?

Log in

No account? Create an account

Всеобщий синопсис или Система мнений


Previous Entry Share Next Entry
Опять про интеллигенцию. Надоело, а что делать
с митинга
krylov
Александр Никитич Севастьянов порадовал нас длинной-предлинной многобуквенной статьёй под многообещающим названием:

Александр Севастьянов
Апология интеллигенции
К столетию "Вех".
Не стану скрывать: я присяжный конфуцианец. А Конфуций говорил: «Если имена не исправлены, то речь не стройна, а когда речь не стройна, то и в делах нет успеха».


Я очень ценю Севастьянова за последовательность: он всегда всё додумывает до конца, даже если выводы, к которым он приходит, могут подвести его же под какой-нибудь монастырь. Если ошибается – то ошибается честно.

Вот и с интеллигенцией у него, на мой взгляд, не продумано. Неправ он, короче говоря.

Я на эти темы говорил и писал много, так что просто подобью бабки.

«Интеллигенция» - как дореволюционная, так и после, - может быть определена как общность, существующая за счёт перепродажи культурных продуктов: она сбывает туземцам продукты чужого интеллектуального производства, а ещё чаще – подделки под них. «Пошив под Севил Роуд с Малой Арнаутской».

Этим интеллигенция отличается от интеллектуалов, которые сами производят (или пытаются производить) интеллектуальный продукт. Разница здесь – как между заводчиком и фарцовщиком (а то и старьёвщиком).

Для того, чтобы получать прибыль (в том числе выражаемую в «статусе» и прочих нематериальных благах), интеллигенция нуждается в том, чтобы русские были «культурны» (иначе они не заинтересуются предлагаемым товаром), но свою собственную культуру ценили очень низко (чтобы получать символическую и материальную сверхприбыль).

Далее, они нуждаются в барьере между русскими и Европой, в физическом или символическом железном занавесе. Грубо говоря – чтобы любая русская книжка считается самими русскими за говно, иностранные книжки недоступны, а вот книжка с цитатами из западных авторов, написанная местным интеллигентом, становилась бы «великим, величайшим событием». С соответствующим снабжением «автора» славой, деньгами и женской лаской.

Интеллигенция начала забирать под себя это дело ещё до революции. Например, типичнейшим интеллигентом был Разумихин [1] из «Преступления и наказания». Modus operandi «интеллигенции» тут раскрыт более чем наглядно:

Уроков и у меня нет, да и наплевать, а есть на Толкучем книгопродавец Херувимов, это уж сам в своем роде урок. Я его теперь на пять купеческих уроков не променяю. Он этакие изданьица делает и естественнонаучные книжонки выпускает, - да как расходятся-то! Одни заглавия чего стоят! Вот ты всегда утверждал, что я глуп; ей-богу, брат, есть глупее меня! Теперь в направление тоже полез; сам ни бельмеса не чувствует, ну а я, разумеется, поощряю. Вот тут два с лишком листа немецкого текста, - по-моему, глупейшего шарлатанства: одним словом, рассматривается, человек ли женщина или не человек? Ну и, разумеется, торжественно доказывается, что человек. Херувимов это по части женского вопроса готовит; я перевожу; растянет он эти два с половиной листа листов на шесть, присочиним пышнейшее заглавие в полстраницы и пустим по полтиннику. Сойдет! За перевод мне по шести целковых с листа, значит, за все рублей пятнадцать достанется, и шесть рублей взял я вперед. Кончим это, начнем об китах переводить, потом из второй части "Confessions" какие-то скучнейшие сплетни тоже отметили, переводить будем; Херувимову кто-то сказал, что будто бы Руссо в своем роде Радищев. Я, разумеется, не противоречу, черт с ним! Ну, хочешь второй лист "Человек ли женщина?" переводить? Коли хочешь, так бери сейчас текст, перьев бери, бумаги - все это казенное - и бери три рубля: так как я за весь перевод вперед взял, за первый и за второй лист, то, стало быть, три рубля прямо на твой пай и придутся. А кончишь лист - еще три целковых получишь. Да вот что еще, пожалуйста, за услугу какую-нибудь не считай с моей стороны. Напротив, только что ты вошел, я уж и рассчитал, чем ты мне будешь полезен. Во-первых, я в орфографии плох, а во-вторых, в немецком иногда просто швах, так что все больше от себя сочиняю и только тем и утешаюсь, что от этого еще лучше выходит.


