krylov

Тут довольно многие повелись на аргумент "они сами хотят". Примерно в таких выражениях:

Поддержка Путина (даже если говорить о поддержке "чисто русских", как бы их не определять), хотя и падает, но явно больше 50%.
Голоса за ЕР хоть приписывают, но их так же подают вполне добровольно большинство русских. Возмущение произволом силовиков, подавлением многопартийности, обезьянними процессами и прочими художествами режима выражает незначительная доля русских - хотя видят их все.

Так что пока это именно то правительство, которого заслуживает своим отношением русский народ (которого, как любят подчеркивать националисты, не менее 80% граждан РФ).

Ну хорошо, давайте на эту тему.

Люди хотят много чего – например, жить вечно. Но никто не проголосует за партию, которая пообещает отменить смерть. Потому что не верят, что это возможно. А вот за партию, которая пообещает увеличить финансирование системы здравоохранения на 15% - проголосуют, «ибо реально».

Это считается проявлением «здравого смысла». И таковым в самом деле является.

Но здравый смысл имеет свои ограничения. Например, он консервативен в плохом смысле слова. То есть считает никогда не бывавшее – невозможным в принципе. «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда».

Так вот. В России русские никогда не жили хорошо. Во всяком случае, очень давно – никто не помнит. А значит, в саму возможность жить хорошо, как белые – не верят. Просто не верят, и всё тут. Как в вечную жизнь.

При этом все знают, что другие народы живут хорошо – даже которые «в третьем мире». Завидуют люто-бешено, но понимают: это не для нас, это для других, высших людей. Которые «вытянули счастливый билет» - родились Нездесь.

У Пелевина есть рассказ про ребёнка, родившегося в тюрьме – и знающего, что он всю жизнь в ней проживёт, что ничего, кроме тюрьмы, нет. И даже вид самолёта у него вызывает мысль – а интересно, как оно там, мотать срок в небесах.

Так вот, такой рассказ мог быть написан только в России. Потому как самоощущение подобное возможно только здесь. Белые люди в азиатской (а теперь уже африканской) тюрьме – уникальное историческое явление, «другого такого нет».

Но при этом здравый смысл говорит – тут так будет всегда. Потому что никогда не было по-другому, а значит и не будет. И за партию, всерьёз обещающую нечто другое, не проголосуют – как за несерьёзных фантазёров. Ибо всем же понятно: они всё врут, это такие же начальнички, они тоже хотят взобраться на хребет и кровопийствовать, и всё такое. Лучше уж Путиномедвед, к этим хоть притерпелись.

На поддержание такого здравого смысла работает вся россиянская пропагандистская система. Я имею в виду реальные пропагандистские месседжи, а не парадные. То, что на самом деле внушают, а не то, что демонстрируют в качестве якобы внушаемого.

Тут придётся объяснять кое-какие малоприятные вещи. Но что ж поделать.

Россиянской власти совершенно не нужно, чтобы её любили. Она хочет, чтобы её ненавидели. Но ненавидели не абы как, а совершенно определённым типом ненависти – БЕССИЛЬНОЙ НЕНАВИСТЬЮ.

Ненависть бывает разной. Бессильная ненависть – это вполне определённая её разновидность. Описана она, например, Гоголем в «Страшной мести»: «хотеть отмстить и не мочь отмстить». Николай Васильевич, впрочем, в своих угрюмых фантазиях не дошёл до самого страшного: у него невозможность отмстить была обусловлена чисто внешними факторами – мертвец зарыт в землю и не может выбраться. Это ужас, конечно, но не ужас-ужас. А вы представьте, когда ненависть и бессилие идут в одном флаконе: от приступа трясущей злобы ноги-руки сами отнимаются и головёнка начинает трястись, как осинка на ветру… Так вот, бессильная – точнее, обессиливающая – ненависть именно такова. Когда чем больше ненавидишь, тем слабее становишься. И точно знаешь – от полной и настоящей ненависти, которую заслуживает ненавистный тебе объект, ты просто сдохнешь. Так что лучше прятать это чувство подальше, чтобы не лезло. Просто из чувства самосохранения.

