December 9th, 2013

с митинга

А вот это уже заявка, или успех "Свободы"

Однако!

Воскресный день на Украине ознаменовался осадой правительственного квартала в Киеве и сносом памятника Ленину в центре украинской столицы. Еще днем колонны митингующих двинулись в правительственный квартал, чтобы разбить там палаточный городок и заблокировать работу госорганов. К вечеру участникам акции удалось заблокировать 10 улиц в центральной части города и установить там палатки.

Наряду с этим активисты партии "Свобода" снесли памятник Владимиру Ленину, который находился на бульваре Шевченко. Активисты сумели свалить монумент с пьедестала с помощью тросов. Упавший памятник митингующие добивали кувалдами.


Ну что ж, это и в самом деле грамотное действие. Причём вне зависимости от отношения к Ленину (хотя оно у меня, например, понятно какое).

Что, собственно, случилось.

В-первых, свободовцы продемонстрировали силу. То есть готовность и способность к насилию, причём над "государственным объектом". Это в некотором смысле серьёзнее, чем драки с полицией. Это заявка на переформатирование реальности. Вот был огромный памятник - а теперь его нет. И не будет, даже если Янукович победит. Потому что одно дело - сохранять старый памятник Ленину, а другое дело - его заново ставить. Тем более, в ситуации, когда людей побоятся лишний раз злить. Нет, Ленина тут больше не будет. Причём все будут знать, что это сделали именно свободовцы, так как "Батькивщина" предпочла от акции откреститься (что тактически понятно, но стратегически проигрышно).

Во-вторых, объект насилия выбран на редкость удачно. На Украине Ленин - фигура малопопулярная, в том числе и среди русских. Честно говоря, даже украинским властям он совершенно не дорог. То есть люди умудрились сделать нечто символически значимое, и при этом - представьте себе! - никого реально не обидеть и не задеть. Кроме, может быть, небольшой кучки коммунистов, которые сейчас, как бы это сказать, не в тренде.

В-третьих. Насилие над истуканом - это, конечно, не насилие над живыми людьми. Никого ведь не убили. Но есть нюанс: у людей повысился градус готовности к ещё более решительным действиям. Кто видел, как рухнул Ленин (и уж тем более сам дёргал за трос), пережил нечто важное. Такое, что позволит с бОльшей лёгкостью бить уже по живым головам, в том числе и начальственным.

Правда, есть одна маленькая деталь. Ленин - это, собственно, один из создателей Украины, какой мы её знаем. Начиная с территориальных приобретений и кончая политикой украинизации. Есть в этом какая-то неблагодарность. Впрочем, личная мораль Ленина исключала благодарность как таковую - так что, возможно, Ильич сейчас смотрит из своего персонального котла на происходящее с весёлым прищуром и понимающей усмешкой: "архиправильно действуют товарищи украинцы, архиправильно".

И тут с ним трудно не согласиться.

)(
с митинга

Банальное

Люди, не способные говорить (или даже кричать), когда все молчат, не должны заниматься политикой как профессией.

Таким лучше идти в чиновники. Хотя и туда не надо: в ситуации действительно опасной они зассут начальства, начнут прикрывать свою задницу и в итоге всё провалят.

Но и люди, не способные заткнуть уши, когда все вокруг орут и визжат, тоже не должны заниматься политикой как профессией.

Таким лучше идти в журналисты и "медийщики". Хотя и туда не надо: в ситуации действительно важной они заразятся каким-нибудь настроением, набрешут ерунды, и в итогое всё изгадят.

)(
с митинга

Следующий ход

У нас очень многие возрадовались, что украинцы повалили памятник Ленину.

Я написал, что это был сильный ход (так оно и есть), но как-то особенно радоваться не стал. Хотя к Ленину отношусь более чем плохо.

Ибо свято место пусто не бывает. То есть на место Ленина почти наверняка поставят кого-нибудь другого.

Как вы думаете, кого именно?

ДОВЕСОК. Оказывается, уже заявили, что поставят Бандеру. "Что и следовало ожидать", ага.

)(
с митинга

"Сталинград" Бондарчука. Впечатления. 1

В порядке борьбы со стереотипами я решился на просмотр художественной киноленты Ф.Бондарчука «Сталинград».

Не думаю, что кого-то удивлю, если скажу, что ожидал я лютого, беспощадного срама, фейспалма и сраковыворота. Потому что Бондарчук, военная тематика, госфинансирование и все прочие необходимые условия и составляющие части нашего обычного отечественного позора наличествовали. Ну сами посудите: что может снять а) россиянский казённый режиссёр б) на миллионы бюджетных денег в) про ВОВу? Из этих трёх букв складывается только одно слово, и вы его знаете. «По-другому и быть-то не может».

Каково же было моё удивление, когда минут через десять после начала я поймал себя на том, что смотрю на происходящее на экране без отвращения, и даже более того – с интересом. Не в смысле «увлечённости поворотами сюжета» (сюжет не обещал никаких неожиданностей, более того – режиссёр старательно выполол все намёки на интригу и загадку, даже там, где они могли случайно образоваться), или там «сопереживания героям» (какое уж там сопереживание). Но всё-таки было любопытно, что дальше покажут. То есть Бондарчук взял самую низенькую из всех планок, но всё-таки взял. Бондарчук! Взял! Снял кино, которое можно смотреть не под дулом пистолета! И всего за какие-то тридцать мильонов уёв? Чудны дела твои, Господи!