Собственно, тут описана вся ЭКОНОМИЯ. Ровно то же самое, только на других деньгах, всё делалось и делается до сих пор. Берётся западный источник – как правило,что-нибудь средненькое, а чаще просто говнецо – и перекладывается доступным способом. Делают это, как правило, полуграмотные местечковые хамы, «одесситы» какие-нибудь. Причём - свято уверенные, что их бездарные и наглые переплёвки «даже еще лучше» оригиналов.

В частности, вся советская культура была создана «интеллигенцией» - и вся она в своей сколько-нибудь привлекательной части была цельностянута с недоступной русским людям настоящей западной культуры, ну или запрещённой русской, истреблённой большевиками. Это было поставлено на поток. «Вокально-инструментальные ансамбли» внагляк драли песенки какого-нибудь Джо Дассена, «окуджава» старательно работал под французских шансонье, а коллективные «стругацкие» стыдливо, но неуклонно тянули темы и сюжеты из американской фантастики [2]. И так далее, и тому подобное.

Это не исключает оригинальничанья. Как правило, оно связано с УПРОЩЕНИЕМ и ОПОШЛЕНИЕМ оригинала, который оказывается слишком сложен для копировщика. Тут интеллигентская воровайка проявляет недюжинную изобретательность, адаптируя сложные реалии Белого Мира к россиянской азиатчивой незатейливости.

Понятное дело, что интеллигенция обожает сбывать залежалый товар, толкать позапрошлагоднюю коллекцию за новинки сезона, тыча пальцем в лейблы. «Это ж Версаче» - то есть «это же Шпенглер». То, что сейчас в Белом Мире такого не носят и так не думают, они, в общем, понимают или хотя бы догадываются – и тем усерднее сбывают взятый за бесценок со складов товарец местным лопухаям.

При этом интеллигенция, втридорога втюхивая русским «вторичный продукт» (с) Войнович), таким положением ещё и тяготится: им мало быть фарцой, они хотят большего. В идеале они претендуют на ОПЕКУНСТВО над русскими. Русские, в их понимании, должны иметь статус дебильного ребёнка, вечно опекаемого неким «опекуном». Опекун кормит мальца лекарствами, от которых мальчик всё больше тупеет – а сам свободно распоряжается его имуществом, «пожитками и животишками», ну и самим его именем, это ведь тоже капитал, ежели умеючи подойти.

Разумеется, интеллигенты не шовинисты, и с удовольствием опекали бы не только русских, но и ещё какие-нибудь народы. С этим, кстати, связана их неиллюзорная любовь к трудолюбивым мигрантам, всяким таджикам и узбекам: они кажутся им удачными объектами для культуроводительства. То, что трудолюбивые в их услугах не нуждаются, да и не будут нуждаться никогда и ни при каких обстоятельствах, до интеллигентов обычно не доходит.

Столь же понятно, что интересы интеллигенции абсолютно противоположны интересам русских интеллектуалов. Последние пытаются наладить СВОЁ «умственное производство» - что вызывает вполне понятную ненависть фарцовщиков.

Понятно, что русофобия – в форме презрения к русским лохам, которым интеллигенция впаривает свой товарец, и ненависти к русским интеллектуалам, которые пытаются подорвать их монополию на интеллектуальный продукт своим кустарным производством – является доминирующим настроением среди интеллигентского сословия. Нерусофоб не может быть интеллигентом.

Нетрудно также понять и то, почему в России интеллигенция в массе своей является еврейской (как и в других странах, где она появлялась и занимала законное место интеллектуалов). Я имею в виду даже не этнический состав, хотя и его тоже: именно евреи составляют руководящую и направляющую силу россиянского интеллигентного сословия, и ровно по тем же самым причинам, по которым они держали шишку в фарцовке. Но это, в общем, не столь и обязательно: интеллигент может быть и русским – если он надёжно зарекомендовал себя как бескомпромиссный русофоб и юдофил, точнее даже юдоман (то есть не просто «любящий евреев», а смотрящий на них как утка на балкон).