Разумеется, бывает и ненависть прямо противоположного свойства – когда человек ей буквально живёт. Это тоже нехорошо, потому что злоба ядовита и человека в конце концов отравляет. Но всё-таки это не такая пакость, как ненависть бессильная, потому что последняя не даёт жить вообще, «потому что нельзя это жизнью назвать» (с) Тальков.

Теперь можно вернуться к нашему "якобы".

Так вот. «Якобы» у нас патриотизм, вставание с колен, удвоение сокращения падения экономического роста и прочие бубуки. Намеренно неумные, намеренно смешные, намеренно гадкие, и демонстративно – расходящиеся с реальностью на сто пятьдесят процентов. Именно потому, чтобы показать: начальство абсолютно всесильно, что хотит, то и творит, нагло грает, заставляет других подблеивать и подгавкивать, и так будет вечно и бесконечно, пока не погаснет Солнце. Ну примерно как романе Прилепина, где менты, отпиздив Саньку в мясо, начинают ему вбивать свою ментовскую начальскую пропаганду в её химически чистом виде:

– Слушай, Санек, ты приехал, – сказал Серый. – И можешь отсюда не уехать никогда. Ты прекрасно все понимаешь сам. Здесь, знаешь, сколько таких, как ты, закопано? И никто их не ищет. Ничего в этой стране не изменилось и никогда не изменится. Ее надо любить и беречь такую, какая она есть. Понимаешь меня?

Прошу заметить, это говорит мент, только что отпиздивший парня. И говорит именно слово "любить".

У Прилепина вообще много художественной правды, но тут она - самая что ни на есть ядрёная, ага. Всё на месте, вся машинка показана. Почти на уровне физиологии - прямо видишь, как человеку откручивают норадреналин и окситоцин в ноль. Ненавидь и травись ненавистью - и бойся своей ненависти, как отравы, бойся себя, бойся и других русских, бойся всех, кого не ненавидишь.

Из этого вывод. Радикальная оппозиция режиму начинается не там, где в хвост и в гриву несёт по кочкам официозную пропаганду и издевается над "Россией-встающей-с-колен". Это так и задумано, чтобы издевались. Если при этом в нагрузку идёт главный либеральный мессидж - "и в этой поганой стране никогда ничего не изменится" - перед нами часть всё той же официальной пропаганды.

Точно так же, всякая проповедь "русской власти", как чего-то кровавого, потогонного и тоталитарно-ужасного - такая же часть официальной пропаганды, вторая линия, для тех, кто прорвался через первую, условно-либеральную. Где встречает с ласковыми объятьями евразийство, фофудья, и прочие такие вещи. Намеренно отвратные, ага.

Радикализм начинается с идеи ДРУГОЙ ЖИЗНИ. Что русская власть - своя, осмысленная, невурдалачья - вообще ВОЗМОЖНА.

А возможность её доказывается возможностью осмысленных действий русских людей. Пусть мелких - потому что за крупные тут же вяжут и мордуют. Но тут важен сам факт: русские собрались и что-то сделали для себя и своих, хорошее и полезное.

В этом смысле любой русский человек, поучаствовавших в любом общественно-полезном мероприятии - хотя бы в защиту кошечек, не говоря уже о людях - уже начинает смотреть на ментов, начальство, бандитов и чуркобесов не только с бессильной ненавистью, но и сильным презрением. Воспринимать их не как всесильных мучителей, но как ПОГАНЬ.

Власть, кстати, это понимает. И поэтому всячески давит ЛЮБУЮ общественную активность, кроме заведомо вредной и заведомо мерзкой. Начиная от массовых мероприятий - нужных прежде всего для отбития всякой охоты к массовым мероприятиям - и кончая попытками втянуть народ во что-то глупое и вредное, чтобы "потом стало стыдно". Поскольку стыд - плод всё той же бессильной ненависти, и его у нас много, нашего человека очень легко сначала обмануть и заманить, а потом ещё и травить тем, что он обманулся и заманился. Тоже техника понятная, примеры, я думаю, излишни.

"Как-то так" (с)

)(