?

Log in

No account? Create an account

Всеобщий синопсис или Система мнений


Previous Entry Share Next Entry
Вся ваша боль
с митинга
krylov
Очень я не люблю интернет-тесты.

Нет, я не про "какая вы кошка" и "какой вы герой Дозоров" - потому что к скучающим домохозяйкам какие претензии. Я именно про тесты. Которые претендуют на то, что они "что-то определяют".

Ну например. Я несколько раз проходил тесты на тему политических взглядов. Я честно отвечал на все вопросы и в итоге узнавал, что я фашист, либерал (второе получалось чаще), консерватор (не знаю, что они понимали под этим словом) и чёрт с рогами. Хотя я по своим воззрениям - типичнейший благонамеренный обыватель с мелкобуржуазными вкусами (куда входит и национализм, естественно).

Или, скажем, тесты психологические. Их я вообще закаялся проходить. Потому что честный ответ на вопросы типа "считаете ли вы, что за вами следят государственные органы" или "верите ли вы в то, что спецслужбы вмешиваются в частную жизнь граждан" сразу даёт результат типа "вы параноик". Ну а что я должен отвечать, э?

Но особенно меня раздражают тесты "на русский язык". Нет, я не имею в виду банальное "проверьте вашу грамотность". А всякие там "на журналистскую этику" и т.п. Потому что здесь мои представления о хорошем и приличном с составителями расходятся практически всегда.

И вот тут я наткнулся на тест ПОЛИТКОРРЕКТНЫЙ. О котором я и собираюсь написать.

Находится он на портале ресурса "Такие Дела". Занимаются люди вроде как хорошими делами: пишут про больных, паралитиков, проблемных подростков, ну и денежку собирают на всё это. Правда, там пасутся люди типа Панюшкина, а также целый выводок разновозрастных мальчиков и девочек с никами (именами я это назвать не могу) типа "Юля Климакс" или "Митя Писюк". Естественно, пишут они "всякое хамство", как тому и положено быть. Ну тут уж действительно - такие дела.

И вот на этом-то самом ресурсе они вывесили тест. Вот такой:



Тест выглядел так:

Иову Петровичу казалось, что все в его жизни хорошо, пока однажды черный кот не перешел ему дорогу. Уворачиваясь от столкновения с животным, Иов Петрович заехал на тротуар и задавил человека — им оказался
[выберите вариант]
.
На зоне Иова Петровича избили так, что у него отнялись ноги. На свободу он вышел
[выберите вариант]
. Вскоре с ним развелась жена и выписала его из квартиры. Так Иов Петрович стал
[выберите вариант]
.
Он попытался было устроиться на сидячую работу, но не смог попасть ни на одно собеседование, так как в офисах отсутствовали пандусы для
[выберите вариант]
. Денег на транспорт у него не было, и он в отчаянии
[выберите вариант]
своим ходом через весь город к младшей дочери, с которой он уже давно не разговаривал из-за ее вызывающей манеры одеваться.
За это время в жизни девушки произошло много изменений — она стала
[выберите вариант]
и
[выберите вариант]
. Заработанные деньги она сразу же спускала на дозу. Иов Петрович ушел от нее ни с чем. На улице он познакомился с
[выберите вариант]
Елифазом, который ввел его в компанию таких же инвалидов по зрению, как и он. Жили они в общаге вместе с
[выберите вариант]
. Иов Петрович
[выберите вариант]
вместе с новыми друзьями и потихоньку собрал себе денег на поездку в другой город к старшей дочери, с которой он тоже не общался из-за ее склонности к излишней самостоятельности.
Он не знал, что за время его отсутствия Кассия — так звали старшую дочь —
[выберите вариант]
, вышла неудачно замуж и родила двоих
[выберите вариант]
детей. Один мальчик был
[выберите вариант]
, другой —
[выберите вариант]
. Помочь Кассия отцу ничем не могла, и тогда Иов Петрович решился на крайнюю меру — отправился в Москву к сыну, с которым он так же в свое время прекратил общение после того, как тот объявил себя
[выберите вариант]
.
Здесь многострадального Иова поджидал последний удар. Дверь ему открыла эффектная женщина, отдаленно напоминающая Сергея. Оказалось, тот осознал, что заблуждался — ориентация у сына была гетеросексуальная, вот только сам он был женщиной в мужском теле, и недавно начал подготовку к
[выберите вариант]
.
Этого расшатанная психика человека с инвалидностью Иова Петровича выдержать уже не смогла. С криками «Да будет проклят тот день, когда я родился!» он был доставлен в психиатрическую больницу, где и по сей день находится в обществе других
[выберите вариант]
. Обколотый нейролептиками, Иов Петрович пребывает в хорошем настроении и только при виде кошек начинает рычать и лаять страшным голосом. Черная полоса в его жизни наконец-то закончилась. И лишь в редкие минуты просветления Иов Петрович, окидывая внутренним взором свою жизнь, сожалеет о том, что не родился
[выберите вариант]


Ну я выбрал все варианты и в награду за труды получил вот что:

Зелёненьким тут выделено то, что, по мнению авторов теста, "достаточно политкорректно", красно-коричневым - что недостаточно.




Ну и вердикт:



Ну, это-то понятно. Но по ходу теста я вдруг понял, почему меня ТАК раздражает российский политкорректный жаргон.

Наши политкорректры абсолютно глухи к русскому языку. Они ВООБЩЕ его не воспринимают и не слышат. (По каким причинам – отдельный вопрос, хотя и не очень сложный.) Они пробавляются говёнными кальками с английского. В результате получается ужас-ужас-ужас.

Ну вот давайте разберём этот самый текст.

Политкорректоры предлагают не использовать слова «децепешник» и «колясочник», а говорить «юноша с ДЦП» и «человек на коляске». Слово «децепешник» я, кстати, сам не люблю, поскольку оно напоминает название какой-то нехорошей типа «гаишник», «гибдедешник» или «феесбешник». Но вот «колясочник» - слово точное. И говорить «человек – на – коляске» - это не просто длинно, не просто уродливо, а ещё и оскорбительно. Что, неужели надо специально подчёркивать, что колясочник – это человек? А ведь получается именно это.

Едем дальше. Они предлагают назвать наркоманку «наркозависимой». Для начала – это просто ложь. Химическая зависимость от наркотиков формируется по ходу их употребления, это именно что определённая стадия развития наркомании. Некоторые наркотики – те же каннабиоиды – не вызвают физиологическую зависимость (впрочем, вопрос спорный, но непериодическое курение травы физиологической зависимости точно не вызывает). Короче – человек может демонстрировать все признаки наркомании, не будучи при этом физиологически зависимым от наркотика. Достаточно того, что наркотик ему по кайфу. Поэтому термин «наркозависимый» следует приберечь именно для зависимых, про которых точно известно, что они зависимы в прямом смысле этого слова. Более того, ярлык «наркозависимый», накладываемый на всех употребляющих наркотики, является стигматизирующим. Лучше называть употребляющего – употребляющим, наркомана – наркоманом, а термин «наркозависимый» оставить медикам.

Далее, «проститутку» они хотят заменить на «работницу секс – индустрии». Простите, милые политкорректоры, а продавщица в секс-шопе тогда кто? Вот именно что работница секс-индустрии. Или, скажем, порноактриса (но не проститутка, такое ведь бывает)?

Нет, ребята. Проститутка – это именно проститутка. Если сам этот латинизм вас так напрягает (хотя почему?), назовите её путаной, публичной женщиной, даже куртизанкой, если угодно. Или жёлтобилетницей, если вернётся проклятый царизм с его терпимостью. Но не путайте общее и частное, милые мои.

Особенно же скверно выглядит политкорректность а-ля рюс в случае, когда речь идёт о сексуальном насилии.

Товарищи даже не предлагают выражения «была изнасилована» (хотя оно самое точное). Они требуют обязательного проговаривания слов «сексуальное насилие». При этом, если слово «изнасилование» однозначно отрицательное, то в выражении «сексуальное насилие» одно слово позитивное. Что придаёт всему выражению непредусмотренную интонацию. «Сексуальное насилие» - «ах, это насилие такое сексуальное!»

Тут мы сталкиваемся с проблемой англицизмов. В английском чётко разделены нейтральное sexual (всё связанное с сексом) и позитивно окрашенное sexy («нечто эротичнное, привлекательное, манящее»). На русский и то и другое обычно переводят как «сексуальный» (хотя вообще-то sexy следовало бы переводит как «эротичный»). Но наши политкорректоры таких тонкостей не чувствуют, так как русский язык не любят и не понимают. Им главное – холуйски следовать англоязычным штампам.

Далее. Нашим политкорректорамм не нравится выражение «стала жертвой сексуального насилия». Оказывается, тут плохо слово «жертва» - оно, дескать, «стигматизирует». Хотя на русском это слово указывает на то, что человек, подвергшийся насилию, не был никоим образом в этом виноват сам: ни прямо, ни косвенно. Учитывая, как часто в разговорах о насилии именно этот момент ставится под сомнение (все мы сталкивались с рассуждения типа «небось сама виновата, задницей крутила», «сучка не захочет – коблёк не вскочит» и вот это вот всё), я считаю выражение «стала жертвой изнасилования» является единственно корректным по отношению к жертве. Так это, в общем-то, всеми и воспринимается. Эти же тугоухие уроды настаивают на выражении «пережила сексуальное насилие». (Как будто речь идёт об интересном приключении.)

Точно так же, крайне неприятным и даже хамским является выражение «ребёнок с нарушениями развития» вместо обычного «больной ребёнок». (Чудовищный вариант "особый ребёнок" я вообще не могу рассматривать всерьёз - это что-то запредельно мерзкое.)

Так вот, про больных. Больной – это жертва обстоятельств, он не виноват в том, что он болен. Больному надо помогать и многое ему прощать, это все знают. А вот выражение «с нарушениями развития» вызывает в памяти слово «нарушитель», то есть мелкий хулиган. «Ребёночек-то у вас нарушает, мамашка». «У вашего сыночка-то нарушеньица развития». Тьфу, пакость-то какая.

Назвать аутиста (страющего клиническим аутизмом) «аутичным» - просто оскорбительно. «Аутичный» в русском языке – это не болезнь, а душевный склад, отдалённо напоминающий соответствующую болезнь. «Я была аутичным ребёнком – часами смотрела в окно и слушала клавесин». Это не про болезнь, это про характер. Болезнь же по-русски обозначается именно суффиксом «–ист»: аутист.

То же касается слова «даун». Конечно, можно долго с удовольствием выговаривать «человек – с – синдромом – Дауна». Но объясните мне, кого именно вы оскорбляете словом «даун»? Самого больного? Увы, он не сможет оценить вашу политкорректность, поскольку он даун. Его родственников? Они наверняка называют его именно словом «даун», я это знаю точно. А не пойти ли вам со своими нравоучениями далеко и надолго?

Гомосексуальную тему я пропускаю, так как советские люди от неё слишком сильно возбуждаются. Однако, называть смену пола (хирургическую операцию) «трансгендерным переходом» - это просто игнорирование того, что такое гендер. Гендер – это не физиологический пол, это половая роль, не обязательно совпадающая с физиологическим полом. Строго говоря, «трансгендерным переходом» следовало бы называть, например, переодевание в мужскую одежду и усвоение мужского поведения. А вот операция по изменению гениталий – это именно что смена пола. Тут можно, конечно, поговорить о том, насколько современная медицина может обеспечить реальную смену пола. Но эта тема наших политкорректоров обычно не интересует – потому что они вообще не интересуются реальными проблемами.

Наконец, наши политкорректоры требуют называть душевнобольных «людьми с ментальными расстройствами». Ну опять же – это специальное длинное нечеловеческое название, которое долго произносить и писать, зато это повод воспитывать тех, кто его не использует. И, как обычно, сам термин «ментальные расстройства» - ложь. Поскольку далеко не всегда душевные расстройства отражаются на интеллекте (а слово «ментальный», во всяком случае на русском, означает именно «относящийся к интеллектуальной сфере»). Не буду ссылаться на доктора Лектора – он, в конце концов, литературный персонаж. Однако «синдром саванта» - реальность. Ким Пик, Джейсон Пэджетт, и особенно нобелевский и абелевский лауреат Джон Форбс Нэш тому подтверждение. Сказать, что у Нэша были «ментальные расстройства» - это издевательство.

И кстати. Инвалид – это словарное слово. К вам, господа политкорректоры, оно особенно применимо. Впрочем, именно вас я готов именовать "людьми с ограниченными возможностями", особенно в написании текстов на русском языке.

)(


Смиялсо.

-- Самое лучшее,-- сказал Швейк,-- выдавать себя за
идиота. Когда я сидел в гарнизонной тюрьме, с нами там был
очень умный, образованный человек, преподаватель торговой
школы. Он дезертировал с поля сражения, из-за этого даже хотели
устроить громкий процесс и на страх другим осудить его и
повесить. А он вывернулся очень просто: начал корчить
душевнобольного с тяжелой наследственностью и на
освидетельствовании заявил штабному врачу, что он вовсе не
дезертировал, а просто с юных лет любит странствовать, его
всегда тянет куда-то далеко; раз как-то он проснулся в
Гамбурге, а другой раз в Лондоне, сам не зная, как туда попал.
Отец его был алкоголик и кончил жизнь самоубийством незадолго
до его рождения; мать была проституткой, вечно пьяная, и умерла
от белой горячки, младшая сестра утопилась, старшая бросилась
под поезд, брат бросился с вышеградского железнодорожного
моста. Дедушка убил свою жену, облил себя керосином и сгорел;
другая бабушка шаталась с цыганами и отравилась в тюрьме
спичками; двоюродный брат несколько раз судился за поджог и в
Картоузах перерезал себе куском стекла сонную артерию;
двоюродная сестра с отцовской стороны бросилась в Вене с
шестого этажа. За его воспитанием никто не следил, и до десяти
лет он не умел говорить, так как однажды, когда ему было шесть
месяцев и его пеленали на столе, все из комнаты куда-то
отлучились, а кошка стащила его со стола, и он, падая, ударился
головой. Периодически у него бывают сильные головные боли, в
эти моменты он не сознает, что делает, именно в таком-то
состоянии он и ушел с фронта в Прагу, и только позднее, когда
его арестовала "У Флеков" военная полиция, пришел в себя. Надо
было видеть, как живо его освободили от военной службы; и
человек пять солдат, сидевших с ним в одной камере, на всякий
случай записали на бумажке:
Отец -- алкоголик. Мать -- проститутка,
I. Сестра (утопилась).
II. Сестра (поезд).
III. Брат (с моста).
IV. Дедушка - жену, керосин, поджог.
V. Бабушка (цыгане, спички) + и т.д.
Один из них начал болтать все это штабному врачу и не
успел еще перевалить через двоюродного брата, штабной врач (это
был уже третий случай!) прервал его: "А твоя двоюродная сестра
с отцовской стороны бросилась в Вене с шестого этажа, за твоим
воспитанием-- лодырь ты этакий!-- никто не следил, но тебя
перевоспитают в арестантских ротах". Ну, отвели в тюрьму,
связали в козлы -- и с него как рукой сняло и плохое
воспитание, и отца-алкоголика, и мать-проститутку, и он
предпочел добровольно пойти на фронт.

Edited at 2016-02-16 01:16 pm (UTC)

По-моему, типичная "хуйня какая-то". Но я прошла, и тот же результат. Провижу - будет клуб бывших жён "морально устаревших".

Клуб будет у морально-прогрессивных.

Несмотря на разницу в политических взглядах, взгляд автора на русский язык разделаю полностью.
И ещё маленькая деталь - глухой человек может говорить только в том случае, если он не родился глухим. Так что в последнем слове у них не только речевая, но и смысловая ошибка.

Вроде надо говорить не "особые дети", а "специальные". Это правда есть калька с английского.

Вообще что такого в насилии над русским языком, если над здравым смыслом уже насилие совершено.

:)
Заполнил вчера. Сайт не смотрел, тест по определению посчитал издевательством авторов над "политкорректным языком". Старался заработать на "Панюшкина". Получил "этически глухого" (слабо слышащего), 15 из 18.

Не думаю, что русский политкорректный как-то особенно гнусен. Во французском та же шняга. Нельзя говорить "слепой" (aveugle), надо "слабо видящий" (mal voyant) На эту тему годы назад кто-то шутил (может я сам) что нельзя говорить "мертвый" (mort), надо "слабо живущий" (mal vivant).

"слабо живущий

А реаниматорам понравится...

Блестяще написано!

Сам текст теста отличный. Приквел к знаменитому сценарию "Рутина". Синопсис: Безысходная жизнь слепоглухонемого парализованного бомжа-инвалида неожиданно меняется в худшую сторону.


Последнее, что волнует политкорректоров- это сохранение богатства, красоты и точности русского языка. Вернее, они не имеют ничего против, если русская речь превратится в уродливый новояз. Возможно, это даже одна из их сверхзадач.

Бесит-то даже не это. А наглая ухмылочка таких политкорректоров: а куда вы, суки, денетесь. Будете говорить как вам велят. И в самом деле: слово "негр", например, из русской речи практически исчезло - даже из "неподконтрольной", "свободной", в ЖЖ/ФБ.

Из американской, однако, не исчезло :)

hxxp :// www.memecenter.com/search/black%20nigger

В 1989 году в мире насчитывалось 370 млн. носителей русского языка. В 2015 осталось 270 млн. Количественно -100 млн. Трагедия.За эти же годы Русский Язык как то интенсивно менялся и качественно тоже. Только с качеством всё наоборот. У аналитика всегда получается Комедия. Сама собой получается в результате анализа. Неслучайно столько появилось юмористов по теме русского языка на эстраде за последнее поколение. Задорнов, Шестаков, Крылов...если захочет дальше анализировать русский язык)))
Хороший текст. +500

А правда, чем им инвалид не нравится? Это у invalid какие-то плохие коннотации иди в русском что-то не так?

Посмотрел на сайте, оказывается инвалид считается вполне нормальным слово. Но вообще там все очень похоже на шутку.

(Deleted comment)
Ну, если следовать такой логике, то вместо "водитель" надо говорить "человек на автомобиле", вместо "бегун" - "человек бегущий", причём прежде всего - человек, а потом уже про бег... ну, и так далее.

Но главное-то не это. Если бы вы в разговоре со мной сказали "человек на коляске", я бы прекрасно понял, о чём речь, и поправлять вас мне бы в голову не пришло. Но вот когда мне пытаются указывать, какие слова нельзя употреблять - это гораздо хуже.

(Deleted comment)
Жаль, что там надо выбирать из уже предложенных вариантов.

Очень радует, как Иов Петрович ловил кайф от нейролептиков.

Хороший анализ, но тоже с лукавством. Сделан так, как будто автор предполагает у авторов теста такую же как у него стилистическую честность, хотя и не может не понимать, что им нет никакой разницы до того, как их монструозные конструкции звучат на русском. Сайтик работает на идеологическом фронте и дело делает. А заставить сменить язык - это хрестоматийное средство, что явяется общим местом после "1984".