Именно эти два условия – РУСОФОБИЯ И ЮДОМАНИЯ – являлись и являются АБСОЛЮТНО необходимыми для вхождения в стройные ряды интеллигенции. Желательно также поляковать или чеченолюбствовать, но это уже так, следствяи. Главное – презирать русских и раболепствовать перед евреями.

О последнем стоит сказать особо, поскольку тут возникает любопытный парадокс. Понятно, что требование юдомании, то есть безусловной и абсолютно некритичной юдофилии (по формуле «еврей свят, потому что он еврей») делает большинство этнических евреев русскими интеллигентами «просто по факту». Однако с евреями, по каким-то причинам не являющимися юдоманами, становится сложненько: гнать их из интеллигенции нельзя по причине безусловности юдофилии, а принимать полностью нельзя, поскольку исходным является именно требование юдофилии, а не еврейское происхождение. Поэтому, например, известный критик Топоров неоднократно был символически изгоняем из рядов интеллигенции – поскольку позволяет себе «хулиганство». Но и совсем выгнать его нельзя – поскольку он всё ж таки еврей, а еврей свят по факту своего еврейства. В ослабленном варианте в ту же игру играет Дима Быков, любящий время от времени подразнить носатых. Зато у Быкова всё в порядке с русофобией, так что его никогда не прогонят из рядов и даже серьёзно не обидят, хотя журить будут регулярно.

В заключение позволю себе процитировать Осипа Мандельштама, который как раз был самым что ни на есть натуральным евреем и этим гордился, но вот интеллигентом не был, и паче того, брезговал им быть.

Я настаиваю на том, что писательство [читай – интеллигентское производство ценностей вообще – К.К.] в том виде, как оно сложилось в Европе и в особенности в России, несовместимо с почетным званием иудея, которым я горжусь. Моя кровь, отягощенная наследством овцеводов, патриархов и царей, бунтует против вороватой цыганщины писательского племени. Еще ребенком меня похитил скрипучий табор немытых романеc и сколько-то лет проваландал по своим похабным маршрутам, тщетно силясь меня обучить своему единственному ремеслу, единственному искусству -- краже.

Писательство -- это раса с противным запахом кожи и самыми грязными способами приготовления пищи. Это раса, кочующая и ночующая на своей блевотине, изгнанная из городов, преследуемая в деревнях, но везде и всюду близкая к власти, которая ей отводит место в желтых кварталах, как проституткам. Ибо литература везде и всюду выполняет одно назначение: помогает начальникам держать в повиновении солдат и помогает судьям чинить расправу над обреченными.


Разумеется, Мандельштам ошибался насчёт Белого Мира: там умствующей и культурничающей погани не то чтобы совсем нет, но ТАКОЙ - нет, потому что нет возможности фарцевать. Но вот для России всё сказанное очень актуально, включая последний пассаж о власти. Интеллигенция, несмотря на постоянное фрондёрство, ВСЕГДА близка к россиянской власти и является её стратегическим союзником, "армией и флотом" – даже когда она вроде бы ей «противостоит» по тактическим вопросам. Впрочем, это отдельная тема.

[1] Собственно, «Интеллигентов» - типичная для Достоевского «говорящая фамилия».

[2] Подозреваю, что это проходное замечание вызовет особенное внимание критиков: «а ты-ка, сука, докажи-ка, что Стругацкие чего спёрли». Я не Анатолий Юркин и не буду стараться: не о них я писал, "не тема". Для особых ценителей - с этой точки зрения крайне интересна откровенная автопародия в третьей части «Понедельника» («Мир Страха Перед Будущим», который братья так хорошо изучили).


) потом как-нибудь закончу (


"Далее, они нуждаются в барьере между русскими и Европой, в физическом или символическом железном занавесе. Грубо говоря – чтобы любая русская книжка считается самими русскими за говно, иностранные книжки недоступны, а вот книжка с цитатами из западных авторов, написанная местным интеллигентом, становилась бы «великим, величайшим событием»."

