Константин Крылов (krylov) wrote,
Константин Крылов
krylov

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Category:

О культе Чеснока и его последствиях

Одной из характерных – и, на мой взгляд, неприятных – черт советской и постсоветской «культурки для русских» является культ «честности», «искренности», «откровенности» и ты пы. Все эти милые свойства считаются «очень русскими». Чеснок – это по-нашему.

Кто именно их объявил «русскими» - интересный вопрос, но сейчас не об этом. А о том, что под этим понимается на практике. 

Три источника и три составные части Чеснока таковы.

Сначала разберём собственно ЧЕСТНОСТЬ - то есть неумение и нежелание держать в себе сколько-нибудь важную информацию, и даже страх перед ней. «Наш человек» должен быть как решето – чуть тряхни, и всё просыплется.

Речь идёт, во-первых, об обычной болтливости, причём безответственной – ниже уровня обычного сплетничества. Сплетник хотя бы думает, кому и что он говорит. Болтун мелет языком, да ещё и бессознательно привирает. Если он привирает бессознательно, это прощается –  «он же не нарочно». Преступлением является именно «нарочитость», то есть банальное «думай, что говоришь», учёт своих интересов. «Честный человек» не думает, а режет и рубит правду-матку, уж так он устроен. О себе он не думает, нет – он всё вываливает. Потому что честный.

Далее, честный человек всегда готов признать чужую правоту, даже когда она поперёк его личным интересам, вкусам и пристрастиям. Его можно сразить первым же аргументом, на который он не сможет с ходу ответить. Он же честный. Сам же он никого и ни в чём не может убедить – так как не умеет и не хочет «внушать». То есть его способность к суггестии равна нулю – а то и ниже. Он не убеждает напористо, а растерянно лепечет. В самом крайнем случае он может воззвать к честности собеседника – «ну вы же всё неправду говорите, самому-то не стыдно?!» К тому же честный человек по-детски ДОВЕРЧИВ – это важная часть «честности». «Людям надо доверять, иначе нехорошо ведь, правда?»

Кстати, честный, если на него напасть, и «дерётся по-честному», что тоже чрезвычайно удобно.

Самое же полезное свойство «честного человека» - постоянная готовность к доносу, в том числе и на себя. «Пионер Вася всегда честный и всегда скажет учительнице, кто разбил стекло». Высшим же проявлением честности является ЯВКА С ПОВИННОЙ, желательно с раскаяньцем. «Нина не пошла в школу и её кусали мухи совести». Нину заедят эти мухи, жужжащие в её маленькой головушке – и она пойдёт и в слезах признается в своём страшном грехе. Взрослая Нина точно так же должна прийти куда следует и доложить, что её муж читал Солженицына. а она это покрывала.

Напротив, способность молчать в чесночном культе всячески осуждается. Хранить тайну – этого нельзя. Скрытность – это очень, очень плохо, это признак ненашего человека, это для чужих, это какие-то «еврейские штучки», тьфу. Запрещённая шуточка из «Бриллиантовой руки» - «Ваш муж тайно посещает синагогу» - это очень характерная формула, где «тайна» и «синагога» практически синонимичны. «Тайна» - это в «синагоге», наш простой человек тайн не имеет (как, например, главный герой того же фильма, первым делом сдавший все сокровища начальству, а потом мучающийся, вынужденный изображать тайну по его же, начальства, приказу – «такая трагедия»).

Кстати об этом, о воле начальства. Одна из немногих ситуаций, когда честному человеку можно молчать – если его схватят фашисты и будут выпытывать военные секреты, типа фамилии командира дивизии. Тогда да, надо принять все муки, но сжать зубы и ничего не сказать. То же поведение рекомендовалось советским людям в ситуации соблазна: тебе иностранцы дают жвачку и авторучку, а то и целую кассету магнитофонную, а ты не бери, сделай вид, что у тебя такое есть. «От подарков их сурово отвернись – мол, у самих добра такого завались». Тут почему-то честным быть не рекомендовалось – поскольку речь шла об «интересах государства», ага-ага.