Что приятно удивляет – так это качество операторской работы и звук. Особенно меня поразило то, что музыка, звуковой фон и картинка не противоречат друг другу, а друг друга нормально дополняют, как в нормальном западном кино. Ну представьте себе – а) бегут солдатики, б) грохочут взрывы, в) лабается музон, и всё это воспринимается, не побоюсь этого слова, в целостности. Ну то есть взрывы и вопли не рвут в клочки мелодию, а мелодия - не поперёк взрывов и воплей, а картинка с бегущими солдатиками всё это не перечёркивает нахрен, а даже наоборот. Как будто в нормальном взрослом белом кино. Потому что у нас обычно так: картинка про Фому, звук про Ерёму, музончик – про в огороде бузину. И вдруг такая гармония.

Тайна сия, впрочем, имела до смешного простую разгадку. Уже после просмотра кина я заглянул в тырнет, и довольно быстро выяснил, что музыку писал итальянский композитор, работал со звуком американец, операторская команда тоже была вся из крепких голливудских спецов. То есть наших родных криворучек к камерам и мирофонам просто не подпустили – и совершенно правильно, потому что людей отечественной киношколы вообще ни к чему такому подпускать нельзя: напортачат, черти, и сами не поймут.

За это замечание меня могут упрекнуть в нелюбви к нашим людям. Но давно и не мной замечено: наш человек (в особенности русский), попадая в нормальную страну, почему-то быстро избавляется от криворукости, ломастерства и т.п., начинает сечь фишку и работать как минимум нормально, а то и отлично. Секрет в том, что хорошая работа, в особенности творческая – это прежде всего правильная постановка дела. А в СССРФ на правильную постановку дела (любого) наложен запрет: всё должно должно делаться через жопу и только через жопу. Достигается это разными способами, но прежде всего – через специально придуманную кривую систему оценки результатов работы, причём на всех уровнях. Например, в советском кино «развлекательность» была ругательным словом, видеоряд понимался как иллюстрация к «Мысли Режиссёра», а саундтрек – как заполнитель пауз и костыль для зрительского восприятия («а вот тут надо музычку тревожную пустить, иначе дураки в зале не поймут, что сейчас надо бояться»). И это ещё в лучшем случае. Сейчас ситуация не поменялась, только добавились ещё и соображения бюджета и его попила, из чего следует «делать дешёво, но чтоб смотрелось богато» (это вообще везде так, но в "искусстве" особо). Если учесть ещё и то, что «на искусстве» у нас в основном сидят даже уже не местечковые, а кишлачные гении, с их представлениями о прекрасном, всё становится совсем печально. Так что единственный способ сделать действительно красиво – это нанимать иностранных специалистов. Бондарчук так и поступил, молодца.

Второе, что радует – спецэффекты. Правда, они не всегда связаны с темой фильма, а иногда и вовсе вставлены просто ради того, «шоб было». Но сделано всё отменно. Причём вот тут удачно задействовали и старую школу – огромные декорации, непавильонные съёмки, искусственная сажа (не нарисованная), и даже горящие советские солдаты горели на самом деле (их из бутылочки поливали специальной жидкостью). Представляю, конечно, что думали американцы, глядючи на такую архаику. Но – засучили рукава, взяли свои супер-пупер-камеры и умудрились снять всё так, что кажется, будто это качественная компьютерная графика.

ДОВЕСОК. Оказывается, компьютерной графикой сцены рихтовали. "Ну, понятно".

) продолжение следует (
с митинга

"Сталинград" Бондарчука. Впечатления. 2

Начало

Теперь о сюжете. Будем считать, что вы его уже знаете, потому что пересказывать его мне неохота. Впрочем, до меня его уже столько раз пересказали – иногда с преехиднейшими комментариями – что мне и трудиться не стоит. Поэтому пропущу спойлерную часть и сразу перейду к рассуждениям.

Сразу скажем: все претензии к неправдоподобности, нелепости и даже идиотичности происходящего на экране – глупы, тупы и нелепы. Немалая часть голливудских блокбастеров имеют совершенно идиотские сюжеты. Это не мешает зрителям эти фильмы обожать, лить сладкие слёзы и пересматривать по сто раз. Потому что граница, отделяющая хороший сюжет от плохого, проходит совсем не по этой линии. Важно не то, умный сюжет или глупый, правдоподобно ведут себя герои или идиотничают. Важно, чтобы сюжет вызывал интерес и не вызывал скуки и раздражения. Идиотский и нелепый сюжет может вызывать интерес, и даже захватывать, а правдоподобный - вызывать смертную тоску. И только это одно имеет значение, только это одно и ничего более [1].

Что касается «правды» или хотя бы правдоподобия – это вообще не имеет никакого отношения к искусству, и тем более к киноискусству. Скажем, сюжет фильма «Спасти рядового Райана» вызывающе неправдоподобен. А ведь это великолепный фильм, каждый кадр которого бесконечно совершеннее всей россиянской кинопродукции вместе взятой.