Но с классической русской литературой, которая, кстати, интеллигентами вроде как почитается, этого не вышло. Пушкин, Лермонтов, Тургенев, Достоевский, Толстой - вовсе за говно не считаются. А Достоевский так и вообще по поводу евреев известно что писал.

Ага. За что и был преследуем при жизни, экстерминирован из советской литературы и нехотя возвращён в усечённом виде - исключительно под влиянием "проклятого Запада", который был и остаётся единственным источником ценностей для всей мишпухи.

Интеллигенция близка к россиянской власти

- иначе бы она с голоду умерла.
В СССР других источников существования кроме как от власти не было.
Да и сейчас любимое занятие - пилить бюджет.

Интеллигенция близка к египетской власти

Если писец находится при дворе, он не будет в нем нищим, но насытится... поэтому внушаю тебе лю¬бить книги, как родную мать.
Из поучения египтянина Ахтоя своему сыну Пиопи, конец III тысячелетия — 1600 г. до н. э.

«стругацкие» внагляк воровали темы и сюжеты

а список есть - что отуда заимствовано?

Re: «стругацкие» внагляк воровали темы и сюжеты

Я не большой знаток фантастики, но мне сразу вспоминаются "воспителлы" К.Саймака, с которых стругацкие слямзили своих "мокрецов-гадких лебедей", добавив масонских наворотов "для понимающих".

«окуджава» старательно работал под французских шансо

думаете?
Он ведь был и писатель, однако. И вообще грузин.

Re: «окуджава» старательно работал под французских шан

А Вы не знали, что Тбилиси - это Маленький Париж?

очень много верного, но картина неполна.

в цитате из Мандельштама еще более уместны попЫ.
они, по-моему, то сословие, которое и породило интеллигенцию разночинцев. разночинцы создали само сословие "светских священников", которое затем уже стало заполняться евреями -- такими же оторванными от еврейской почвы, как разночинцы -- от почвы духовенства.

и Разумихин -- все-таки не законченный (образцовый) интеллигент, а человек в падении. там именно пойнт в том, что это интеллигентское разложение изначально здоровой личности.

Вы пишете про выдвинувшихся в советские времена по рецепту Шульгина евреев, которых общество приняло было ибо "за неимением кухарки пользуют дворника", но зачем-то именуете их интеллигенцией. Зачем вы это делаете?

Ну что Вы. Они выдвинулись задолго до революции, "русская интеллигенция" ими и была. Кто ими не был - тех прогоняли из мишпухи поганой метлой. Какой-нибудь поганый Оль д'Ор (Оршер) БЫЛ русским интеллигентом, почтенным и рукоподаваемым, а Василий Васильевич Розанов - НЕ БЫЛ. И это было ОФИЦИАЛЬНО ТАК. "Чего уж ещё после этого".

так же есть евреи и жыды

Му ладно, пусть по Вашему "создающий новое" - интеллектуал, популяризирующий его - интеллигент. Хотя мне кажется такого различия в русском не делали и вы занимаетесь словотворчеством. Так же бесконечно встречаеь упражнения, где доказывается, что есть евреи и жыды, и автор обзывает жыдами не всех евреев, а только особо плохих. Но, почему-то, на проверку оказывается что автор кричит "жыд" на всякого с фамилией немецкого происхождения.

Однако пусть будет интеллектуалы. Где критерий различия? Помимо того, что кто с Вами не согласен - тот уж точно "паршивый интеллигент", а не интеллектуал?
Но возьмем многих почвенников - по взглядам вам должны быть близки и в юдофилии незамечены - однако вторичны до зевоты.

А вот, скажем, Лимонов мне кажется вполне оригинален.


Re: так же есть евреи и жыды

Попробуйте назвать Лимонова интеллигентом. Гы.

"«Интеллигенция» - как дореволюционная, так и после, - может быть определена как общность, существующая за счёт перепродажи культурных продуктов: она сбывает туземцам продукты чужого интеллектуального производства, а ещё чаще – подделки под них. «Пошив под Севил Роуд с Малой Арнаутской».

Этим интеллигенция отличается от интеллектуалов, которые сами производят (или пытаются производить) интеллектуальный продукт. Разница здесь – как между заводчиком и фарцовщиком (а то и старьёвщиком)."