Теперь вторая составляющая чесноковости – ОТКРОВЕННОСТЬ. То есть потакание собственным капризам, настроениям и так далее.

«Не держи в себе». Если у тебя дурное настроение – вылей его на окружающих, как горшок из окна. Если тебе что-то не хочется делать, а надо – выполняй (а то как же, небось, начальство приказало - или жена с тёщей, которые для советского человека тоже начальство), но с демонстративной неохотой, с кислой миной и пиздой на морде. Если боишься – сцыкни, дрогни, потеряй лицо, у тебя всё равно его нет, чё тут изображать героя-то, нахуй надо. Зато если хочешь нагавкать на жену – гавкай, на детей – гавкай, «это можно». Ты ведь не лицемерная какая-нибудь сволочь. Спускай пар, пар спускай, не держи в себе, не держи.

Интересно, что откровенность всегда связана с выражением дурных эмоций: улыбающийся человек в таком обществе постоянно рискует напороться на угрюмо-раздражённое «чё лыбишься, бля». Впрочем, радоваться можно – если радость эта дурная, например, пьяная. Человек в подпитии – он настоящий, из него всё говно наружу лезет, а это очень хорошо, потому что честно и откровенно. Поэтому пьяненький – и даже сильно поддатый – должен вызывать сочувствие и понимание.

Опять же, исключением были отношения с начальством. Перед начальством надо тянуться по струночке, имея вид лихой и придурковатый.

И, наконец, ИСКРЕННОСТЬ -  то есть культ «простоты и незатейливости». Кондовость, возведённая в культ. Это самый цветочек Чеснока, самая его пахучая серёдка.

О кондовости я уже много писал. «Мы тут чай не баре, мы мужуки простыя, без этой всякой крутки-мутки ихней тилигентской, без этих ихних условностей, всяких там тыры пыры, без книжечек этих сраных, без разговорчивок этих ихних, дыть ПРОСТЫЕ МЫ, руския, от землицы». «Нам сложностей не надоть, нам стакан накатить да говёшкой занюхать, да по матушке друг дружку-то обложить, да по харе съездить и по тыковке получить, вот это жисть, а не это ихнее бланманже с повидлой». Опять же в дискурс заботливо включена тема «еврейских штучек» - «ты чё, жид, что-ли, с такими сложными щщаами, ща поправим».

Кстати говоря, искренность обычно чрезвычайно лжива – так как заставляет людей казаться проще, чем они есть на самом деле. Впрочем, простота нарабатывается – благо, инструментов деградации хватает: водка теперь дешёвая, а телевизор так и вовсе бесплатный. Ну и, само собой, почаще сидеть с правильными людями – которые без закидонов.

Тут мы подходим к тому идеалу, который имелся в виду проектантами культа Чеснока. Идеальное русское общество, каким они его хотят видеть – это сборище кургузых, вонючих, грякающих гориллообразных существ, непрерывно ебашащих друг друга по щщам по первому подозрению в излишней сложности мыслей и недолжной тонкости душевной организации. Общество ЗАГАШЕННЫХ, занятых гашением друг друга.

Зачем всё это сделано, думаю, понятно. Честность – это встроенный механизм элиминации своих интересов, а тажке поощрения доноса и самодоносительства, откровенность нужна для того, чтобы недовольство не копилось (и никогда не доходило до построения каких-нибудь реальных планов по изменению ситуации), а безопасно изливалось в окружающий мир (то есть на головы таких же бедолаг), и, наконец, искренность и культ простоты – это способ удержания людей в самом низком социальном статусе из всех возможных. Чтобы люди сами упали в грязь, забились в самую вонючую жижу и оттудова мычали - «мммммы быыыыдло».

Существует раскладка трёх проявлений Чеснока на социальные классы. ЧЕСТНОСТЬ предписывается в основном технический («нееврейской») интеллигенции и «белым воротничкам». ИСКРЕННОСТЬ впарена простым обывателям, «мамашкам с колясками» и весёлым мужичкам с пивными пузиками. Наконец, ОТКРОВЕННОСТЬ И ПРОСТОТА - образующие ценности гопоты и срани человеческой, с одной стороны, и низших эшелонов начальствующих (типа ментов и проч. "силовиков и погонял") с другой. Понятно, что третья группа является эталонной, и чеснок сеет именно она. Хотя бы потому, что именно эти две группы - гопота и начальство - работают рука об руку (причём в данном случае правая рука знает, что делает левая), удерживая русское общество от развития и усложнения. Именно общество: отдельных умников можно потерпеть (если они честные, конечно), но общество должно оставаться максимально примитивным. Это условие господства мрази над русскими людьми - и на него «всё и работает».

Это, впрочем, всё негатив. «Всё это плохо». А что хорошо?

Начнём с честности. Честность – как постоянная готовность к самодоносу и распотрошению себя – безусловно, рабская добродетель. Настоящий человек, «господин по природе», в отличие от раба, умеет ХРАНИТЬ ТАЙНЫ. Господство как таковое, в конечном итоге, основано на способности МОЛЧАТЬ.

Главной тайной «настоящего человека» является он сам. Иногда – его прошлое. Когда нужно – планы и намерения. Довольно часто – вкусы и пристрастия. И так далее – sapienti sat. «Искренним» господин бывает только перед низшими, это форма оскорбительного пренебрежения: сидеть голым на горшке в присутствии раба. И то – это связано с презрением господина к своему телу, как к «рабской части». «Ты можешь смотреть на мою жопу и прикрывать свою – у меня есть секреты поважнее, чем вид моих ягодиц».

Разумеется, речь идёт о господине, сознающем себя именно как господина. Но не всегда наличие тайны в человеке является результатом осознанного выбора. Например, люди, много повидавшие и испытавшие, при всём желании не могут выплеснуть свой опыт в словах. Но обратите внимание, какими они становятся – и каково отношение к ним. «Опытный человек» вызывает инстинктивный прилив уважения. Иной разновидностью «естественной тайны» является талант. Это тоже нечто непрозрачное, неясное – и не поддающееся расшифровке. Талант тоже вызывает инстинктивное уважение. Но даже банальнейшее «в этом человеке есть какая-то загадка, он не как все» - и то является источником харизмы – во всяком случае, "на девочек действует".

Вообще-то, если уж на то пошло, то так называемая «личность» ("уникальная и неповторимая")- это, в сущности, совокупность тайн. Это сумма невыразимого, неосознаваемого и сознательно скрываемого. При отсутствии «скрываемого», при постоянной готовности его сдать и выплеснуть – личности не получается.

Да, ещё важная деталь. «Тёмной стороной» этого свойства – умения молчать и хранить тайну – является та самая лживость. Даже не так – ложность. Оно же иногда называют «фальшивостью». Ложь – это попытка выдать несущенствующее за существующее. Один из самых глубоких и опасных видов лжи – изображение тайны там, где её на самом деле нет. Человек фальшив – потому что пуст внутри, но при этом пытается что-то «изобразить». Это и есть тот образ, которым пугает Чеснок: «фальшивый, ненастоящий человек».

Высшей мерой лживости можно считать самозванство. Если главной тайной господина является он сам, то самозванец - это тот, чья главная тайна состоит в том, что он не является тем, за кого себя выдаёт. Это очень тонкий и специальный грех.

Впрочем, углубляться во всякие бездны мы не будем. Достаточно отметить: даже тёмная сторона силы остаётся всё-таки силой (хотя пользоваться ею опасно, на то она и тёмная), а вот отсутствие силы вообще - это пипец и гаиньки. Поэтому любой «ложный человек» делает с "честненькими" что хочет.

