June 14th, 2003

с митинга

алеет Восток

Потрясающие метафоры:

Он дверцы топки раскрывал движением одним.
Величественные стихи великого поэта и государственного деятеля Го Мо Жо о паравозе.

Метафоры потрясают:
...Огонь играл.
Казался он алеющим востоком,
Он словно говорил:
"Юэ, нам вместе путь держать!"
Юэ Шан-у старательно брал на лопату уголь.
Я думал:
"Так вот с ложечки ребенка кормит мать".

...У нас товарищ Ху Чунь-дун еще придумал способ,
Чтоб спуск взбираться на подъем нам помогал в пути:
Он, пользуясь инерцией движения состава,
Без силы пара полпути мог поезда вести.
Толкали паровоз вперед бегущие вагоны!
(Так инициатива масс, подумал я, вперед
Толкает руководство.)


)(
с митинга

(no subject)

Я мало кого поздравляю с ДР. Совсем не потому, что "морду гордую ворочу" от простых человеческих радостей, а потому, что сам не люблю этого праздника: сень смертная в такие моменты ощущается сильнее, "и вообще". Ну и соответственно, невольно распространяю это на других.

К тому же из меня плохой поздраляльщик - а поэтому я стараюсь "говорить хорошие слова" только тем, кого знаю, и кто уж точно - - -.

Саша, будь счастлив всегда.

)(
с митинга

о ценностях

Весьма точно.

Оставаться бесстрашным, когда для твоих ценностей существует реальная опасность, способен только дурак. Поэтому для борьбы со страхом (она же борьба за толерантность) человечество в незапамятные времена изобрело несколько – не очень много, можно пересчитать по пальцам одной руки – методов.

1. Первый – метод обесценивания ценностей: здоровье, богатство, престиж – пустяки по сравнению с чем-то гораздо более важным и недоступным для обидчиков: с Царством Небесным, с чистой совестью и т.п.

2. Второй метод – внушение веры в неуязвимость ценностей: «истинная любовь вечна, она устоит перед разгулом распущенности», «истинное искусство вечно, оно устоит перед напором масскультуры», «правда всегда побеждает», «не страшны России никакие вороги» и проч.

3. И третий метод – в борьбе соперничающих ценностей, в борьбе социальных и культурных сил «болеть» за все команды сразу, «болеть» за мир как целое, видеть в зле какое-то тайное, еще не раскрывшееся добро или, по крайней мере, полагать, что, уничтожая источники зла, уничтожаешь и источники добра. В другом варианте – человеку не дано предвидеть отдаленные последствия своих и чужих поступков: зло слишком часто оборачивается добром, а добро злом, чтобы можно было очень уж решительно становиться на чью-то сторону.

Однако и у самого отпетого релятивиста, по-видимому, бывают ситуации, когда и у него исчезают сомнения в катастрофических последствиях того или иного явления... Так или иначе, когда пропадают сомнения у релятивиста, утрачивает толерантность и он. Где кончаются сомнения, кончается и толерантность.


В общем-то, всё точно. Я бы только дополнил тезисы их "цуенностной стороной". Поскольку все три метода сами по себе ценностно нагружены.

1. Понятное дело, что новоизобретённые ценности, "симулякры" - в силу их надувной природы - можно возносить как угодно высоко ("всё хуйня, кроме пчёл").

Однако, надуты они чем-то реальным, и этот газ из них можно выпустить разными способами. Иногда хватает простой логики. Например, типичным примером лжеценности является та же самая "толерантность".Те, кто во имя толерантности предлагают "считать всё относительным", считают саму Толерантность абсолютом - поскольку "относительным" всё становится именно перед её лицом. (Вообще, если где-то предлагается "релятивизм" и "относительность", то обязательно есть и то, относительно чего всё относительно.) Но в таком случае эта "ценность" оказывается самопротиворечивой: если всё относительно, то и ценность толерантности тоже, хм, не абсолютна.

С "Царствием Небесным" примерно та же фигня. Допустим, "всё мирское есть гной и кал, а надо искать небесного". Но где вы собираетесь искать "небесного"? Очевидно, здесь, в этом мире - ничего другого-то у нас нет. По крайней мере, вход в "небесное" должен находиться здесь. Как только мы это фиксируем, можно начинать говорить о поисках "точек трансцеденции" и о том, куда они ведут. А также о том, что с ними случится, если вдруг "этот гадкий мир" сильно изменится. Для того, чтобы существовали монастыри (или ашрамы), нужно, чтобы существовало много чего. Например, законность, порядок, власть... и мы быстренько убеждаемся, что "по-честному" нужно очень много чего, а от первичного жеста "нужно одно" остаётся пшик. А если не по-честному, то это нас типа в секту приглашают, намереваясь поживиться нашими пожитками да прибытками.

И т.п.

2. Второй метод разрушения ценностей на самом деле сводится к следующему суждению: "либо ценность защитит себя как-нибудь сама, либо она не ценность". Примеры: "если русский народ не способен выдержать гнёт инородцев, нахуй такой народ", "если масскульт теснит традиционное искусство, туда ему и дорога", и т.п.

На самом деле, конечно, никакие ценности сами себя не защищают. Желающий в этом убедится да возьмёт "дорогие швейцарские часики" и да положит их на рельсу трамвайную.

3. Всякое "нам не дано предугадать" (оно же "мир сложнее") есть самое опасное и сбивающее с толку рассуждение - так как оно, в общем-то, верно. Но верно тавтологично. Нам и в самом деле не дано предугадать последствия своих действий. Но нам не дано предугадать и последствия своего бездействия. Тезис "не вмешивайся, всё очень сложно" предполагает, что последствия вмешательства мы оценить не можем, а последствия невмешательства - можем (типа "ничего не изменится"). Но это херня. На самом деле всё настолько сложно, что наше сидение сложа руки имеет не меньше последствий, нежели участие в гуще событий. Более того, опыт показывает, что практический релятивизм, в отличие от яростной борьбы за свои ценности, приводит к возрастанию неопределённости (и, почему-то, зла - поскольку появляются всякие новые виды мерзости).

Что касается "добра из зла" и "зла из добра", то тут всё просто. Добро, рождающееся из зла - это добро, без которого можно и обойтись. Например, стойкость - несомненная ценность. Но это не значит, что следует, заради воспитания стойкости, сечь детей на алтаре Артемиды, как это делали спартанцы. Поскольку "можно и обойтись", по крайней мере пока.

И не надо, не надо так уж бояться уничтожать источники зла. Вот уж чего "хватит на целую вечность".

)(