December 8th, 2007

с митинга

О природе человека (околопоршневское) | "сама давит"

Если определять человека, то человек – это, прежде всего, паразит самого себя. Человек есть глист человека, ибо сосёт кровь из других людей.

Кстати, разум – свойство паразита и только паразита. Неокортекс – паразитическое образование, "плёночка на мозгу", которая его эксплуатирует, "соки сосёт".

Разум – это не «способность думать», а способность систематическая эксплуатировать свои (а потом и чужие) способности, в том числе и способность думать, в том числе и способность эксплуатировать.

Когда эксплуатируют чужую способность эксплуатировать, выстраивается пресловутая «властная пирамида». Это система эксплуатации эксплуататоров. Один тип паразитирования выстраивается над другим, тот над третьим, и так - до предела человеческой массы, которая САМА СЕБЯ ДАВИТ. Это, кстати, и есть определение МАССЫ как таковой: масса есть объект эксплуатации себя и подавления себя.

Массу никто не держит в состоянии массы. Она "себя сама плющит". Остальные пристраиваются и слизывают то, что выделяется в результатет плющения. Ну ещё и не дают отдельным индивидам выбраться из массы. "В общем-то и всё".

Поэтому, кстати, евреи, если рассматривать их как паразитическое образование на человечесте в целом (точнее, на его культурной и финансовой надстройке), безусловно, стоят выше людей - именно в качестве "последних червей", питающихся "самым сладким соком". Что, разумеется, ничего не говорит об их "личных качествах", которые совершенно неважны. Важно, к какой чакре, к какой ранке прилепились ротики. "Мы вот тут вкуснятничаем". - "А мы вот тут".

Впрочем, всё это банально. "Чего тут писать-то".

)(
с митинга

вежливое "вы" | "группа" и "тип"

Витгенштейн любил обращать внимание на мелкие детальки и подробности употребления слов и знаков. Типа: почему в комиксах, когда персонаж думает, его мысли обозначаются облачком, а когда говорит – пузыриком? Вопрос вроде бы плёвый, а попробуй ответь.

Это, кстати, очень характерно для сколько-нибудь развитой области знания – заниматься вопросами, которые профану кажутся плёвыми. Археологи нашли два уголька и следы обожжённой глины в каком-то там слое. «Все ошумлены» — разумеется, те, кто в теме.

Более того, развитая наука такие мелкие вопросы сама генерирует. Стрелка на каком-нибудь инфазобариометре отклоняется влево на два деления, а по теории должна бы вправо на три. Для профана пустяки, для специалиста – «весь мир на голову встал».

У меня тоже откуда-то завелась привычка цепляться вот к таким мелочам. Например, к «пограничным» случаям употребления некоторых слов. На таком изломе иной раз видно то, чего совсем не видать, когда слово в своём гнёздышке.

Ну вот к примеру. Есть несколько ситуаций, когда личное местоимение множественного числа используется в значении единственного. То есть «мы» в значении «я» и «вы» в значении «ты».

Последний случай очевиден – так называемое «вежливое Вы». О природе этой «формы вежливости» я слышал и читал много всякой ерунды. Все обычно сходятся на том, что это «какой-то непонятный архаизм». Есть даже мнение, что, дескать, всё дело в разделении Восточной и Западной Римской империи, которое иррадиировало в Третий Рим. Другие говорят, что в русском «вежливое Вы» появилось в петровскую и послепетровскую эпоху, "что кажется более достоверным" (с) Диоген Лаэртский). Ну ещё я слышал вульгарно-интеллигентское: "вежливое Вы - это "ты и твоя душа". Про душу наша интеллигенция, как известно, "много знает". Сейчас, правда, тема сошла на нет, но ведь было.

Интересно было бы разобраться, в чём тут всё-таки дело.

Начнём вот с чего. Бывают ли ситуации, когда человек говорит о себе "мы" в значении "я"?

На ум сразу приходит царское «мы, Николай Первый». Или - то же самое - советское "мы посоветовались и решили".

Ещё один пример "мы" как "я" - "авторское мы". Когда человек внутри текста упоминает себя, но не хочет вводить первое лицо единственного числа. "Мы не усматриваем здесь ничего интересного" - пишет Хайдеггер о Поппере. Интересно, что в этом случае скромность может доходить и до "вежливого третьего лица" - автор сам себя может назвать "автором" или "сочинителем". "Сочинитель сего опуса предостерегает читателя от того-то и того-то".

О чём речь? В первом случае - "царском" - "Мы" явно приподнимает. "Мы" - это "усиленное Я", "форсированноое Я". Сразу представляешь себе этакого "короля-солнце", сияющего пузом. "Мы, великий и могучий". Трум-пум-пум.

