August 26th, 2012

с митинга

О страхах

Читаю в интервью Михаила Лотмана (сын Юрия(:

В Эстонии люди боятся "Брюсселя, масонов, евреев, американцев, много экологических фобий, боятся загрязненной пищи".

И думаю - ниччё себе.

Потому что в списке - нормальные страхи-ужасы. Боятся масонов и евреев (причём "евреи" тут имеются в виду в значении "страшная международная сила", а не соседка по подъезду) - ну да, все боятся. Американцев опять же чего ж не боятся, у них авианосцы. Экология - вообще святое.

А вот у нас всего этого особенно не боятся. Или боятся, но мало. А боятся бандитов, кавказцев, полицейских, узбеков, нищеты, суда, ну и первым делом - собственного вроде бы правительства и собственного как бы народа. Короче, "себя и других".

Вот где Angst-то.

)(
с митинга

Розановское: "быть в оппозиции значит любить Государя"

"Я понял, что в России "быть в оппозиции" - значит любить Государя, что "быть бунтовшиком" - значит пойти и отстоять обедню, и, наконец, "поступить как Стенька Разин" - это дать в морду Михайловскому."
15 сентября 1912 г., Опавшие Листья


Некоторые товарищи охотно это дело цитируют, говоря, что, дескать, и сейчас то же. И вот мы тоже так будем, консервативно-охранительно, отвергнутые и не понятые.

Я на это скажу, что товарищам не хватает консерватизма.

Розанов ведь имел в виду не ту дурацкую мысль, что "ежели всякие неприятные люди против власти, будем же за власть". Это вышло бы доктирнёрство в духе самого пошлого прогрессизма.

А говорил Василий Васильевич не про какую-то "власть вообще", а про Государя Императора Всероссийского Николая Второго, которому он верил и которого любил. И любить которого - да что любить, хотя бы просто воздавать должное - и тогда, и сейчас (считай, через век) считается криминалом пренеприличнейшим. "Николашка жалкое ничтожество" - это пункт, на котором сходятся практически все.

Так вот, ежели кто "хочет по-розановски быть в оппозиции" - так и сейчас надо иметь смелость любить Государя Императора Всероссийского Николая Второго. Ну а Львова, Керенского, Ленина, Сталина, Хрущёва, Брежнева, Андропова, Черненко, Горбачёва, Ельцина и Путина - не любить, а можно (по душевной склонности) и ненавидеть, в том числе как изменников и узурпаторов.

Что ж касается обедни - было бы прекрасно, если бы наши самые рьяные защитники православия хоть раз да отстояли бы обедню - целиком, до отпуста. Хотя бы из интереса - что же они такое защищают.

Ну а "дать в морду Михайловскому" как тогда, так и сейчас есть за что, вот только попробуй дотянись.

)(
с митинга

630 лет геноциду евразийцами населения Москвы

Оригинал взят у sm_sergeev в 630 лет геноциду евразийцами населения Москвы
Оригинал взят у aquilaaquilonis в 630 лет геноциду евразийцами населения Москвы
26 августа 1382 г., после безуспешного трёхдневного штурма, татары обманом ворвались в Москву и убили или угнали в рабство всех её жителей.






