритосам - приходится в жизни несладко. Этих людей не принимают в вузы, не берут на хорошую работу, на плохую тоже не особо берут, и особенно не любят оказывать им медицинскую помощь. Притащат в больничку голого-избитого – так врачики его и залечат до смерти, не любят врачики этих самых… Но есть у этой группы одно маленькое право: нападать на приличных граждан, бить их и грабить, даже убивать, в общем-то, можно, причём практически без риска – ментовка среди «этих» принципиально не ищет. Ну разве что пожурят малешко, и всё.
Зачем это надо? Простейший вариант – они с ментовкой в доле, и всё награбленное сдают за мелкий прайс тем же ментам. А что, технически возможный вариант. Не в нашей, разумеется, стране, где законность и порядочность на высоте, но в принципе-то ведь возможный, да? Или, скажем – государству зачем-то нужно нагнать страху на приличных граждан (под которыми подразумеваются «люди достаточные», «есть что взять»). На что могут быть самые разнообразные причины, мало ли чем эти граждане государству насолили. Может, вообразили, что могут без него обойтись. Вот им и поставили встроенный напоминатель, сто лет напоминать будут.
На этом примере мы, кстати, можем увидеть ещё одну возможность: покровительство может быть прелюдией к неиллюзорным репрессиям. Например, если государство хочет кого-то уничтожить, оно вполне может для начала этого кого-то СДЕЛАТЬ ПЛОХИМ, то есть выдать ему временную индульгенцию на совершение разнообразных безобразий, даже поощрять безобразия. Чтобы некие избранные люди других, менее избранных, машинами давили и девок ихних невозбранно насиловали, «и чтоб им ничего за это не было». А потом взять да и наказать избранных, наказать жёстко, весь слой запрессовать в кашу, чтобы платили и каялись, гады, платили и каялись. Причём всё общество будет аплодировать, хотя платить гады будут отнюдь не обществу, а государству, да и каяться будут в основном перед ним же… В нашем случае – неприкосновенные прежде узкоглазые негритосы внезапно оказываются на острие удара внезапно начавшейся компании против уличной преступности. Причём под раскассацию попадают не только они, но и ещё кое-какие группы населения, на них чем-то похожие. Например, просто узкоглазые. Может, на них-то с самого начала и нацеливались, кто знает?
Разумеется, все эти примеры - это именно что примеры, причём искусственные. Я приводил их только для того, чтобы подчеркнуть очень простую вещь: существует множество вариантов сочетания дискриминации и поощрения, когда В ЧЁМ-ТО людей щемят, а В ЧЁМ-ТО, наоборот, разгуливают и расхоливают. Потому что ущемление и поощрение – вещи друг от друга не зависящие абсолютно.
В заключение – маленькое упражнение для внимательных читателей. Придумайте схему национального или религиозного угнетения, причём тяжёлого, которое
выглядело бы как поощрительная политика. Когда кого-то «ставят на первое место» и «воздают почести», а на самом деле – кровь сосут и хребет ломают.
Кстати -
легко. [1] Впрочем, бывает, что сплочённость и экономия действительно имеют место. Вот только объясняется это вовсе не какими-то особыми свойствами характера членов общности – ну там, умной головой или гордой душой. Дело вообще не в самой общности как таковой. Из любых людей – во всяком случае, европеоидов или «качественных азиатов» - вполне можно сколотить «умных, трудолюбивых и сплочённых».
[2] Что само по себе является колоссальным психологическим бонусом: человека вроде бы унизили, дали от ворот поворот, а он думает, что его испугались.
)(
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1){kind=small}
44-летний глава сельской администрации Геннадий Машков сделал из российского флага петлю, привязал ее к автомобилю и, опустившись на колени, затянул удавку на своей шее. 