Во втором - это нарочитая скромность, самоуничижение (которое, как известно, паче гордости). В "мы" и "автор" слышится "ваш покорный слуга". Понятное дело, что никакой это не слуга, да и не покорный, а, скорее, льстивый и коварный, желающий поиметь читателя в самое-самое, трахнуть в трепетную сёпу. Но именно поэтому - льстивый изгиб: "мы не хотели бы быть неправильно понятыми".

Сосредоточимся на картинках. Вот "Мы Николай Первый". Что видится? Что-то блестящее, парадное, "полки, полки, полки". И Император на белом каком-нибудь кобылЕ, как воплощение этих "полков".

С другой стороны - "мы" авторское. Тут видится какое-то бесконечное множество официантов, парикмахеров, чесальщиков пяток и жополизов, которые покорно склоняются и ждут указаний от господина-читателя. "Нас много, а Вы, сударь - один".

То есть в обоих случаях акцентируется одно: принадлежность к какому-то коллективу. В одном случае к "правящему классу", в другом - к классу услужающему. В обоих случаях это присоединение к группе чисто риторическое, но всё-таки оно обозначено.

Теперь вспомним самый распространённый и самый незаметный случай употребления слова "мы". Когда "мы" обозначает именно что принадлежность к группе.

Вот крестьянин на вопрос, откуда он, отвечает - «пскопские мы». Он говорит на самом деле о себе лично. Тут «мы» — это «я, как принадлежащий к устойчивому сообществу насельников данной земли".

Вот гопник говорит - "мы таких мудаков ногами пиздим". Имеется в виду опять же "я как мы" - на сей раз какое-нибудь "мы, районные".

И так далее - примеры можно умножать.

Смысл один. Существует два понимания "Я". С одной стороны - "я" именно как "я", изолированно и отдельно". И с другой - "Я" как часть группы", "выступ на теле коллектива".

И вот это-то второе понимание "Я" - не оторванного, а выступающего - и актуализируется в "вежливом мы", "вежливом вы", а также и в невежливом "мы" и "вы" в значении "Я" и "ты".

Потому что существует и "невежливое вы". Например, когда человеку говорят что-нибудь вроде "вы все хотите того-то и того-то". Тут, правда, проговаривается это самое "все". Но иногда не проговаривается. Типа - "наполеоны и гитлеры". Тут множественное число указывает, правда, не столько на группу, сколько на тип. "Вы и вам подобные".

Вообще говоря, разница между группой ("реальным множеством") и типом ("номинальным множеством") - это ещё и разница в отношении. А именно: "реальным множеством" обычно представляют то, к чему относятся положительно. И, наоборот, множеством номинальным ("формальным", "счетоводческим") - то, к чему относятся плохо. В частности, числа созданы не просто для того, чтобы считать - а для того, чтобы считать нечто неприятное. Например, врагов. "Своих" считать не хочется - их приятнее "всех назвать по именам". А вот враги - да, подлежат "исчислению". "Мы с Васей и Петей против троих уродов" - звучит нормально. "Нас трое корешей против их троих уродов" - ну, так. А "нас трое против Витьки, Коляна и Толика" - как-то неестественно.

Но это в сторону.

Итак, вежливое и невежливое "мы/вы" в значении "я/ты" предполагает особое понимание "Я" - как члена группы. Или даже как группу в целом.

Последнее - проявление крайнего уважения или крайней неприязни. Тут употребляются выражения типа "в лице", "представленный" и т.п.
Например, "Советская наука в лице академика Иннокентия Трофимовича Грыжеедова". Или там "мировой истеблишмент, представленный президеном Рональдоном Ройбушем, и т.п. Или наоборот - "Господин Грыжеедов, олицетворяющий дух псевдонаучного обскурантизма", "американский империализм, сконцентрированный в фигуре Рональдона Ройбуша" и т.п. Здесь фигура перерастает всё множество и становится объемлющей его оболочкой, "сосудом".

Кстати, сосуд, в котором содержится "всё множество", и в самом деле элемент множества. "Бутылка водки" - это множество, состоящее из капель водки и бутылки. Но функцию "удержания множества вместе" берёт на себя именно бутылка. То же самое - "множество фанатов Киркорова" скреплено Киркоровым, который их всех в некотором роде "содержит в себе", как некий Зевес, "проглотивший Вселенную"...

Но и это в сторону.

Последнее замечание: о фиксации разных ипостасей "Я" в именах. Традиционное "имя - фамилия" - это, собственно, оно и есть. Фамилия указывает на тот коллектив, представителем которого человек является - то есть на род. А вот личное имя - на "я-отдельное".

Интересно тут русское "отчество". Система "отчества и фамилии" точно соответствует вопросу "из какого ты рода-племени". И в ответ - "Ивановы мы. Петровичи".

)(
с митинга

антигламурное

Не люблю я всё-таки итальянскую обувь. Есть в ней что-то нерусское.

А из имеющегося самая наша обувка - это, пожалуй, английская. Church's, типа. Ботинки, убедительные при любом переговорном процессе - от кабинета до уличной драки. "Это хорошо очень".

)(