krylov

Тут, оказывается, у нас в очередной раз обсуждается советско-фашистский «пакт о ненападении». Повод в том, что западные товарищи объявили оный пакт ужас-ужас-ужасом, за которым русским в очередной раз нужно платить и каяться, ну или они опять сифа.

Что мне всё это напоминает. Была в советское время такая школьная мальчиковая игра – «сифа». Дети швырялись друг в друга «сифой»: какой-нибудь пачкающей дрянью, чаще всего – измазанной мелом тряпкой. Один в другого, другой в третьего. Пока не придёт училка. Последний, кто не успел швырнуть тряпку в другого – тот «сам сифа». Что считалось позорным.

Как правило, после скольких-то разов, на роль постоянной «сифы» выходил всё время один и тот же мальчик. Не обязательно совсем уж «омега» - просто неловкий и неуклюжий, а главное - неудачливый. Такой, чтобы либо приссал швырнуться тряпкой при училке. Или чтобы, наоборот, в ярости зафиндилил ею прямо в аккуратные рядки враз утихомирившихся детишек – и чтобы училка видела, какой он хулиган. После чего хулигана выведут из класса за ухо – а дальше неуд за поведение и мамка в школу. Потеха.

Так вот, Россия в этих играх всё время остаётся «сифой». Потому что грязная тряпка перебрасывается так, чтобы на момент фиксации результата она летела в рожу именно русским.

Посмотрите хоть на ситуацию с этим самым «пактом». С товарищем Гитлером заключали разного рода пакты и соглашения ВСЕ. Самое знаменитое называлось «мюнхенским сговором». В ходе которого имели место все пакости, которые только можно встретить в политической жизни – начиная от гнуснейшей демагогии и кончая таким защеканством, как предательство слабейшего и былинный слив перед самым банальным нахрапом. Во всяком случае, это так выглядит сейчас. И на фоне Мюнхена «пакт Молотова-Риббентроппа», со всеми его секретными протоколами, выглядит бледненько и понятненько. «Тоже нашли злодейство, на себя посмотрите хоть».

Но. Та же Чехия никогда не швырнёт мюнхенскую сифу в жирные рыла «великих держав». Даже не замахнётся. По банальнейшей причине: она столько скреблась, чтобы эти самые державы её пустили к себе в Европу на пожить, что делать этакое неприличие ей и в голову не придёт.

Точно так же никому в Европе не придёт в голову предъявлять друг другу всякие бумажки, подписанные или разорванные в разные времена. Даже очень, очень грязные.

Нет, «сифа» всегда полетит в русских. Потому что русские чем ответят? Либо останутся «сифой» - то есть будут платить и каяться. Либо заорут от ярости и начнут ругаться и кидаться на всех – ровно в тот момент, когда на сцене появится училка в виде Гуманитарных Общечеловеческих Ценностей. Которая «ужо задаст».

Что делать в такой ситуации? Нынешняя Эрефия, конечно, ничего сделать не может, да и не хочет. Но если рассуждать абстрактно – что делало бы в такой ситуации нормальное человеческое государство?

Для начала посмотрим, по каким признакам выбирают «сифу» в классе.

Во-первых, мальчик должен быть неловким и неуклюжим. Во-вторых, игры в сифу он должен бояться – в частности, никогда не начинать её первым. Это, кстати, очень характерный признак – никогда не начинать первым. Кроме того, пацан всё время пытается не просто перекинуть тряпку на другого, а отбить, то есть бросить обратно в того, кто её на него бросил, «отомстить хочет». И, наконец, последнее, но не по важности – малёк должен глубоко в душе очень сильно переживать по поводу того, что всё время оказывается сифой. Разумеется, страдалец первым делом старается «не показывать слабину» – но это ж всё равно видно, маленькие зверёныши такое чуют. Вот такого-то страдальчика особливо приятно всё время держать в присифаченных. Ну как не поиграться с такой вкусняшенькой?