Следующим пунктом у нас идёт «откровенность». Ей противостоит не «лживость», а ВЫДЕРЖКА. Да, то самое умение улыбаться, когда хочется выть, и делать неприятные вещи с улыбкой на лице. Той самой, «фальшивой и лицемерной».

Выдержка является, во-первых, социально-полезной (ибо с выдержанными людьми проще и приятнее иметь дело), и, во-вторых (что важнее) – источником самоуважения. Это, опять же, восходит к предыдущему – умению хранить тайну. «Я не покажу своим врагам своего страдания и своей радости» - это доступно даже рабу, и это его возвышает.

И те, кто осуждают «вымученные и неестественные» улыбки американцев или японцев, не понимают простой вещи: улыбающийся японец или американец показывает величие духа, презрение к миру и господство над собой. «Я – капитан своей души». Да, они улыбаются, даже когда их только что отымели. Потому что в них есть то, что нельзя отыметь. Во всяком случае, они в это верят. А вот опущенный на всю морду человек показывает только то, что его отымели целиком и полностью.

«Выдержку» можно ещё определить как умение держать лицо. Если личность - это совокупность тайн, то «лицо» - это разница между тем, каково тебе на душе, и что у тебя на физиономии. Именно эта разница делает физиономию лицом, а не ебальником.

У выдержки тоже есть тёмная сторона – то самое лицемерие в плохом смысле этого слова. Плохо оно тем, что, в отличие от выдержки, ничего не прикрывает. Тартюф, проповедующий нравственность, отвратен именно тем, что его собственная безнравственность очевидна и бросается в глаза. И опять же, практиковать лицемерие как стиль жизни и способ достижения благополучия – не самая лучшая жизненная стратегия, да и не самая успешная (посмотрите хотя бы на наших прокремлёвских охранителей: даже те, кто хорошо устроился, не столь уж счастливы) – но лучше уж лицемерие, чем постоянная «откровенность».

Ну и, наконец, искренность – «мы простые».

Противоположностью искренности является не «изломанность», «изолганность» и прочая «жидовская пидарасия» (как думают кондовые), а СЛОЖНОСТЬ. Простота – это, как известно, то самое, что хуже воровства. Простота нарочитая, сводящаяся к неприятию любой сложности – это то, что хуже любой «пидарасии», даже самой гадкой. Хотя «пидарасия» (в самом широком смысле слова) разводится именно для того, чтобы оправдать и обосновать срамной культ простодырости и ебокотости. Потому что «пидарасия», «манерничанье» и прочая «сложнота» - это попытка выдать бессмысленное за сложное. Например, такова большая часть «современного искусства» - да и современной жизни вообще. Что не отменяет.

В заключение. Возможно, какой-нибудь благонамеренный адепт Чеснока – или злонамеренный его насаждатель под видом «наших исконных ценностей» - скажут, что «Крылов тут учит врать и обманывать», «а как же истина».

Для интересующихся этим вопросом напоминаю – истина и в самом деле является фундаментальной ценностью. Но нужно понимать, что это такое.

Сначала о «честности». Возмём высокую ноту, здесь это уместно. Высшие истины вообще невыразимы. Впрочем, и выразимое не всегда нуждается в проговаривании: истина обладает собственной волей, и она не во всякой ситуации хочет, чтобы её выражали. Сентенцию насчёт свиней и бисера никто не отменял, равно как и экклезиастовское "всему своё время, время говроить и время молчать". Тайна – это одна из форм существования истины и одно из условий обладания ею.

Далее, об «откровенности». Тут стоит вспомнить , что истина минуты» стоит дешевле, чем истина часа, а истина часа – дешевле, чем истина года. Минутное настроение – это одно, а устойчивое отношение к чему-то – другое. Более того, даже сумма всех минутных настроений по отношению к чему-то не равна истинному отношению к тому же самому. Например, человек постоянно раздражается на собственного ребёнка – но он же на самом деле его любит. Стоит ли забывать об этом и выплёскивать это раздражение? То же самое касается всех прочих капризов, наплывов чувств и переживаний. Обращать внимание на них необходимо (потому что от них многое зависит), но выражать их следует с разбором, а уж поддаваться им - тем более.

Наконец, про «искренность». Не стоит забывать, что истина СЛОЖНА и никогда не бывает дана «непосредственно». Для того, чтобы что-то сказать точно и "как есть", приходится говорить сложно, много, используя "всякие ходы". Иногда поза «непосредственного восприятия», «а король-то голый!» и прочий хуем-по-столу-style уместны, но на самом деле это всего лишь риторические приёмы, далеко не всегда действенные. Когда же непосредственность становится образом мышления, а то и жизни, наступает неиллюзорный пипец.

В заключение. Мне могут сказать, что культ «чеснока» для русских органичен, «они же всегда такие были, простодырые жопой кверху». Это даже не русофобия, а глупость. Потому что, например, такой классик русофобии, как пресловутый маркиз де Кюстин, в своём известном сочинении сетовал на то, что подлецы русские чрезвычайно «театральны» и любят «изображать и притворяться», причём умеют это делать весьма убедительно - "голову морочат". Эти жалобы сейчас воспринимаются как что-то непонятное – как и соответствующие описания, скажем, у Лескова, который тоже охотно описывал людей умных, жёстких, недоверчивых. Людей СЕБЕ НА УМЕ.

Подведём итоги. То есть утрамбуем многабукф в таблицу - это удобно.

Ложные ценности Истинные ценности "Тёмная сторона"
Честность Тайна Фальшь, самозванство
Откровенность Выдержка Лицемерие
Искренность (простота, кондовость) Точность и сложность (в том числе сложность и точность самовыражения) Позёрство, пижонство, выпендривание


ДОВЕСОК. А существуют ли «настоящие», «хорошие» качества, которые лучше всего называть именно этими словами - честностью, искренностью, и даже, чёрт её побери, откровенностью?

Очевидный ответ - да. Значили же раньше, до Чеснока, эти слова что-то?

Ага, значили. Только совсем не то.

Честность, например - это проявление чести. «Честный человек», он же «человек чести» - это человек с ПРИНЦИПАМИ. Куда входила, помимо всего прочего, и «правдивость» - то есть сословно понимаемый долг В НЕКОТОРЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ говорить правду, «даже если невыгодно». Например, не давать клятвенных обещаний, которые не можешь исполнить, или не лгать под присягой. Человек, вовсе не понимающий, что такое клятва или присяга, может ли быть честным - в том, исходном смысле слова?

Впрочем, не будем драматизировать. Честным "в хорошем смысле" можно быть и сейчас, принципы иметь - тоже. Я, например - честный человек. То есть не выдаю себя за того, кем не являюсь, стараюсь не решать жизненные проблемы за счёт вранья (в частности, не зарабатываю публичным враньём), и пишу то, что думаю (предварительно, конечно, продумав это). Например, этот текст написан честно. Я подумал над проблемой, нашёл решение и его предлагаю публике. Это решение можно критиковать, разумеется - если получится. Правда, как честный человек, я не всякую критику воспринимаю всерьёз. Даже от хороших людей, ага.

То же самое с «искренностью» и «откровенностью». «Искренность», например - это от слова «корень», «ис - коренний». «Корень» - это понятно, «внутренняя сущность». «Искренним» человек бывает, когда пытается выразить нечто «глубокое и основное». Что для косорылого свинопёса, не имеющего в себе ничего глубокого и основного, просто невозможно по определению. Он может быть только ПОХАБНЫМ, как всякий незатейливый простец. Но никак не «искренним».

«Откровенность» оставляю без рассмотрения - в качестве упражнения для людей любознательных. «Не всё же мне».

)(
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 254 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →