June 23rd, 2001

с митинга

К русскому вопросу

Неконкурентная нация(не имеющая вкуса к конкуренции, к грызне)</b> = неконкурентоспособная нация.</b> Во всех смыслах.

Потому что надо любить грызню. Надо любить грызню, чтобы хорошо кусаться. То есть делать это не "ради необходимости" и "нехотя", а именно с любовью к самому занятию. Иначе - обязательный, неизбежный проигрыш. Особенно сейчас. Раньше можно было отсидеться. Сейчас - нельзя. Сейчас выигрывают только хищные народы. "Бэз вариантов".

Вывод. Надо прививать вкус к конкуренции. Развивать в себе внутренний садизм (с) из воспоминаний tiphareth

)(
с митинга

Логика

Из разговора с Е.

Е: - Ну да, он, конечно, русофоб. Но он же еврей. Это же для его естественно, чего ты хочешь?
Я: - Ну да, конечно, естественно. Именно поэтому и хочу.
Е: - Не понял?
Я: - Ну смотри. Евреи прекрасно знают, что антисемитизм естественен, более чем естественен - после всего, что они с нами сделали хотя бы, да и вообще. Из этого вывод: его надо подавлять всеми силами, с перегибом палки, с чудовищным этим гоном, с "Антидиффамационной лигой", и так далее. То есть "естественность" чего-то - это не причина для понимания и прощения, а наоборот. Это как раз то, что прощать и понимать нельзя. Следовательно, русские должны вести себя так же - особенно же по отношению к тем, для кого русофобия естественна.
Е: - У нас не получится.
Я: - Да, наверное. Не получится.

)(
с митинга

Мультфильмы

Я как-то уже писал про "Тома и Джерри". А вот его чудовищный русский аналог - это первый (именно первый!) мультик про "Кота Леопольда". Это ж просто какие-то глубины национального бессознательного. Где обижаемый мышами кот на короткое время озверевает, наказывает наглых зверьков - но, увы, не до конца: действие волшебной таблетки кончается как раз в тот момент, когда тварюшек можно было бы раздавить. И всё начинается по новой.

Прямо российская история в чистом виде.

И извечная русская мечта: кто бы прописал нам озверин.

Вопрос в том, что очень хочется в конечном итоге остаться добреньким. А так не бывает. Это билет в один конец. Или ты становишься хитрым зверем, и принимаешь на себя ответственность за это - или продолжаешь ходить в вечно обиженных, тоже, кстати, с ответственностью.

И когда-нибудь наши добрые русачки таки взмолятся: Господи, сделай нас, русских, нормальным народом - хитрым, злым и жестоким!

И да услышит нас Господь.

)(
с митинга

Времянка, или О любви к новизнам

Зашёл на один знакомый форум, неплохо организованный и вполне соответствующий своей задаче. Там кипеж: владельцы ресурса одержимы желанием всё переделать по-новой. Не потому что было плохо - а именно потому, что было хорошо, удобно, все привыкли. Это, конечно, не жизнь. Надо сделать всё по-новому, как ещё не было.
При этом всё кривое, косое, неправильно устроенное, обычно существует веками. Не потому ли, кстати, что выглядит "как новенькое", то есть как недоделанное (ибо "по-нашему" новое = недоделанное)?

Меня всегда поражало, кстати, что "Временное правительство" таки действительно оказалось временным. Шарага с таким названием должна была просидеть как минимум лет десять.
Видимо, большевики были "ещё более временными". Впрочем, их так и воспринимали поначалу - как какой-то совсем уж странный завиток истории, как социальную экзотику, которая, разумеется, быстро кончится сама.
Ага, как же.

)(
с митинга

(no subject)

трогательно и прекрасно:

Они смотрели туда, на эту скамейку у белой колонны. И они счиняли истории про них - этот похож на Андрея Миронова, а этот - как артист Дима Харатьян. "Немчики, немчики". Так говорят о котятах.
У русского народа в крови почтение к барчуку. Барчук как младенец Христос, его глаза прозрачны, и бог знает, как они вообще зачинают детей - эти счастливые люди из шестикомнатных квартир. Когда Революция декларирует равенство, мы ждем смерти этого старого комплекса. Но миф не удается - и барчук появляется вновь. Ребенок-иностранец конечно же тоже барчук. Но это сверх-идол, он даже не разговаривает, он поет что-то свое, и несломавшийся голос, и все это - непонятный язык, спонтанный, казалось бы смех, делают его ангелом, чьи мотивы чисты и непонятны нам, уже ставшим в свои десять лет человеческой массой.


Однако, логическим завершением такого отношения является всё-таки вот это:

- Няня, а ты помнишь своё шестнадцатилетие? - непокорно склонив голову, Настя следила за ползущим по полу рыжим муравьем.
- Хосподи, да я уж тады на сносях была!
- Так рано? А, ну да! Тебя же в пятнадцать сосватали.
- То-то ж и оно, золотце моё. А к заговенью-то на Рожство и родила Гришу. Да токмо он, сярдешнай, от ушницы помёр. Потом Васятка был, опосля Химушка. К двадцати-то годам у мене один бегал, другой в люльке кричал, третий в животе сидел. Во как!
Опухшие белые пальцы няни мелькали в каштаново-золотистом водопаде волос: тяжелая коса неумолимо росла.
- А я никого не родила, - Настя наступила кончиком парусиновой туфельки на муравья.
- Хосподи, о чем тужить-то, золотце моё! - колыхнулась няня. - Тебе ли красоту на семя пущать? Ты на другое сподоблена.


...Настю подали на стол к семи часам. Её встретили с восторгом легкого опьянения.
Золотисто-коричневая она лежала на овальном блюде, держа себя за ноги с почерневшими ногтями. Бутоны белых роз окружали ее, дольки лимона покрывали грудь колени и плечи, на лбу, сосках и лобке невинно белели речные лилии.
- А это моя дочь! - встал с бокалом Саблин. - Рекомендую, господа!
Все зааплодировали.
с митинга

Как всё это трогательно

С либерастического форума:

Москвичи, ответьте, а вы наследникам Ульянова от своей «з/п» отстегиваете процент за то, что Ленин столицу в Москву перевез? Ведь жили бы вы сейчас в такой дыре, почище Бологова. Поскольку ведь менталитет московский не выдержал бы такого давления, какое вы сейчас на всех в России оказываете. Сбежали бы вы из Москвы как тараканы кто куда, поскольку безродные вы в большинстве своем, «лимита» россейская, в генах которой усиленное питание за счет 150 миллионов, пытка колбасой на фоне всеобщего россейского 70-летнего голода… А в Питере всегда был ко всему не шкурный, не колбасный подход, а токарный, слесарный, образвательный, культурный и интеллегентный . Питер, это единственная столица в Европе, которая не познала врага... Представляю, как бы вы колбасились, если бы пережили блокаду. Да и не пережии бы, буть не тсолицей... В Питере, если б Ленин столицу не перевз, было бы сейчас второе Токио с виадуками над зимним дворцом… А в России второе немецко-японско-корейское чудо. Потому что разные мы с вами, москвичи, донельзя. Мы бы вас не душили, как вы нас налогами, трансфертами, прокурорами и другими фуфловыми псевдо-столичными рычагами. Ведь мы другие, хоть и рядом. Мы бы, будь мы столичные, дали бы волю регионам и вместе с ними бы подымались как пирог на дрожжах. Не, ну конечно, Путин с Чубайсом и компанией все равно в Москве (но не на повышении, а уже в ссылке) оказались бы, поскольку естественный отбор, мля…. Вы сейчас будете обкакивать тоску зоррову из «областного городишки». Это еще раз подтвердит ваш менталитет сноба на пустом месте, который хвалится ПОДСВЕТКОЙ в Москве, а не тем, что он поднял (не задушил) упавший регион, хоть один…Отнюдь. У нас разные корни, мы с вами – РАЗНЫЕ ЭТНОСЫ. Мы – этнос созидания . ВЫ этнос сосущего вампира. Здесь, у нас, даже рабочие на Путиловском так ходят, что их надо застрелить, а потом толкнуть, чтобы упали. И не дождетесь. Москва же на разломе, вот и парятся все в Москве, поскольку пена у рта и шило в жопе. А Питер на болотной подушке, на сваях, спокоен и основателен, Питер у моря и всех океанов, у нас кварталы Достоевского и деревянный ДОМИК ПЕТРА ВЕЧНЫ как память, как трамплин для лучшей жизни во ВСЕЙ РОССИИ.
Да, Ленин далеко глядел. Пора его хоронить.


Особенно хороши эти "виадуки над Зимним Дворцом" (очевидно, хрустальные). Манилов жив и рулит форева.

Хотя насчёт голода - понимаю, и очень сочувствую. Но это именно всеобщий российский голод. Тут уж - - -

)(