И, разумеется, всяческие претензии ветеранов ВОВ, военных историков и прочих любителей исторической правды следует сразу же сдавать в утиль. Тем более, что касаются они не столько фактической стороны дела (такие претензии есть, но их мало и они слишком напоминают придирки по мелочам), сколько неправильного, по их мнению, освещения событий, непатриотичности, несоответствия фильма книжкам образца 1952 года и великому советскому кино. Ну тут уж извините.

Поэтому мы не будем задавать дурацких вопросов типа того, как жила милая девушка в разрушенном доме, который, по словам закадрового голоса, «несколько раз переходил из рук в руки» - что в реальности сделало бы вопрос об отце главгероя несколько менее однозначным. Не будем интересоваться деталями поставок шампанского на передовую. Равно как и источникам зоологического гуманизма командира разведчиков, не позволяющего отстреливать немца на водопое. Не будем также дотошно выяснять, почему германские пушки не могут разнести сталинградский дом в пыль и прах, а вот советские – за милую душу. Не будем гадать и о том, откуда у советских солдат зубы белее снега. И вопросов о том, что делает на Фукусиме семидесятилетний старец, тоже не зададим. Примем то, что мы всегда принимаем в голливудских фильмах: нам показывают сказку. В данной конкретной сказке девушка может забеременеть только от любимого, советских рыцарей воспитывали в строжайших представлениях о воинской чести, а заколдованный замок могут разбить лишь родные снаряды [2]. Таковы условия игры, будем играть по ним, не любо – не смотри.

Так что претензии мы будем высказывать только художественного и идейного свойства. Претензии зрителя, который заранее согласился с тем, что данный волшебный мир устроен так, как угодно сочинителю. И гадает, нравится ли он ему смотреть на этот мир.

Первое, что обращает на себя внимание – очень медленное развитие действия, крайняя скудость событий на единицу времени. Это болезнь всего советского и россиянского кино – неспособность насытить экранное время событиями. В голливудском фильме вся ситуация успевает перевернуться десять раз, пока в советской ленте дело сдвинется с мёртвой точки [3]. Но в советском кино неспособность выдержать темп хотя бы маскировалась т.н. «актёрской игрой» и разговорами [4]. Сейчас уже и это разучились делать, так что актёры в кадре ходят-бродят как неприкаянные, ожидаючи, когда же, наконец, что-нибудь случится… Но тут уж ничего не поделаешь: родовой дефект. Нельзя требовать невозможного, тем более от Бондарчука. Мы и не будем.

Второе – это неспособность режиссёра сказать всё, что надо, только средствами самого кино. И тут уже нельзя сослаться на то, что «мы такого не умеем». Нет, это просто беспомощность или халтура, причём откровенная. Дело доходит до того, что регулярно включается закадровый голос, объясняющий зрителю, что проиходит в данный момегнт и что зритель должен по этому поводу чувствовать. Закадровый голос посреди фильма – это вообще-то позор. Или «ну очень специфический приём», который уместен только для решения каких-то очень специальных задач. Но ничего такого особо мудрёного в данном фильме нет: обычный блокбастер с мелодрамой. Так что – «фи, и очень даже фи».

Кстати о словах. В фильме нет ни одной (представьте себе, вообще ни одной!) удачной реплики, которая запоминалась бы. При общей невзыскательности нашего зрителя, который до сих пор цитирует даже самые плоские и идиотские фразочки «из кина», это выдающийся результат. Люди до сих пор повторяют дурацкое «казачок-то засланный», «тёпленькая пошла», «водка без пива – деньги на ветер» и т.п. А у меня хорошая память на слова, и я помню пару не совсем неудачных шуточек даже из бекмамбетовского «Дозора». Но тут – полный, абсолютный голяк. Вроде и помнишь, про что говорили, а вот что именно говорили – не помнишь совершенно. Такой результат стоит тридцати миллионов.

Но даже и это не самая страшная беда. Куда хуже другое: ни один из героев фильма не вызывает зрительского сопереживания или хотя бы даже сочувствия. Зрителю не за кого болеть и не с кем отождествляться. Вообще. Все – мимо.

Это, надо сказать, поразительно. И в советском, и в россиянском кино всегда находились симпатичные герои, за которых можно было переживать. Даже у Бондарчука это получалось. Но на сей раз он сделал всё, чтобы даже слабенького сопереживания не возникало.

Смотрите сами. В начале фильма нам сразу сообщают, что все герои-мужчины погибнут. То есть зритель с самого начала смотрит на них как на обречённых. Нет и интриги: если было бы известно, что кто-то выжил, можно было бы гадать, надеяться, делать ставки… Но нет: все умрут, и мы это знаем…Если этого вдруг недостаточно: каждый заметный герой из пятёрки обязательно совершает какой-нибудь глупый и гадкий поступок, который сразу списывает с него изрядное количество зрительских симпатий. Командир группы пристрелил недисциплинированного матроса. Причём так, что это выглядит не «трудным неоднозначным решением» (как это сделали бы в нормальном кино), а так, будто убивать своих для него – банальнейшая вещь, труднее сапоги почистить. «Немой певец» тоже не трогает, потому что в его немоту не веришь: видно, что человек неумело притворяется, поскольку специфические навыки немого у него отсутствуют напрочь, и актёр даже не пытается это сыграть… Ещё один персонаж, не лишённый индвидуальности («ярким» там назвать нельзя никого), снайпер, намеренно изображён неприятным типом: постоянно говорит «всякие гадости» (при этом ничего гадкого не делая, что каким-то образом ещё сильнее портит впечатление), а под конец становится причиной гибели всей группы: вместо того, чтобы убить главного врага (немецкого офицера Питера Канна), он убивает его женщину, что дополнительно мотивирует немца на штурм… А финальный подвиг – вызвать огонь на себя – отдаётся самому невыразительному герою, радисту (которого в начале чуть не пристрелили). Причём даже огонь на себя он вызывает таким голосом и с такой рожей, будто сантехника вызывает.

Кстати о немецком офицере. Его играет Томас Кречманн, специалист по образам нацистов. В отличие от наших, он действительно играет, а не хомячит. В результате Питер вышел поживее, чем вся пятёрка советских солдат вместе взятая. Какие-то подозрительные патриоты уже поставили это в вину режиссёру – он, дескать, вражина, хорошо снял немца. Это несправедливо: Бондарчук и его сценарист честно старались всё испортить. И во многом преуспели: немецкий гауптман, произносящий бессмысленно-пафосные речи и регулярно впадающий то в раж, то в депрессию, выглядит не белокурой бестией и не честным офицерюгой, а неприятным неврастеником. Например, его пространные воспитательные монологи на немецком перед женщиной, которая языка заведомо не знает, отдают клиникой. Не хочешь, чтобы баба отдавала другим продукты, которые ты заначил для неё – солдатский разговорник тебе в помощь. Не хочешь, чтобы тебя понимали – так не текстуй. Но нет же, мы будем произносить аутичные речи безо всякого эффекта, просто чтобы свой голос послушать… «И всё у них так».

Не вызывает симпатий и главгероиня, девушка Катя. Казалось бы, беспроигрышный вариант – милая девушка, много претерпевшая, защищаемая мужским коллективом. Белоснежка у гномов, пушкинская царевна у семи (ну, пяти или шести, сколько их там) богатырей – вполне узнаваемый образ. Как его отыгрывать - тоже известно. Нет, и тут режиссёру каким-то волшебным образом удаётся всё слить. Девушка не выглядит ни наивной, ни травмированной, ни… да вообще никакой. Откровенно говоря, она и выглядит, и ведёт себя как дура. В чём, конечно, много жизненной правды, но это как раз тот самый случай, когда она неуместна.

Про остальной фон не стоит и говорить. Разве что стоит отметить выдающиеся внешние данные полковой подруги гауптмана. Хотя ещё лучше она бы смотрелась на каком-нибудь порносервере, потому что играть она и не пытается. На сцене, где она сидит с ножом, я, чесгря, хихикнул, до того нелепо это выглядело.


[1] Бывают, впрочем, ситуации, когда следование исторической правде важно – но только в тех случаях, когда претензия на правду является непременным условием зрительского интереса. Но это редко.

[2] Если бы сценаристом был я, то не стал бы мучиться и сразу сделал бы дом заговорённым. Или пребывающим под какой-нибудь эгидою или омофором. Ну, скажем, в нём был зажимо сожжён немцами святой старец Плутоний, который перед смертью предрёк, что сей дом немецкие пушки не разрушат.
Это к тому же удачно развило бы намеченную, но не развитую в фильме православно-патриотическую тему: истово крестящегося советского воина нам показали, но один раз и в самом начале. Демонстративно повешенное на стенку ружьё так и не выстрелило – так что непонятно, зачем его, собственно, вешали.

[3] Несмотря на то, что основные приёмы монтажа и даже голливудская актёрская школа были придуманы русскими (а может, как раз поэтому), советская киношкола как огня боялась всякого действия. Взять советские фильмы про войну, например – даже в них (где, казалось бы, динамика должна быть максимальной) действие развивалось с необычайной неторопливостью. Что касается среднего советского фильма, там даже стакан разбить было невозможно. И то: разве ж можно советскому человеку показывать, как бьётся стакан? Он ведь подумает, что «можно что-то делать резко».
Напомню: в крутейшем советском боевике-остерне «Белое солнце пустыни» имеет место быть всего одна драка на пару секунд, причём крайне вялая. Остальное – «остроумие главгероя» (о чём см. коммент ниже).

[4] Несколько утрируя, картинка выглядит так. Допустим, нужно снять сцену, как герой переходит через широкую улицу со светофором. В реальности это заняло бы, скажем, полминуты. Голливудский режиссёр снимет это за две-три секунды, причём так, что у зрителя останется впечатление, что он видел всю эту минуту целиком. Советский режиссёр за три секунды такое показать не может, так как давать настоящий темп не умеет, и даже понять не способен, как такое вообще делается. Нет, немножко он ускорится, но ему нужно секунд десять как минимум (если природный талант), а то и все двадцать (если середнячок). Но он всё-таки понимает, что зритель будет скучать, поэтому постарается заполнить паузу случайными кадрами, разговором на фоне автомобильных гудков, мимикой героя и т.п.

Собственно, одна из важных особенностей советской актёрской школы как раз и состояла в умении заполнять длинноты какой-нибудь фигнёй, что сходило за «психологизм». В нормальном западном фильме на такое УГ, разумеется, нет и не может быть времени, потому что там время расписано по долям секунды. А когда в кадре нечего делать – тут можно и нужно чем-нибудь занимать внимание зрителя: чесать ляжку, смотреть на небо, задумчиво жевать травинку, вести длинные разговоры духовно-нравственного содержания и т.п. В унылом советско-россиянском кинематографе такой приём кое-как работает. Если вдруг сходились нормальный сценарист, очень хороший режиссёр и более-менее подходящий актёр, это могло стать не багом, а фичей.

Разумеется, сейчас какой-нибудь синефил начнёт мне рассказывать о тех или иных длинных разговорных сценах в Настоящем Кинематографе – ну, скажем, у Тарантино. Вообще-то на фоне СВЕРХДЕЙСТВИЯ (когда события не то что скачут галопом, а несутся как гиперскоростной экспресс) паузы просто необходимы, хотя бы чтобы дать ошеломлённому и покорёному зрителю глотнуть воздуха. Но и эти паузы невероятно насыщены. Вспомните, например, сцену из тарантиновских «Ублюдков» с обсуждением кино. Одна эта сцена стоит всего, что снято на зелёной свемовской плёнке.


) продолжение следует (
с митинга

В общем да

Оригинал взят у alex_mashin в Советский человек
Егор Холмогоров поделился ссылкой на крик души то ли одного, то ли двух человек, называющих себя национал-демократами, но недовольными недостаточно восторженным образом мыслей Владимира Тора насчёт Евромайдана.

Они пишут, что Тор — пережиток имперства, а украинцы правы, молодцы, пример нам и должны получить всяческую нашу помощь. Упоминается «сладкий хлеб Таможенного союза, вышедший из смердящей клоаки евразийства», и дважды употребляется словосочетание «капуста в бороде».

Предположим, что эти люди искренни, а не подосланы Новодворской. Тогда давно я не видел столь беспомощно совкового образа мыслей. Люди думают, что жизнь — это диспут. По их мнению, только потому, что в определённой системе ценностей, которую они называют национал-демократией, украинцы с евромайдана правы, русские должны их поддержать!

Эти люди полагают, что между большинством русских националистов, не торопящимся связать свои репутации с Евромайданом, и националистами украинскими есть некий идеологический конфликт, виновником которого и кругом неправой стороной (с капустой в бороде) являются русские.

На самом деле, даже если бы украинцы были правы, это бы ничего не изменило. Имеет место конфликт интересов, а не идеологический конфликт. Русские и украинцы претендуют на одни и те же земли, не говоря уж об одних и тех же людях.

По самым лояльным к украинцам меркам, Донбасс, Новороссия и Крым — не украинские земли. При любой доброжелательности русских к украинцам, контролируемая Европой Украина под боком России будет нам гадить. Чтобы всё это отрицать, надо стать на точку зрения даже не украинских националистов, а украинских империалистов и проведших для них границы большевиков. Совки, пытающиеся уйти от «капусты в бороде», впадают в козыревщину.

Идеологический конфликт субъективен, его можно снять, признав правоту противника. Но конфликт интересов не снимается превентивной капитуляцией (а непризнание его существования, непризнание права русских на любую часть современной Украины капитуляция и есть). Он всё равно существует. Он объективен.

В конфликте интересов «правы» могут быть обе стороны. Националист — не обязательно союзник другому националисту. Если им не посчастливилось жить рядом, они будут соперниками.

Эта мысль ни за что в голове совка не уложится. Он идеократ. Национализм для него — не систематизированные интересы своей нации, а очередная идеология. По его мнению, следует всё отдать тому, кто идеологически выдержаннее. Он же прав, о чём может быть разговор?

Я был бы рад предположить, что такая совковая новодворщина — удел отщепенцев, но не строю иллюзий. Большинство остальных националистов тоже идеократы, и от сползания в национальную измену их удерживает только непоследовательность их взглядов.

с митинга

"Он будет сидеть всегда"

Михаилу Ходорковскому готовят дело на 10 миллиардов

Замгенпрокурора России Александр Звягинцев в пятницу в интервью Интерфаксу заявил, что в отношении экс-главы ЮКОСа Михаила Ходорковского, готовящегося через девять месяцев выйти на свободу, расследуется несколько уголовных дел, имеющих «хорошую судебную перспективу». По оценке адвокатов, за финансовые преступления осудить Ходорковского не удастся — вышли сроки давности. За решеткой его может оставить только статья о подготовке к госперевороту.

Выпустив интервью, информагентство уточнило, что речь идет о выделении из уголовного дела ЮКОСа нового дела, согласно материалам которого Ходорковский подозревается в отмывании 10 млрд долл. за рубежом. Якобы эти средства должны были пойти на смену конституционного строя в России.

Источник РБК daily в Следственном комитете России (СКР) удивился информации коллег из Генпрокуратуры. «Во-первых, прокуроры не возбуждают уголовные дела, у них сегодня лишь надзорная функция и представление обвинения в суде, поэтому вариант, при котором прокуроры обладают большим объемом информации, чем следователи, исключен. Во-вторых, Ходорковский в заключении уже почти 11 лет, и по любому, даже тяжкому преступлению, которое он якобы мог совершить до этого, уже истек срок давности. В то, что прокурорам стало известно о совершении Ходорковским особо тяжкого преступления — убийства, изнасилования или чего-то еще, предусматривающего наказание свыше десяти лет лишения свободы, верится с трудом».

В том же интервью замгенпрокурора Звягинцев сказал, что Ходорковский не подпадает под амнистию, поскольку осужден за «особо тяжкие преступления». Адвокат Ходорковского Вадим Клювгант в разговоре с РБК daily удивился этому утверждению. «Я уверен, что заместителю генпрокурора по должности полагается говорить только правду и документально подтвержденные факты, — сказал защитник. — В данном же случае получается, он говорит неправду, поскольку ни одного особо тяжкого преступления в приговоре Хамовнического суда, по которому Михаил Ходорковский отбывает наказание, нет».


Когда Ходорковского сажали, это многими (в том числе и мной) воспринималось как решение, в общем, правосудное, или хотя бы оправданное достаточно серьёзными соображениями.

А сейчас, знаете ли, в свете всего произошедшего за истекший отчётный период - - -

)(
с митинга

Из Киева | из Москвы

Оригинал взят у tor85 в Киев
Метро Крещатик, Театральная, Майдан незалежности закрыты на вход и на выход.
Идет снег.
Припорошенные палатки.
В воздухе тревожное ожидание.

Атмосферно очень похоже на Дни Турбиных - город в ожидании Петлюры.


Думаю, завтра ничего особенного не будет. Основные задачи на текущий момент выполнены, сейчас вопросы будут не на улице решаться. Дальше - "зависит".

)(
с митинга

"Сталинград" Бондарчука. Впечатления. 3

Начало
Часть 2


Поговорили о героях, теперь об отношениях сторон конфликта. Тем более, что именно это вызвало некое бурление. Я даже видел текст, автор которого подробнейшим образом расписал, как режиссёр охаивал советский народ и советских солдат и превозносил немцев, и как это ужасно.

Вот тут уж извините. Бондарчук, может, фильму не снял, а вот в идеологической диверсии неповинен. Наоборот, он честно старался переложить современную «путинскую» концепцию ВОВ и даже в этом преуспел. Более того, многочисленные странности и нестыковки в фильме объясняются именно тем, что режиссёр исполнял сложный идеологический заказ и пытался соблюсти все извивы генеральной линии.

Прежде чем продолжить – маленькое замечание. Когда мы говорим, что некий автор следует той или иной идеологической линии, это не значит, что он получил подробные инструкции от начальства и воплощает их в жизнь. То есть, наверное, многие были бы и рады получать такие инструкции, но начальство действует иначе. Творец должен сам понимать, что от него требуется, ориентируясь по настроениям начальства. Бондарчуку проще: он принят на самых верхах и может ощутить настрой не каких-нибудь мелких шавок, а лично товарища Путина, например. Который данную киношку лично поддержал. Это, знаете ли, обязывает.

Далее, настоящая идеология никогда не формулируется «вот так прямо». Сколько-нибудь ясными и отчётливыми являются только некоторые запреты, и то не все. Надо именно чуять, надо ощущать кожей разлитое в воздухе, и так далее. Бондарчук, может, и не очень хороший фильмодел, но вот это он умеет, да. Иначе не сиял бы на том Олимпе, на котором он сияет.

Особенно хорошим тоном считается, если автор следует «велению времени» (то есть начальским настроениям) как бы полусознательно, а лучше и вовсе бессознательно. Или, по крайней мере, эту бессознательность имитирует. Бондарчук, правда, очень уж хитрую имеет рожу, но когда речь заходит о творчестве, он старательно простит щщи и лепит горбатого. Поэтому судить нужно не по словам, а по делам – то есть по самому продукту.

Теперь о той идеологии, которую Бондарчук в фильме озвучивает и отрисовывает. Собственно, это современная россиянская интерпретация ВОВ.

В чём же она заключается?

Первое и главное. ВОВ сейчас велено считать «стержневым событием», на котором держится россиянская интерпретация истории. То есть все прочие события (включая самые отдалённые) освещаются именно из этой точки. Более того, ВОВ - это единственный подлинный смысл существования самой России. Грубо говоря, Россия была нужна ТОЛЬКО для того, чтобы победить в ВОВ, её тысячелетнаяя история было подготовкой к этому сверхдеянию. А мы, нынешние, имеем право жить ТОЛЬКО в качестве потомков победителей-ветеранов, и ни в каком другом качестве.

Заметьте, я даже не утрирую – именно к этому всё и сводится.

Однако возникают вопросы – а кто воевал, с кем воевали и из-за чего воевали? Причём если первый вопрос можно замотать (воевали «наши», и всё тут, а кто спрашивает – тот не наш, а враг), то со вторым так просто не разделаешсья. Себя человек не видит, и к этому привык [5], а вот чужих ему обязательно надо показать, иначе он не поверит. Также и причиную конфликта надо как-то обозначить, иначе он не поймёт, в чём дело-то было.

Начнём именно с неё. Обычная советская объяснялка – «они на нас напали». На кого это «на нас» - не объясняется: «мы» и есть те, на кого «они напали». Но всё равно нужно объяснить, с чего это вдруг они полезли.

Стандартное советское объяснение состояло в том, что «они» полезли на нас а) из ненависти к высоким идеалам коммунизма, б) просто хотели разжиться нашим добром. Поскольку коммунизм и состоит в запрете чем-либо разживаться и иметь какое-либо добро, то объяснение получалось не просто самосогласованным, а взаимоусиливающим обе части: буржуи ненавидят коммунизм и хотят иметь много имущества, вот и попёрли. Некоторую проблему составляло то, что буржуи в советском дискурсе считались трусливыми, а немцы трусами не были. Поэтому вводилась невнятная концепция «озверевшего мелкого буржуа». Это кое-как работало.

При этом советская объяснялка исключала теории типа «немцы полезли на русских, потому что генетически ненавидели русских». Это противоречило пролетарскому интернационализму. Но всё-таки то, что полезли именно на русских (в первую очередь), кое-как признавалось. На этом, кстати, был основан культ вечной благодарности всем нерусским народам, соизволившим принять хоть какое-то участие в войне: как бы предполагалось, что немцы хотели убивать именно русских, а остальные народы помогали русским только по доброте сердечной (и чаще всего вынужденной доброте). Это никогда не произносилось вслух, но очень даже имелось в виду. «А могли бы и в спину ножичек воткнуть» (и втыкали).

Сооветственно, «мы» определялись как «русские, в общем-то, люди», воевавшие «за свою землю и немножко за коммунизм».

Однако современная концепция ВОВ вовсе не предполагает, что советские солдаты сражались за идеалы коммунизма и т.п. Также и антикоммунизм немцев перестал быть интересной темой, более того – он может вызвать симпатию. Этого не надо, поэтому данную тему нужно задвигать в дальний пыльный угол.

Далее, «наши» ни в коем случае не сражались с немцами. В смысле – с немцами как нацией. Потому что немцы у нас теперь любимчики начальства и всё такое. К тому же где «немцы», там и «русские», а сейчас мы находимся на той стадии развития проекта СССРФ, при котором русским отказывается в праве на существование, прежде всего символическое. Русские в РФ есть де факто, но не де юре.

В общем, «туда не ходы – сюда не ходы».

Поэтому путинский агитпроп предлагает такую интерпретацию: «наши» воевали с «фашизмом». Как с такой страшной чёрной силой, которая из хороших немцев волшебным образом сделала злобных монстров. А так немцы хорошие, фашистский майнкамф только испортил их [6]. Но если в немце нет фашизма, к нему нет и претензий – наоборот, он хороший, его надо любить и даже спасать. С чего фильм, собственно, и начинается (надеюсь, теперь понятно, почему и зачем).

Однако и «военные» немцы сделаны «живыми людьми», даже симпатичными. Но как только у них в голове включается фашизм, они тут же дуреют и начинают творить чёрт-те что. Например, приносить человеческие жертвы древним немецким богам. Идея крайне странная, чтобы не сказать больше – но ведь фашизм выносит мозг, какие вопросы? Или вот, скажем, генерал в мундире жалуется на вшей, ему говорят, что русские добавляют в щёлок (для мыла) золу, это ценный рецепт – но фашизм застит генералу мозг и он презрительно бросает «варвары!» Правда, после бокала шампанского фашизм немножко отпускает, и он делает разумное распоряжение насчёт золы. И так далее: попытка разделить «немцев» (хороших) и «фашизм» (плохой) проводится достаточно последовательно.

Разумеется, это же показывается и с другой стороны. Снайпер убивает немца, идущего за водой. Гуманист-командир орёт, что даже звери не убивают на водопое. На что снайпер цитирует неполиткорректные стихи и ссылается на какие-то мелочи типа того, что у него немцы, видите ли, кого-то убили (чушь какая). Напоминаю, снайпер намеренно изображён противным пошляком, а под конец косячит по полной. Потому что ненавидит немцев, а не фашизм, а это нельзя, это очень нехорошо.

Есть и более тонкие идеологические моменты. Например, еврейский вопрос, без которого сейчас просто никуда.

Как известно, путинская идеология признаёт Холокост и считает его главным преступлением фашизма. Проходить мимо этой темы нельзя. Поэтому в фильме немцы должны убить евреев, желательно – женщину с ребёнком, для садизма. Не просто пристрелить, а сжечь, потому что Холокост = Всесожжение в Печах Аушвица. Тут лучше не выёживаться и снимать как полагается по мифологии.

Далее, русские должны сражаться за евреев и спасать их. Но есть один очень тонкий момент: если русские (хотя бы в фильме) спасут евреев, то может возникнуть впечатление, что евреи русским чем-то обязаны? Нет, это как-то неправильно, вы не находите?

Поэтому - что делают русские в фильме? Они евреев… правильно, убивают. Ну, пристреливают, чтобы не мучились. Действие, конечно, в данной ситуации оправданное и даже благое, но не вызывающее ни малейшей благодарности… Причём после того, как евреи уже убиты, русские приходят в дикую ярость и бросаются на немцев. Но именно после, а не до. С точки зрения обычного человеческого поведения – странновато, а вот с точки зрения выполнения сложных идеологических условий – режиссёр очень даже удачно извернулся.


[5] Поэтому, если нужно что-нибудь от кого-нибудь надёжно скрыть, нужно ему сказать, что «да это же ты сам и есть». Глазоньки-то сразу и слепенькают, гы-гы-гы.

[6] И русских может испортить, и русских неоходимо убивать, если они вдруг станут фашисты. Такую страшную заразу надо выжигать любой ценой, ага-ага.
Я думаю, мы скоро увидим фильм, в котором старенький дед-ветеран умирает от ужаса, узнав, что его внук пошёл в скины и увидев у него на плече наколотую свастику. Проклянёт дедушка внука, назовёт подонком и власовцем, и умрёт, тряся посиневшими губами и галлюцинируя – что он снова на войне и подносит снаряды к пушке… А внук на его труп как-нибудь некрасиво плюнет – но потом кончит плохо и сядет в тюрьму за убийство Таджикской Девочки, невинной и прекрасной, и будет потом в камере вспоминать смерть деда, и осознает, и вскроет себе вены… И какой-нибудь молодой режиссёр всё это непременно снимет, если уже не снимает.


) окончание следует (
с митинга

Урожайный год

Путин ликвидировал РИА "Новости". Вроде бы уже сыт.

Так нет - закрывают ещё и Российскую книжную палату.

В целях повышения эффективности деятельности государственных средств массовой информации постановляю:
1. Ликвидировать:

б) федеральное государственное бюджетное учреждение науки «Российская книжная палата» (г. Москва) с последующей передачей закрепленного за ним на праве оперативного управления имущества в хозяйственное ведение федерального государственного унитарного предприятия «Информационное телеграфное агентство России (ИТАР-ТАСС)» (г. Москва).

В указе кроме означенного пункта об РКП нет больше ни строчки. Имущество передается ИТАР-ТАСС, но как быть с функциями? РКП присваивает книгам номера (в том числе международный ISBN), по которым их ищут в каталогах, формирует библиографическую базу, следит за рассылкой обязательных библиотечных экземпляров, устанавливает стандарты ведения каталогов, оформления ссылок, занимается статистикой книгоиздания. И это только малая часть задач, которые решает Книжная палата (подробности, кому интересно, в «Википедии»).

«Теоретически издательства способны сами регулировать вопросы, касающиеся ISBN, однако для этого все равно придется создавать какие-то структуры национального масштаба или хотя бы поддерживать уже существующие», – прокомментировал Slon ликвидацию РКП Алексей Куприянов, доцент НИУ ВШЭ (Санкт-Петербург), историк науки.
Кому, как, в каком порядке перейдут все эти функции – непонятно. ИТАР-ТАСС их исполнять не может просто по определению, и в библиотечном деле, библиографии, источниковедении, наконец, просто в книгоиздании образуется вакуум. Последствия для библиотек и для науки вообще могут быть катастрофические.


А не надо никаких "функций". НИЧЕГО НЕ НАДО.

)(
с митинга

НДП в Киеве

Оригинал взят у juchkovsky в НДП в Киеве
Русские националисты из Национально-Демократической Партии приехали в Киев, чтобы разобраться в сложившейся здесь ситуации и провести переговоры с украинскими политиками. Небольшой репортаж телеканала "Интер":


с митинга

Ярослав Белоусов и Илья Гущин не смогут выйти на свободу по амнистии

Оригинал взят у rod_nick в Ярослав Белоусов и Илья Гущин не смогут выйти на свободу по амнистии
Опубликовано на сайте Правозащитного центра "РОД" автором Melissa


 Путин внес в Госдуму законопроект об амнистии, приуроченной к 20-летию Конституции, сообщает «Интерфакс».


В пояснительной записке к документу указывается, что под амнистию могут подпасть лица, осужденные за преступления небольшой и средней тяжести, а также несовершеннолетние, женщины, беременные, инвалиды I и II группы, мужчины старше 60 лет и девушки старше 55 лет. Основным контингентом, который должен попасть под амнистию, будут те, кому грозит или кто уже получил наказание в пределах от 3 до 5 лет.


Согласно постановлению об амнистии, которое имеется в распоряжении сайта газеты «Известия», уголовные дела будут прекращены в отношении 20–22 тыс. человек. Среди них восемь участников «болотного дела», участницы группы Pussy Riot и активисты Greenpeace. Из «узников Болотной» на свободу выйдут те, кому предъявлено обвинение по статье «Массовые беспорядки» (212 УК РФ). Обвиняемые по статьям «Организация массовых беспорядков» или «Применение насилия в отношении представителя власти» останутся за решеткой.


Таким образом на свободу выйдут арестованные по «делу 6 мая» Николай Кавказский, Владимир Акименков, Леонид Ковязин и Дмитрий Рукавишников, будет прекращено преследование против Федора Бахова, Марии Бароновой, Олега Архипенкова, Анастасии Рыбаченко, В числе прочих арестантов под стражей останутся Ярослав Белоусов и Илья Гущин, им также предъявлена 318 статья УК РФ (применение насилия к представителю власти). По той же причине не будет амнистирован националист Рихард Соболев.


Предполагается, что амнистия будет объявлена еще до Нового года.