Изобрели новое определение, чтобы выкрутиться? Ваша склонность к креативу похвальна. Однако, во-1х, это ваше личное определение, которое вы сами выдумали. Так что и писали бы не "можно определить, как..." а "Я, К.К., сегодня решил определять ненавистную мне интеллигенцию, как бла-бла-бла...а вчера я определял ее как бла-бла-бла..."

Во-2х, такие крайние случаи, как максималист Мандельштамм, это единицы. Поэтому, и объем его творчества ничтожен. Остальные Работники Серого Вещества делают как 1е, так и 2е, в разные моменты своей жизни, а иногда и одновременно. К тому же, любое творчество хотя бы отчасти является вторичным продуктом, т к немыслимо без влияния предшественников (оба брата Гайдна и И.Х. Бах влияли на Моцарта, Моцарт на Бетховена, Бетховен на Шуберта, Державин на Пушкина, Пушкин на Лермонтова, Гегель и Фейербах на Маркса, Маркс на Ленина, Хэмингуэй на всех писателей 2й половины ХХ века, даже если они это отрицают, и так далее). Т е для большинства работников умственного труда творчество, это комбинация заимствований и изобретательства, которое без заимствования невозможно, строго говоря. И Мандельштамм ваш нихрена не написал бы без легиона поэтов до него. И никакой границы нет.

Извини - не по теме поста.

Ты уже видел эту песенку про вашу заратустру? - http://6estov.livejournal.com/132438.html. Тянет на гимн для твоего журнала )))

P.S. А ещё я считаю - что Аракчеев должен быть освобождён!

P.P.S. Также я убеждён - что Константина Крылова нужно покрестить и сделать православным!

согласен.
насильно сделаем.

(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)
(Deleted comment)

За "одесситов" стало обидно?

Не только: "Подкрепление -- частное мнение одного кагебистского поэта Мандельштама."

Вот и Фёдор Михайлович: "Ну, хочешь второй лист "Человек ли женщина?" переводить? Коли хочешь, так бери сейчас текст, перьев бери, бумаги - все это казенное - и бери три рубля: так как я за весь перевод вперед взял, за первый и за второй лист, то, стало быть, три рубля прямо на твой пай и придутся. А кончишь лист - еще три целковых получишь." -

а есть ещё и Куприн, и Лесков, и ... - сами поинтересуйтесь.

Так ведь идея национального государства, скажем --
и ее придумал хитрый француз. Цинизм вообще штука
опасная, ну как сведет "интеллигенты vs интеллектуалы"
к противостоянию фарцующих кланов. Французы, впрочем,
отчего-то заимствуют не стесняясь.

Как раз если смотреть на интеллигентов как на отставную
административную элиту, их любовь к меньшинствам проще
простого об'ясняется в терминах pecking order. Голуби
не поддерживают соседних по социальной лестнице, только
через одного и ниже, потому что те не составят конкуренции,
а их благодарность можно использовать, случись амбиция
продвинуться выше.

А Разумихин (как Репетилов) -- наверное, по мысли автора,
разносчик душевной эпидемии; хуже больного, потому что не
способен заболеть, так что ничем не рискует. (Нечем.)

Почему француз?

Шотландцы с гордостью утверждают, что первую Декларацию Национальной Независимости приняли они после победы Роберта Брюса над англичанами (см. фильм "Храброе сердце").

назвать себя картезианцем - это уже клиническая интеллигентщина.

Уже упомянуто, тем не менее, рискну все-таки еще раз на эту тему высказаться.
Вы изначально оперируете неверным понятием "интеллигенции". Все-таки "творческая интеллигенция" - это попытка примазаться.
Художники, музыканты, писатели, журналисты и прочая дребедень могла быть названа интеллигенцией только в 19-м веке, когда выделялась умением писать и читать. Сегодня этот критерий не катит, этого мало.

>>> Художники, музыканты, писатели, журналисты и прочая дребедень

Вы это пишете в ЖЖ писателя и журналиста :)

А вот интересно: не было ли подобных рассуждений в Белом Мире?