И прииде [Тохтамыш] къ граду къ Москве месяца Августа въ 23 день въ понеделникъ; а въ городе Москве тогда затворился князь Остеи, внукъ Олгердовъ, съ множествомъ народа, съ теми елико осталося гражанъ, и елико бежианъ съ волостеи збежалося, и елико отъ иныхъ збежалося, а въ то время приключишася и елико игумени, и прозвитери, и чернци, и нищии и убозии, и всякъ възрасть мужеи и жены, и дети, и младенци. Царь же стоя у города 3 дни, а на 4 день оболга Остея лживыми речми и миромъ лживымъ, и вызва его изъ города, и уби его предъ спы града, а ратемъ своимъ всемъ повеле оступити градъ весь съ все страны, и по лествицамъ възлезшемъ имъ на городъ на заборолы, и тако взяша градъ, месяца Августа 26 день, на память святого мученика Андреяна и Наталии, въ 7 часъ дни. Людие христиане, сущии въ граде затворишася въ церквахъ зборныхъ каменыхъ. Татарове же силою разбиша двери церковныа и сихъ мечи изсекоша, а другиа оружиемъ до конца смерти предаша, церкви сборныя разграбиша, и иконы чюдныя и честныя одраша украшеныя златомъ и сребромъ, и жемчюгомъ, и бисеромъ, и камениемъ драгымъ, и пелены золотомъ шитыя и саженыя одраша, кузнь с ыконъ одраша, а иконы попраша, и съсуды церковныа священныя поимаша, и ризы поповскыя пограбиша. Книгы же толико множество снесено съ всего города и изъ загородья и изъ селъ въ сборныхъ церквахъ, до стропа наметано, съхранениа ради спроважено, то все безъ вести сътвориша. Въ церквахъ же и въ олтарехъ убииство съдеаша и кровопролитья сътвориша окааннии, и святая места погании оскверниша; якоже пророкъ глаголеть: Боже, приидоша языци въ достоание Твое, оскверниша церковь святую Твою и положиша Иерусалима, яко овощьное хранилище, брашно птицамъ небеснымъ плоти преподобныхъ Твоихъ и зверемъ, прольяша кровь ихъ, яко воду, около Москвы, и не бе погребаяи, иереи, священници оружиемъ падоша, и ту убьенъ бысть Семенъ, архимандритъ Спаскыи, и другыи архимандритъ Иаковъ, и игуменъ Акинфъ Кириловъ, и инии мнози игумени, и прозвитери, и чернци, и крилошане, и черници, и попове, диакони, и простьци отъ унаго и до старца, и младенца мужеска полу и женьска, тии вси побиени быша; друзии же въ полонъ поведе, ни быша въ погонь. И бяше в граде видети тогда плачь и рыдание и вопль многъ, слезы, крикъ, стонание, охание, сетование, печаль горкая, скорбь, беда, нужа, горесть смертная, страхъ, трепетъ, ужасъ, дряхлование, ищезновение, роптание, безчестие, поругание, поносъ, смехание врагомъ и укоръ, студъ, срамота, поношение, уничижение. Татарове же, вземше Москву градъ, товаръ же и имениа вся пограбиша, и по семъ огнемъ пожгоша, градъ убо огню предаша, а людеи мечю предаша и тако въскоре взяша градъ. А иную силу царь распусти по земли воевати, а иныя ходиша къ Звенигороду, а иныи къ Волоку и къ Можаиску, а иныи къ Дмитрову, а иную рать посла на Переяславль; и те, тамо шедше, взяша градъ Переяславль и огнемъ пожгоша, а людие выбегоша вонъ изъ города по озеру въ судехъ и тамо избыша. Татарове же волости повоеваша, и городы поимаша, а села пожгоша, а монастыри пограбиша, а христианъ посекоша, а иныхъ въ полонъ поведоша, и много зла сътвориша. <…> Отшедшимъ же Татаромъ и потомъ не по мнозехъ днехъ князь великии Дмитрии Ивановичь и братъ его князь Володимеръ Андреевичь съ своими бояры въехаша въ свою отчину въ градъ Москву, и видеша градъ взятъ и огнемъ пожженъ, и церкви разорены, а людеи мертвыхъ множество безчисленое лежащихъ, и о семъ зело съжалишася, яко расплакатися има, и повелеша телеса ихъ мертвыхъ трупиа хоронити, и даваста отъ 40 мертвець по полтине, а отъ 80 по рублю, и съчтоша того всего дано бысть полтараста рублевъ.
Симеоновская летопись. ПСРЛ. Т. 18, стр. 132-133



Учитывая текущее восстановление Орды под фиговым листком «Евразийского союза» и заселение Москвы коллективным Тохтамышем, повторение событий 1382 года представляется всё более вероятным.