February 2nd, 2006

с митинга

Мёртвая Смерть

Снился какой-то ваххабит (или кто-то вроде того) в зелёной чалме, который стоял на кафедре и проповедовал: "Наша цель - смерть, или победа, неотличимая от смерти". При этом он жрал огромный пломбир на палочке, похабно его облизывая и покусывая. В какой-то момент он вдруг заявил: "Вы всё ещё видите противоречие между этим и этим?" - и высоко поднял Коран (во сне я знал, что это именно Коран) и пломбир. Аудитория (невидимая мне) растерянно загудела. Тогда ваххабит расхохотался и закричал - "Мы любим сладкое, а Коран слаще всего на свете - для тех, кто умеет есть!" И он начал откусывать от Корана корешок, а я понял, что внутри там бомба, и надо что-то делать.

Проснувшись, я секунду или две ощущал во рту вкус Корана. Это было что-то вроде топлёного бараньего жира с сахарной пудрой.

)(
с митинга

(no subject)

Это написал tor85. Дублирую.

В день рождения Ельцина

Сегодня день рождения моего отца.

Так вышло, что в один день с Ельциным, которого он более чем заслужено презирал.

Отец был ведущим специалист в своей отрасли, входил в первую десятку мира и, наверное, был первым-вторым у нас в стране. Его труд присутствует, в том числе, и в каждой ракете нашей страны, от Бурана до Града, и в сталелитейной промышленности, и в алюминиевой, и в химической, и в производстве композитных материалов. Орденоносец, лауреат и прочее, прочее, прочее…

Однажды в 70-х, на конференции в США, ему удалось «случайно» попасть на закрытую базу НАСА – и ушел он оттуда не с пустыми руками ;-) Значит ещё и шпион от «кровавой гэбни».

В 91-м он тяжело заболел – эмфизема легких.
Легкие стали отказывать, кислород всё хуже проникал в кровь, он задыхался.
Сначала ему стало тяжело ходить на лыжах, потом, ходить вообще, потом и сидеть…
Любая малейшая физическая нагрузка, даже попытка самостоятельно побриться, вызывала тяжелое удушье.
Кислорода не хватало – организм, чтобы хоть как-то скомпенсировать это, начал усыхать заживо. Он быстро и катастрофически похудел: из здорового, крепкого мужика ростом под 180, он превратился в скелет, обтянутый кожей – весил всего лишь 41 кг.

Но больше физических мучений были страдания души.
Бессильный что-либо изменить он лишь наблюдал за тем, как дело его жизни, всё то, что было им сделано идёт прахом: заводы, которые он строил, останавливались, технологии деградировали, люди, с которыми он работал, скатывались на социальное дно.
Катастрофа, живым олицетворением которой была гнусная харя Ельцина, была для отца мучительней всего.

Мы никак не могли оформить отцу инвалидность – из дому он выйти не мог, официально комиссия по освидетельствованию выезжала лишь по месту прописки, а он жил с мамой по другому адресу. Дать на лапу врачам он категорически запрещал: «Я буду как все – если я не нужен стране, то пусть так и будет…»

В 2000-м году глядя в окно на горящую Останкинскую башню, он сказал: «Кажется, наступают последние дни…»
Ему стало совсем плохо, и нам удалось уговорить его лечь в больницу.
Лечить, собственно говоря, было нечего… есть болезни, которые не повернуть вспять.

Его посмотрели все врачи, необходимые для получения этой символической инвалидности, но заключения ОФИЦИАЛЬНОЙ комиссии так и не было – нет де направления на освидетельствования с места прописки. А направления нет, потому что человек не приходит на комиссию и находится в больнице без направления комиссии. Мы пошли по инстанциям. Каждая чинушная морда, неуловимо напоминавшая сытое ельцинское ебло, томно вздыхала, разводила руками и посылала нас на уровень выше.

Не денег нам было надо – какие там деньги с этой инвалидности? Слава Богу, мы сами могли и прокормить, и обиходить отца, и на лекарства/лечения тоже хватало. Нас задела за живое НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ. Человек столько сделал для страны, отдал ей все силы и здоровье, выглядит как узник Бухенвальда – и нет НИКАКОЙ законной возможности признать очевидный факт, что человек инвалид. Ну как же так? Где справедливость?

Мы дошли до министра здравоохранения, так и не дав ни копейки на лапу. Большой начальник потратил 30 секунд на резолюцию. Торжествующие мы поехали к отцу в больницу.
На проходной нам сказали, что полчаса назад он умер…

Господи!

Я знаю: ты учил о том, что справедливость выше закона, а милосердие выше справедливости.
И что нам надо любить и даже врагов своих – бороться с грехом, но сострадать о человеке, впавшем в грех.
И что ты хочешь, чтобы все души спаслись – и даже душа Ельцина.
И, наверное, затем отмерил Ельцину длинный срок на земле, чтобы и эта гнида успела раскаяться…
А он не кается, ему всё как с гуся вода – сыт, гладок, весел, самодоволен.

Господи! Пусть справедливость восторжествует – если не в этом мире, то на последнем Суде.

PS. Если вы понимате, если пепел стучит у вас в сердце, то прошу Вас: в память моего отца и многих, многих, многих наших - продублируйте этот пост. Отметим день рождения Ельцина.


Я о Ельцине сейчас как раз пишу. Интересно, возьмут ли это где-нибудь опубликовать.

)(