Отсюда выводы, довольно очевидные. Например, не надо бояться начинать игру первым. В нашем случае – непрерывно и по разным поводам предъявлять претензии. Русское национальное государство могло бы поставить это дело на поток. Или вот о перебросе тряпки. Не надо торопиться возвращать предъяву обидчику, можно и перекинуть. Пока они нас там судят за сталинские злодеяния – предъявить какой-нибудь латиноамериканской стране скверное обращение с русскими эмигрантами, например. «Бывали ведь случаи». Кроме того, стоит поддерживать все возможные предъявы всех ко всем. Есть, например, недовольство Америкой со стороны, скажем, Вьетнама, которому американцы не компенсировали потери в войне? Может и нет – но поворошить можно. Напечатать книжечку какого-нибудь Нгуена Ван Муна на эту тему, перевести на языки, пошумшумкать. Или, скажем, у Кубы к Японии откуда-то образовался счёт – надо помочь людям его оформить. Например, провести кубинский конгресс в Сухуме… Но, конечно, и себя не забывать: всё время находить повод для выяснения каких-нибудь отношений. То золотой запас Российской Империи поискать можно, то казаков убиенных припомнить злохитрым бриттам. Разумеется, должны это делать не государственные лица, а частные гуманитарные организации. Желательно, чтобы они были именно что разные и имели разную идейную направленность. Тут уж «сами понимаете». Скажу только, что на такой случай надо бы держать несколько небольших, но радикальных партий – от красных до коричневых.

Но это всё не главное. Главное совсем в другом. И вот тут я уж, извините, буду не вполне внятен.

Чего не понимает мальчик, в которого всё время кидают тряпкой? Почему он так мучается от своей засифаченности? Потому, что он психологически зависим от этих самых, которые в него кидаются. Он их, в сущности, хочет, чтобы они к нему хорошо относились. Поэтому он не может бросить тряпку первым, поэтому старается «честно отомстить», вместо того, чтобы спокойно кинуть тряпкой в другого – ведь его дурные одноклассники ему дороги. Он хочет их любви, вот в чём всё дело.

Тут можно сделать вывод: мальчику надо жутко возненавидеть одноклассников и через то освободиться. Многие такой вывод и делают. Так вот, это неправильно.

Уж простите – экскурс во что-то вроде психологии. Не люблю, но придётся.

Так вот. Есть такая потребность - «хорошо относиться к кому-то» (условно говоря, «любить»). И есть другая потребность - «желать, чтобы другой хорошо относился к тебе» (условно говоря, «желать чужой любви»). Если так сформулировать, то видно, что это вещи разные, и даже не особо пересекающиеся. Но люди довольно часто путают одно с другим. Если же эти чувства смешиваются – получается обычно нехорошо.

Так вот. Мальчик-сифа из нашего примера очень хочет, чтобы его любили, приветчали и понимали. При этом он сам никого особенно не любит, не понимает и всё такое. Поскольку же он не отдаёт себе отчёта как в первом, так и во втором, происходит фигня. Он всё время хочет любви от тех, к кому сам повёрнут исключительно жопой. Они это чуют – и на той же подсознанке раздражаются. Очень.

С Россией примерно так же. Россия всегда была сильно закомплексованной страной, одержимой желанием любви. Ей ужасно хотелось, чтобы её полюбили в Европе. Ну или хотя бы начали нормально относиться. Европейцы же ведут себя по отношению к нашему Отечеству как последние свиньи. В частности, всё время засифачивают: при любых раскладах Россия выходит виноватой.

Естественная реакция – «абидеться». Но это не получится. Обида – сильная эмоция, но только когда она не порченная внутренней зависимостью от обидчика. Хочется-то, чтобы обидчик пожалел и признал. Более того, начинается совсем уж шиза: мальчик начинает нарываться на то, чтобы его обижали, в надежде, что обидчики его после пожалеют, устыдятся содеянного и тыры-пыры. Чего никогда не бывает и бла-бла-бла.

Поэтому. Надо перестать ждать чужой симпатии, а попробовать самому отнестись к кому-нибудь хорошо. Полюбить, да. Может, ту же Европу. Не желая даже «ответного чувства», без этого. Просто так.

Зачем? Хотя бы затем, что любовь возвышает – в том числе и над тем, кого ты любишь. В некоторых случаях настолько, что… но тут уж начинаются моменты, о которых «и не знаешь, как сказать-то».

И ещё: любовь – чувство не обязательно «доброе». Нет, я не имею в виду какую-то там «метафору» - ««люблю, аж скулы сводит»,или там «люблю в свинье будущую отбивную», нет. И уж тем более – «которая и жжёт и губит». Блоковские «Скифы» написаны как раз на чувстве противоположном – жгучей растравленной обиде и одновременно желании любой ценой всё-таки понравиться «стране святых чудес», побрататься как-нибудь с ней. А надо бы – «…но пусть она вас больше не тревожит и пусть не беспокоит вас ничем». Светлое, но совсем не доброе на самом-то деле чувство, да.

Но тут я полез в материи, о которых надо очень осторожно. Так что не буду развивать мысль.

)(