Константин Крылов (krylov) wrote,
Константин Крылов
krylov

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Categories:

Мёртвая Смерть: селёдочка

Снились длинные, невесёлые сны. Запомнился хвостик последнего.

Я работаю на какой-то радиостанции – что-то вроде «сити-фм» приблизительно. Это не единственное место работы, и даже не приработок: деньги там я получаю «какие-то символические», но меня прикалывает атмосфера.

Иду вдоль длинного коридора, увешанного портретами разных вип-персон (почему-то особенно часто попадается Миронов, предсовфед и выхухоль который). За мной, на некотором отдалении, движется целая толпа, предводительствуемая Третьяковым. Толпа движется на некое говорильное мероприятие, приуроченное к Масленице. Я как бы помню, что Масленица вроде кончилась, но народ идёт очень уверенно, «как будто так и надо». Третьяков о чём-то разглагольствует, воздымая руки.

Вдруг в коридоре появляется хорошо накачанный парнишка в боксёрских трусах и кроссачах. Он со всей дури лупцует маленькую, сухонькую старушку интеллигентного вида, и при этом орёт что-то неразборчиво-патриотическое, «не простим», «Родина», «предатели» и ещё что-то в том же роде. Старушка пятится, но видно, что его удары ей никакого заметного вреда не наносят, хотя и не радуют.

Наконец, он вбивает её кулаками в толпу. Людским движением её выносит ко мне. Я понимаю, что надо «как-то оказать уважение», беру старушку под локоток и отвожу в комнатку с диванами и вазочками на столах.

Пока я иду, кто-то – не помню, кто – мне объясняет, что это была семейная сцена. Юноша известен как «сын Третьякова», хотя сам Третьяков, кажется, его не признаёт. Он постоянно подкарауливает свою мать – вот эту самую старушку – и пытается её избить, под разными предлогами, сейчас он патриот и поэтому бьёт её по причине патриотизма. «А ей чего, ей всё равно ничего не будет» - туманно заканчивает собеседник.

Мы тем временем попадаем в комнату, заставленную чем-то вроде высоких лавок, на которых возвышаются блюда с блинами и ковши с нарезанной сельдью. Я беру блин и вдруг обращаю внимание на своих руки – у меня почему-то очень тощие пальцы, «прям палочки какие-то».

- Люблю блины с селёдочкой! – вздыхает рядом мой школьный приятель Валера Журавлёв, выглядящий именно как в школе, пацанёнком. Я вдруг почему-то думаю, а жив ли он, - и просыпаюсь.

)(
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments