Константин Крылов (krylov) wrote,
Константин Крылов
krylov

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Categories:

О сыновьей критике - 2

К предыдущему, в развитие темы.

Разумеется, в понятие "сыновья критика Патриарха" входит и известный библейский сюжет о сыновьей критике патриарха Ноя, которую осуществил Хам.

Эрик, с его невероятной эрудицией и особенным пристрастием к миру библейских образов не мог не увидеть этой очевиднейшей аллюзии - и, разумеется, не только её видел, но и отважно пошёл на это. Подобное дерзновение, разумеется, не могло бы быть оправдано, если оно духовно не фундировано, не лежало бы в основах той традиции мысли, которой Эрик всецело предан.

В чём состоял хамов грех? Он увидел наготу отца своего и рассказал об этом братьям - которые пришли и покрыли отца своего одеждой, причём они обратили лица назад и не видели наготы отца своего. Далее Ной, проспавшись, узнал о поступке Хама. Однако проклинает он не его, а Ханаан, то есть сына - точнее, одного из сыновей - Хама. Что странно с точки зрения логики исторической и житейской - но библейские истории следует понимать духовно.

С точки зрения же духовной поступок Хама вовсе не является совершенным грехом. Скорее, он имел как дурные, так и благие последствия. Если бы Хам не рассказал о наготе отца братьям своим, они не закрыли бы его одеждами - и могли бы сами совершить грех, случайно войдя в шатёр, где лежал пьяный Патриарх. Более того, укрыв его одеждой, они сохранили его здоровье. Если бы не слова Хама, ничего этого они не сделали бы.

В чём же вина Хама? Во-первых, в том, что он не совершил всего этого сам, а возложил на братьев. И во вторых - в том, что он не просто рассказал братьям о неприятности, приключившейся с отцом своим, но и глумился над ним (этого нет в тексте Библии, но так трактует данный эпизод Иоанн Златоуст и другие Отцы). Итак, неисполнение долга и злоречие - вот подлинный хамов грех. И чтобы показать это, в повествование вводится то, что наказан не сам Хам и даже не всё его потомство, а лишь один из сыновей - то есть из всех последствий хамова дела порицанию подвергаются не все, а лишь одно: двоякий грех, описанный выше. При этом, поскольку наказан лишь один сын, то - с точки зрения библейской - это единый грех.

Весьма знаменательно и то, какое именно наказание было положено Ханаану и его потомству - вечное рабство у сынов Сима и Иафета. Заметим, что леность, нерадивость и злоречивый язык - суть типичнейшие пороки рабов и слуг, можно сказать - коренные их пороки. О чём писали и пишут все, знакомые с темой. Например, об этом много пишет восхитительная Божена Рынска, строгая к нерадивой и болтливой прислуге.

Мог ли Эрик не иметь в виду всего этого, составляя свою изумительную по красоте фразу? Конечно, нет. То есть он не размышлял об этом специально - поскольку для него всё вышесказанное очевидно и банально, это тот мир образов, в котором он, как верный сын Церкви, живёт, где он дома. Ему не нужно читать многотомные толкования, чтобы найти единственно верный тон.

Итак, что же хотел сказать Эрик, допуская, что его слова о "сыновьей критике Патриарха" вызовут воспоминание о хамовом действе? Именно то, что его сыновья критика порождена никак не нерадивостью и злым желанием надсмеяться над грехами Патриарха, но, напротив, радением и старанием о Церкви.

Ибо в чём разница между патриархом Ноем и патриархом Кириллом? В том, что наготу первого мог покрыть один человек. Наготу же второго - под ней мы разумеем не вполне однозначные слова и дела как Патриархии, так и Церкви в целом (понимаемой здесь в низком, обыденном, административно-организационном смысле) - один человек покрыть не может при всём желании. Здесь надобно звать на помощь братьев - то есть единоверцев, которые, подобно Симу и Иафету, с подобающей почтительностью исправят, поправят или хотя бы укроют многие неудобосказуемости. Но для это их всё-таки нужно сначала назвать.

Эту-то тяжёлую и духовно-рискованную, но необходимую ношу и взвалил на себя верный сын Церкви Эрик Лобах. И что он получил вместо благодарности, сочувствия, готовности помочь ему в уврачевании немощей Патриарха и Церкви его? Бан, бан, бан! Чем эти баны отличаются от камней, коими побивали библейских пророков - с языка которых тоже лился вовсе не мёд? Только тем, что они летят не в тело, а в душу Эрика!

Можем ли мы постичь всю меру страдания, которое испытывает она, когда люди в безумии своём отсекают себя от общения с нею? Можем ли мы простить их?

Да, можем и должны - как прощает их Эрик Лобах. Перечисляя свои скорби, он не опускается до уныния, и не обещает завязать с сыновьей критикой. Нет, он по-прежнему на своём посту, одинокий часовой на сторожевой башне нашего спасения. Он - голос правды в глухой ночи равнодушия и теплохладности; склоним же свой слух к нему, и услышим же, к чему он взывает. Откроем для себя двойную тайну дерзновения в почтительности и почтения в дерзновенности. И постигнем же, что эрикова сыновья критика Патриарха - не хамов грех, но душевный труд. Не позволим же отныне лениться и нашим душам.

)(
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments