?

Log in

No account? Create an account

Всеобщий синопсис или Система мнений


Entries by category: лытдыбр

Мы всегда возвращаемся к Ленину...
с митинга
krylov
Эрик Лобах ответил на моё эссе о стилистике расстрельного дела. Даже не ответ, а огромное эссе на всякие разные темы.

Вот, собственно:


Оригинал взят у eriklobakh в Мы всегда возвращаемся к Ленину...Правда-правда. Ну, в смысле, - как Черномырдин говорил про политические партии: "Какую партию ни пытаемся построить - всегда получается КПСС". Кстати, вот только сейчас понял, что это стопроцентная копия (калька) его же лучшего и гениального "крылатого выражения" - "хотели как лучше, а получилось как всегда".Read more...Collapse )

================

Я, честно говоря, не уловил главную мысль этого опуса. Так что ограничусь лишь несколькими замечаниями чисто фактологического свойства.

1. C мнением Эрика о невкусности американских и фашистских продуктов я соглашаться или не соглашаться не мог в принципе, так как не пробовал ни тех, ни других. Где Эрик пробовал фашистские продукты, я тоже не очень понял - ну, может, ему рассказывал кто-то из родственников или там знакомых, не знаю. Но немецкая кухня вообще не то чтобы уж очень славится; более того, в известной шуточке про рай и ад утверждается, что в раю немецкая полиция, а в аду немецкая кухня. Что касается американской - об американских продуктах я слышал и плохое, и очень хорошее.

2. Конечно же, я никоим образом не предполагал, что Даша Митина когда-либо окажется у расстрельной стенке. Это была поэтическая условность. Потому что любители расстрелов скорее позовут Дашу к себе в расстрельную команду, ибо она отлично смотрится в кожанке с калашом, а чтобы у стенки стоять - это не её роль. Отмороженные же антисоветчики будут, скорее всего, не расстреливать, а вешать. Так что - в моей речи Даша присутствует чисто символически, как олицетворение "доброй знакомой Эрика" (из политически активных, конечно же).

3. И насчёт девицы Раппопорт с её доносом. Доносить вообще очень плохо; но в данном случае она в чём-то была и права, потому что брак комара с мухой и в самом деле противоестественное дело, ибо знакомые нам комары (которые нас кусают и т.п.) - на самом деле самки, то есть это лесбийский, гомосексуальный брак получается, против чего биологически подкованная девица Раппопорт, видимо, и возражала. Конечно, сейчас, в наше время это считается нормальным, но надо же понимать, время было такое. Причём не только в СССР, но и в любимой Лобахом фашистской Германии отношение к таким вещам было очень нетерпимым. Да и в Штатах тоже, знаете ли, гомофобия процветала.

4. Ну и цитата из Грибоедова, по-моему, совершенно не к месту. То есть я знаю, что Эрик недолюбливает шампанское как таковое, считая его напитком недостаточно серьёзным, но это же не повод!

А так - - -

)(

О приемлемом и неприемлемом
с митинга
krylov
Разговаривать можно с кем угодно, в том числе с людьми, которые тебя ненавидят или которых ненавидишь ты. Но есть несколько очень конкретных моментов, после которых следует переходить к оскорблениям или просто прекращать всякое общение.

1. Собеседник искажает ваше ФИО - в разговоре с вами или среди третьих лиц. Этого нельзя терпеть никогда и ни при каких обстоятельствах. Если искажается имя другого человека - это очень нехороший звоночек. Как только начинается "Сирожа" или там "навальный-насральный" - общение следует прекращать. Тот, кто это делает - либо сам говно, либо держит за говно вас.

Использование уменьшительного имени без вашей личной санкции - это вообще-то запредельное хамство. "Знаешь, Серёжа..." - если это не ваш старый личный друг пишет - повод задуматься, не прекратить ли такое общение. "Сирожа" - сразу нахуй.

Разумеется, если вы стремитесь кого-то сильно задеть, то можно и нужно этим приёмом пользоваться. Отдавая себе отчёт, что вы делаете и каков будет результат.

ДОВЕСОК. Есть, впрочем, два случая искажения ФИО, которые хоть как-то терпимы. Это "презрительное множественное число" и написание с маленькой буквы. "Всякие крыловы и навальные хотят развалить нашу Россиюшку" - дурно и пошло, но "ещё можно". То же самое кавычки вокруг имени: они символизируют сомнение в том, что это настоящее имя. "Появилась какая-то "саша" и начала гадить в комментах" - нормально, хотя для "саши" м.б. и обидно.

2. Собеседник пытается сказать вам, что вы ребёнок, а он взрослый. Этого нельзя терпеть никогда и ни при каких обстоятельствах. Как только вы читаете фразу "видно, что вы ещё не повзрослели", "это ваши детские обидки" и т.п. (вне зависимости от вашего возраста и возраста собеседника) - общение следует прекращать. Тот, кто это делает - либо сам говно, либо держит за говно вас.

При этом ссылки на возраст без обращения к теме ребёнка вполне релевантны. "Вы ещё не родились, когда Брежнев умер" - нормальный аргумент в споре об исторических реалиях. "Ребёнок" - это понятие онтологическое: быть ребёнком = быть бесправным и презренным существом, чей опыт, знания и таланты (любые) не имеют никакого значения, потому что ребёнок ничтожен и неправ перед взрослым по определению.

Разумеется, если вы кого-то и впрямь держите за ничтожество и хотите это подчеркнуть, то пользоваться подобным приёмом можно и нужно. Понимая последствия такого обращения.

3. Собеседник угрожает физическим насилием или провоцирует его, прямо или косвенно. С прямыми угрозами всё и так понятно, а косвенные угрозы - это прогоны типа "а ты приедь ко мне в Невиннопуповск, побазарим по-мужски", "а ты бы смог это сказать в лицо Рамзану Кадырову?", "у нас на районе таких додиков как ты в жопу ебут арматурой" и т.п. Следует понимать: люди, говорящие подобное - либо конченые мудаки, либо ублюдки с преступной психологией. Общаться с такими персонажами себе дороже.

То же самое касается заведомых стукачей и прочих лиц, которые угрожают "пожаловаться государству" (или любой вышестоящей инстанции, хотя бы настучать фейсбучному начальству). В современных российских условиях это - заведомые ублюдки и выродки, чем бы они ни мотивировали свои угрозы.

Разумеется, если вы и в самом деле хотите перевести конфликт в плоскость физического противостояния - кто ж запретит вам, велкам. Опять же с оговоркой о последствиях.

Всё остальное может быть терпимо или нет - включая даже личные оскорбления, национальную тему, всякие "я твой мама эбал" и прочую хуерду. На это можно реагировать как угодно, в том числе никак. Но вот к вышеперечисленным моментам стоит относиться безо всякого снисхождения, формально. Потому что это МАРКЕРЫ. "Тут - фсё".

ДОВЕСОК. Я понимаю, кому-то захочется попробовать задеть меня именно одним из перечисленных способов, чтобы посмотреть, что я буду делать. Чтобы вы не трудились: я просто забаню. Придётся заводить новые аккаунты (есть такие герои) или подванивать в никому не видимых анонимных комментах (там у меня уже бегает несколько обиженных).

)(

Рассказик
с митинга
krylov
Не могу заснуть, давление. Написалось. В стиле альтхистори. Точка бифуркации очевидна из текста.

НАШИ ДЕДЫ ВОЕВАЛИ

Всё началось, когда классная Зоя Владимировна сказала, что Лёнька Костыльков уходит в другую школу и классу нужен новый вожак.
Костя Малинин - нормальный парень, хоть и вундеркинд и на два года всех нас младше. Зато он хорошо умеет всех сорганизовать. Одному говорит – делай это, другому – делай то, а вместе всё получается. Вот только драться с нами он не может, вес не тот. Ребята махаются, а он на лавочке сидит или учебник читает. Поэтому за волю к власти у него всегда твёрдый «неуд», а за лидерство – «уд». Это ему натягивают ещё и потому, потому что оратор он хороший. Вот только голос тихий, а главное – не умел пускать слюну. Он даже уроки специальные брал, и колбасу перед выступлением нюхал – никакого толку. Как начнёт говорить – всё куда-то пропадает. Его училки так и прозвали – «сухоротый».
У Витьки Малеева слюна есть и орёт он здорово. Даже конвульсии иногда у него получались, особенно на геометрии. От теоремы Пифагора у него настоящий припадок был, как у Вождя Гитлера. Дёргается весь и орёт – «катеты! Катеты! Хайль катет! Угол прям, как наша воля к победе! Штурм, дранг, захватываем площадь, Ницше, говно, этажерки, квадрат гипотенузы!» - и бумс на пол, и пена изо рта. За бесноватость ему всегда «отлично» ставили. Драться он тоже не дурак. Ему психологи прочили большое будущее в молодёжной фаланге. Так что мы его били регулярно, чтоб озлобился: туда без этого не берут. Но с ним тоже засада – Витька добрый. Не то чтобы совсем нюня, но вот злобы настоящей в нём нет. К тому же его пару раз застали плачущим после битья и снизили оценку за нордичность.
Зинка Фокина была злая и визжала по-страшному. И дралась отлично, чем попало дралась – пеналом, линейкой, ведром. Девочкам это можно, так что её боялись реально. Но у неё рожица как у лягушонка, а у классного вожака должно быть лицо вожака, а не лягушки какой-то. А то как же её на Стене Славы рисовать? Вот то-то.
Оставался Юра Баранкин. Он с четырёх лет ходил на боевые искусства и мог побить кого угодно. Но он был двоечник несчастный, а главное – закадычный друг Малинина. Его он бить не мог. Даже на спарринге. Не мог и всё.
Классная, конечно, могла и сама назначить вожака. Но тогда она по фюрерпринципу за него бы и отвечала. А у неё через два года - освобождение от работы. И зачем это ей?
Вот так мы сидели в классе и грустили, ожидая, когда Зоя Владимировна всё-таки объявит бой без правил.
И тут-то Малинин себя и показал. Встал, поправил очочки и тихо так говорит:
- А может, мы просто выберем вожака? Устроим, ну, это… голосование? Кого выберем, тот и будет вожаком.
Все, конечно, чуть языки не проглотили. У Зои Владимировны очки упали, она даже не заметила. Потому что за сердце схватилась.
Потом валидол под язык подложила, оклемалась немножко. И говорит:
- Малинин! Ты вообще понимаешь, что сказал?
А Малинин глазами лупает и говорит:
- А чего такого? Я тут книжку читал про древние племена, там вожаков иногда таким способом выбирали. Ну, когда непонятно, кто сильнее. Все садились вокруг костра и…
Зинка тут завизжала по-страшному. И правильно. А то Малинин такого мог наговорить, что я даже не знаю.
Училка тоже это поняла. Взяла себя в руки и спокойно так говорит:
- Понимаешь, Малинин, тогда люди были дикие. Они других людей ели. Мы что, теперь будем друг друга жарить и есть? Только потому, что когда-то такое было можно?
Малинин почесал нос – задумался, значит. И опять говорит:
- Ну насчёт людей есть я не знаю. Это плохо, наверное. Потому что человека надо убить, чтобы съесть. Но я же не говорю кого-то убивать. Можно ведь даже без драки обойтись. Просто проголо…
Тут уже не только Зинка завизжала, но и Юлька, и Светка. Светка так вообще зарыдала в голос. А потом как закричит:
- Как ты можешь такое говорить, Малинин! У меня дед на той войне погиб! И его сестра! И дочка маленькая! Да как ты смеешь!
Малинин опять глазами лупает и бряк:
- А при чём тут война? Война семьдесят лет назад была.
У Зои Владимировны лицо стало серьёзным таким, как каменное будто.
- Малинин, - сказала она. – Мы воевали с теми, которые это делали. Голосовали. И выбрали президентов и премьеров, которые развязали войну. У нас сорок миллионов человек погибло! У немцев – двадцать! А ты знаешь, что британцы и американцы делали с нашими пленными?!
- Я кино смотрел, - говорит Малинин. – Они, конечно, гады, и на нас напали. Но я же не за них! Я не за англичан, не за америкосов! Я за нас, за русских и за немцев! Я просто не понимаю, почему нельзя устроить голосование!
Зоя Владимировна на него смотрит и головой качает.
- Зря тебя, - говорит она, - сразу в третий класс взяли. Вроде и умный, а самых главных вещей не понимаешь. Мы не с англичанами воевали, Малинин! И не с американцами! Мы воевали с демократией! С идеологией мы воевали, Малинин!
Малинин опять нос чешет. И выдаёт:
- А как это можно воевать с идеологией? Воевать можно с людьми.
Классная аж покраснела вся.
- Малинин! – а голос уже совсем железный у неё стал. – Люди были оболванены, одурманены! Этим самым демократизмом! Лживой, фальшивой идеей! Которая погрузила мир в море крови! А ты её тут проповедуешь!
- Ничего я не проповедую, - тупит Малинин. – Я же ни с кем воевать не собираюсь…
- Пацифист! – завизжала Зинка и запустила в него пеналом. Не попала, правда.
- Вот именно, - сказала Зоя Владимировна. – Ты проповедуешь лживую, человеконенавистническую идеологию пацифизма. Ей демократы разлагали другие страны, чтобы не могли героически сопротивляться их нападению. То же самое, что и ты сейчас, говорил Бриан!
Тут все, конечно, замолчали. Дело как-то далеко зашло. Если уж Брианом стали ругаться – там и до Черчилля недалеко. Ну а если кто кого Черчиллем обзовёт – всё, без драки не обойдётся.
А Малинин всё тупит. Очочки свои поправил и говорит:
- А я вот не знаю, что Бриан говорил. Можно это почитать где-нибудь?
Зинка опять завизжала и запустила в Малинина цветным мелком, на этот раз попала.
Но ему хоть бы хны. Форму отряхнул и говорит:
- Да я чего. Я просто не понимаю, чем демократия так плоха. Вы можете мне это объяснить?
Тут уже Зоя Владимировна не выдержала и сама на крик перешла.
- Да тем плоха! – заорала она. – Что она на нас напала! Что против неё! Наши деды воевали! Деды воевали, жизни клали против демократии, против выборов этих поганых, против свобод этих проклятых! Деды! Твой вот дед, небось, в эвакуации отсиживался! А у меня половина семьи на той войне погибла! Чего тебе ещё надо?
Витька Малеев тут вскочил и тоже орёт:
- Все народы мира! – орёт. - Эту проклятую демократию! Осудили! На Бирмингемском процессе! Ты знаешь, какие там ужасы показывали! Ты знаешь, что американские президенты творили? Как японцев депортировали? Ты знаешь, сколько японцев погибло при депортации?! Только потому, что они японцы!!! Ницше, говно, гипотенуза!!! – тут он пустил пену и бросился на пол, валяться. Наверное, хотел ещё пятёрку за бесноватость заработать.
Малинин подбородок упрямо выставил.
- Ну это они нехорошо, конечно, сделали, - этак через губочку цедит. – Но у нас тоже всякое было. Вот в Германии, когда культ Гитлера осудили, там же выяснилось насчёт евреев…
- Это были отдельные недоработки! – завизжала Зинка. Ну это понятно, у неё папа Дахау газифицировал.
- И Национал-Социалистическая Партия их осудила, - закончила Зоя Владимировна. – Так что не надо тут спекулировать. И вообще: сейчас в мире демократий не осталось.
- А Швейцария? – опять заумничал Малинин.
- Отсталое государство, задворки истории, на этих дикарей и ссылаться-то стыдно, - сказала классная этак строго. – Ты ещё Флориду вспомни, в этой стране тоже безвождизм. Ну так там голод. Ты этого хочешь?
- Голод у них, потому что с ними никто не торгует, - заявил Малинин. – Да и вообще, причём тут они все? Я же спросил – ну чем плоха эта самая демократия?
Тут весь класс хором заорал наперебой:
- Демократия – это война! Война – это смерть! Наши деды воевали, чтобы мы жили! Солнечный круг – небо вокруг!
Малинин смотрит и головой крутит. Типа – не убедили.
А Зоя Владимировна смотрит и головой качает. Укоризненно.
- Ты, - говорит она Малинину, - не понимаешь самой сути. Демократическая идеология сама по себе бес-че-ло-вечна! Даже если бы войны не было. Ну вот например. Если везде была бы демократия, то везде было бы расовое неравенство. Потому что все народы друг друга ненавидят, а значит, те, кого больше, голосованием избирали бы политиков только своей расы. И только диктатура может обеспечить равенство всех людей, потому что диктатор как приказал, так и будет. Вот посмотри на Юру Баранкина. Он же негр. Родителей его из Сенегала привезли, по приказу Великого Вождя Брежнева. А ведь он тебе друг. И ты тут распространяешь демократизм! Если бы у нас был демократизм, твоего друга тут не было бы! Не было бы!
Тут Юра Баранкин встал, подошёл к Малинину да как двинет ему в рожу. Малинин на другой конец класса отлетел.
Ну тут мы и поняли, что вожак в нашем классе теперь есть. Ещё подрались немножко, для порядка, все отхватили по морде, потом поздравили Баранкина с захватом власти и проявленной волей. От школьного фюрера поздравление на завтра пришло.
А Малинин недельки две с фингалом походил и успокоился. Понял, наверное, что-то. Что-то такое, самое важное. Что можно, а чего нельзя. Что есть вещи, которые в жизни главное.
И поэтому - нечего тут.

)(

И ещё про "скандал с 57-й". Перспективы
с митинга
krylov
Да, кстати. Если кто ещё не понял.

С точки зрения административной логики, если тема «учителя ебут учениц» начнёт благодатно форситься, единственное спасение – полная и окончательная феминизация образования. Чтобы везде были только училки и ни в коем случае не учителя. У учителя-мужчины есть член, а значит, его можно обвинить в приставании к ученицам . И если будет спрос на такие обвинения, обвинят ОБЯЗАТЕЛЬНО, рано или поздно. Потому что спрос рождает предложение, и оно обязательно последует. Так что единственный безопасный вариант – «чтоб бабы везде». Потому что тема «баба соблазнила мальчика» форсится на три порядка хуже, особенно в ситуации, когда она этого не делала.

ДОВЕСОК. Нет, я не защищаю 57-ю школу, я там не учился, там не учатся мои дети, а те, кто там учился, сейчас принимают активнейшеее участие в гебешной кампании. Мне лично, в общем-то, пофиг. Хоть вы там все переебите и передушите друг дружку. Я просто говорю, КАК БУДЕТ. Будет – так.

)(

Не рекомендую повторять такое же...
с митинга
krylov
Оригинал взят у ribakov в Не рекомендую повторять такое же...
Без специальной подготовки и  уверенного знания законодательства не рекомендую повторять такое же.
Иначе все может закончится  не очень хорошо.
Меня из-за этого чуть было не заставили 3 часа отсидеть в камере.


Но обо всем по порядку.
Read more...Collapse )

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!


"До мышей"
с митинга
krylov
Про Алексиевич уже все вроде бы высказались, но вот мне очень понравился текст Дометия Завольского.

Я бы, может, не стал отдавать слово "антисоветизм" дуракам и уродам, да и "контрреволюция" тоже не вполне корректный термин. Однако по сути высказанного - - -

)(

Мёртвая Смерть. Разрешили ему кашу с каклом-маклом есть
с митинга
krylov
Как известно, во всём на свете или есть антисемитизм, или нет его. Обычно это очевидно сразу. Однако сегодня мне приснился сон, про который я так и не понял, есть ли в нём антисемитизм.

А именно. Снилось мне, что всем известный сатирикёр Шендерович совершил какое-то преступление, одновременно смешное и гадкое. В чём оно состояло, я не помню, да и во сне, кажется, не знал. Но суть была в том, что даже еврейские роды возмутились, так что Шендеровича и его родителей вызвали на Поколенный Суд.

Поколенный Суд состоял из живых и мёртвых евреев, сидящих на двенадцати великих престолах и судящих «весь израиль». Вот и Шендеровича приволкли туда и бросили к подножью одного из престолов, на котором сидел очень толстый еврей с бородой и в широкополой шляпе величиной с летающую тарелку. Тот потыкал Шендеровича тростью, и Шендерович как бы уменьшился и закаменел, превратившись во что-то вроде маленького чёрного комочка тряпья.

И я вдруг понял, что с Шендеровичем он говорить не будет, ибо на Поколенном Суде говорят только с предками.

Тут вышли предки Шендеровича. Я думал, их будет много, но вышла какая-то жалкая кучка. Все они теснились перед престолом – который внезапно стал очень большим – и явно стремались.

И великий еврей в шляпе – который вознёсся на своём престоле куда-то вверх, очень высоко – вопросил предков Шендеровича так:

- Вы его воспитали, какой он есть,
Разрешили ему кашу с кАклом-мАклом есть!
Он червивою рукою выгребал из параши!
И какой же по жизни заслужил он каши?

Тут вышел какой-то предок Шендеровича – почему-то я подумал, что это дед – и сказал:

- Встану за него! Сечь его трубой, да не простынью!

Я это понял так, что предок – в качестве компромиссного варианта - предлагает Шендеровича каким-то крайне болезненным образом наказать, однако не до смерти.

И какая-то женщина, закутанная в чёрное, распростёрлась перед престолом – вот буквально легла - и закричала:

- Лягу за него! Класть его котом, да не голову!

Я это понял примерно так, что она предлагает Шендеровича каким-то образом изувечить и что-то ему отрезать, но всё-таки не жизненно-важное.

Но остальные предки сурово молчали, и я постиг, что без их заступничества участь Шендеровича будет решена.

Великий еврей с престола ещё немного подождал и вопросил:

- Кто ещё за него слово молвит?

И никто не двинулся с места. Тогда великий еврей вдруг встал – оказавшись ростом буквально до неба – и провозгласил:

- Отсечь парашника от колена и распустить на хмели-сунели!

И пнул Шендеровича, так, что тот выкатился под ноги евреев. Тут все они выхватили огромные каменные ножи – и в этот миг я проснулся.

Не знаю теперь, как и понимать сие. И есть ли в этом какой-нибудь антисемитизм.

PS. Ничего не хочу сказать про реального Шендеровича, и обидеть его не хочу – это был всего лишь сон.

)(
Tags:

В Казахстане осудили ополченца, воевавшего на Донбассе
с митинга
krylov
Оригинал взят у twower в В Казахстане осудили ополченца, воевавшего на Донбассе
5 лет тюрьмы назначили казахстанцу за участие в вооруженном конфликте на Украине, сообщает корреспондент Tengrinews.kz со ссылкой на районный суд №2 Сарыаркинского района Астаны.
Сегодня судья Галина Былкилова, которая рассматривала уголовное дело, огласила приговор. Евгений Вдовенко, обвиняемый по статье 162-1 Уголовного кодекса РК - "Участие в иностранных вооруженных конфликтах", признан виновным и получил наказание в виде пяти лет лишения свободы в колонии строгого режима. Приговор еще не вступил в законную силу и может быть обжалован.
Напомним, на прошлой неделе в Астане началось судебное разбирательство в отношении Евгения Вдовенко, тогда он признал свою вину и не отрицал своего участия в событиях, происходивших на Украине. Однако заявил, что никого не убивал.

"Я списался с ребятами из России, начал искать ополченческие добровольные отряды. Нашел, списался, но мне отказывали, я сам в армии не служил. Там отказывали, сям отказывали. В итоге нашел вызов в городе Ростов-на-Дону. Поехал, там меня ребята встретили. Там побыли где-то неделю, собралась группа из всех стран: Азербайджан, Россия, Дагестан. Потом поехали в город Краснодон, там побыли несколько дней", - сказал он.
"После чего поехали в Луганск, там я был месяц. Потом я уехал домой. Я заболел бронхитом. И у меня заканчивался срок регистрации Казахстан - Россия. Там 90 дней, а я был уже около 70 дней. Приехал, устроился на работу", - сообщил Вдовенко.
На вопрос защиты о том, рассказывал ли он кому-то о том, куда и зачем едет, обвиняемый ответил отрицательно. Также адвокат спросил у него, соответствуют ли действительности его фотографии, которые проходят по делу. "Да, это в городе Краснодоне, там какая-то диверсионная группа была, жилые кварталы обстреливала: технику, больницы", - ответил он.
По словам Вдовенко, лично он никого не убивал. "Перестрелки были, но я далек от этого, даже в армии не служил, мне страшно было", - сказал он.



Статья, по которой осужден ополченец, появилась в уголовном кодексе Казахстана лишь 23 апреля этого года:
Read more...Collapse )


"Через века"
с митинга
krylov
Пару дней назад я разговаривал я с одним знакомым, человеком либеральным – и, разумеется, заукраинствующим. Разговор получился, как всегда в таких случаях, «бессмысленным и беспощадным», но одна любопытная деталюшка в нём всё же нашлась.

А именно – по ходу дела мой знакомый принялся клеймить за ватничество и колорадство писателя Захара Прилепина, чьи книжки он раньше любил и всем горячо рекомендовал. Когда я ему это припомнил, тот с гордостью сообщил – «Прилепин так обосрался как человек, что теперь я его не воспринимаю и как писателя».

Меня эта фраза чем-то зацепила. То есть со мной случилось дежавю: ощущение, что нечто подобное я где-то слышал или читал, только не о Прилепине. Причём не просто читал, а отметил про себя – «ага, ожидаемо».

Такие вещи меня раздражают и мешают думать, так что я потратил сколько-то времени на гугленье. Нашёл много интересного – например, речи Лукашенко по поводу Новороссии – но всё это было не то. Попытки взбодрить ослабевшую память тоже успеха не имели: в голову упорно лезли Милюков и почему-то Мальгин.

Честно говоря, я потратил на эту ерунду довольно много времени. «Ну вот вцепилось и всё тут».

Помог Лермонтов. Потому что, с печалью созерцая вакханалию цитирования немытойроссии, я – по недлинной цепочке ассоциаций - всё-таки вспомнил, откуда это про обосравшегося. Точнее, по какому поводу. Относительно недолгое гуглевание и послеующее википедирование подтвердило догадку и указало и на автора аналогичной фразы, и на её предмет.

Начнём с последнего. Предметом был ни кто иной, как Александр Сергеевич Пушкин.

А именно. В 1831 году Пушкин написал известное стихотворение «Клеветникам России», посвящённое – как он думал – французам, а точнее, их информационно-пропагандистской политикой в поддержку польских свободолюбцев. Стихотворение достаточно известно, чтобы его приводить здесь. Учитывая как обстоятельства восстания [1], так и предельно гнусную – по тогдашним вегетарианским временам так и особенно – французскую диффамационную компанию, стихотворение можно считать чем-то вроде рассерженного стука тростью в ответ на пушечный залп ядрами, начинёнными первосортным французским дерьмом. Увы, у нас для аналогичного залпа не было не только писателей, но и читателей. Их и для Пушкина-то не нашлось. Российская общественность – ползающая на коленях перед гордым шляхетством – Пушкина дружно осудила. Список обвинений был стандартен и с той поры не менялся: Пушкину приписали злокачественный патриотизм, пресмыкательство перед царём и двором (в этом его особенно страстно обвиняли крупные государственные сановники и прочие прекрасно пристроенные люди), предательство идеалов европейского просвещения и вообще «варварство и дикость». Многие приличнейшие люди разорвали по этому поводу личные отношения с Пушкиным – например, внучка фельдмаршала Кутузова Долли Фикельмон после выхода стихотворения перестала с Пушкиным здороваться – так что наше всё является чуть ли не первой нерукопожатой персоной в русской истории. Вяземский, которого поэт считал другом, аккуратно выливал на него – хотя больше попадало на Россию, - содержимое своей ночной вазы [2]. Оба брата Тургенева обсуждали и осуждали «варварство» Пушкина. И так далее и тому подобное: либеральная общественность – которая как раз тогда-то и сплотилась вокруг известных идей – задала Александру Сергеевичу хар-рошую трёпку.

Что касается автора фразы, то она принадлежит Николаю Александровичу Мельгунову.

Сей замечательный – безо всяких кавычек, это важно - человек прожил долгую (1804-1867) и очень продуктивную жизнь. Он получил прекрасное образование в петербургском Благородном Пансионе, служил в Московской архиве иностранных дел, был членом кружка любомудров, много переводил с немецкого (в том числе знаменитую книгу Тика и Ваккенродера «Размышления отшельника, любителя изящного»), а в 1834 году подал в отставку и уехал за границу. Там он живёт в Германии и во Франции, посвятив себя творческим досугам. В частности, он немало делает для ознакомления заграницы с русской литературой, в частности – был консультантом немецкого писателя Г. Кенига о русской литературе. Потом вернулся в Россию, занимался тут разными полезными делами, в том числе музыкальной критикой. При всём том был крайне плодовитым автором и написал огромное количество литературных и публицистических текстов (в основном под псевдонимами). Ну и, естественно, был знаком со множеством великих людей, начиная от Пушкина и Глинки и кончая, например, Герценом, с которым он плодотворно сотрудничал.

Разумеется, убеждения у него были правильные, либеральные. Так что в ситуации с «Клеветниками России» он не мог не дать отпор зарвавшемуся шовинисту Пушкину. Каковой, по его словам (написанным Степану Петровичу Шевырёву, тоже очень достойному человеку) – «мне так огадился как человек, что я потерял к нему уважение даже как к поэту, ибо одно с другим неразлучно».

Ну конечно же, слово «огадился» у Мельгунова не имеет того прямого обсценного смысла, как в словах нашего современника. Но мы - дети своего испорченного времени, и стоит всё же признать, что даже Прилепин вкупе с моим либеральным знакомым, при всех их достоинствах, всё-таки немножко не дотягивают до Пушкина и Мельгунова. И не то чтобы они в этом виноваты: просто век у нас не золотой.

Ну а так - я просто порадовался такой неожиданной перекличкой через века. Неожиданной, т.к. заподозрить своего визави в знакомстве с перепиской Шевырёва и Мельгунова я не могу. Ибо он не какой-нибудь филолог или там историк, а советский программист, взращённый на Стругацких. Да я и сам-то вспомнил про эту фразу лишь по случаю, так как некогда интересовался консерватизмом в русском искусстве и «где-то наткнулся».

И ещё больше я порадовался невероятной устойчивости убеждений, нравов и даже лексикона наших рукопожатцев. Перенеси любого из них в любой момент русской истории, и мы всегда будем точно знать, что он скажет по какому поводу, и даже - какими словами. С вышеуказанной поправкой, разумеется, а так - - -



[1] Достаточно вспомнить хотя бы то, что итальянское слово «банда» вошло в русский язык именно через польский: поляки называли «бандами» свои отряды, и называли весьма точно.

[2] При этом полякующим он не был и считал подавление восстания необходимостью – но необходимостью стыдной. На Пушкина он набросился именно потому, что тот посмел задеть французов и тем самым «опозорил нас перед Европой» (знакомый ход мысли, не так ли? – ага-ага).


)(

Обокралипсис.
с митинга
krylov
Оригинал взят у 17ur в Обокралипсис.
Сабж представляет собой модификацию слова из русского перевода цикла "Плоский мир" Терри Прэтчетта. Автор счёл, что буква "о" в начале слова более прилична, нежели "а".


В своё время из краха МММ сделали назидание на фоне многих подобных событий. Впрочем, у Мавроди получилось зрелищно. Толпы в ожидании грузовика с деньгами, билеты, "принцип взаимного доверия выше принципа взаимных обязательств"... не то, что бы я сильно сострадал жертвам. Ростовщики недоделанные.

Впрочем, с тех пор я помягчал. Радикальный ригоризм бедной, но честной юности уступил место осознанию, что стричь купоны можно, а иногда и нужно.

При одном условии: ты понимаешь, откуда доход получается. А желательно не только понимать, но ещё и разбираться в вопросе. Иначе место твоё будет в той жалкой толпе перед внезапно закрытым офисом "акционерного общества по извлечению больших доходов из неназываемых источников".

К чему это я.

Читаю тут всякие записи и комментарии украинских "домашних русских" - так их окрестил тов. Коммари, хотя это, имхо, калька с "дрессированных евреев" советских времён.

Понятно, что там, в записях и комментариях, полно "крымчанок, дочерей камергера офицера" и прочих деревенских подлецов (свидомитов), "зарегивших ванюшку". Однако ж само явление отрицать бессмысленно: русские, связавшие свою судьбу с нынешней Украиной, таки суть. Они могут обитать в Киеве, Москве или, чёрт возьми, даже в самом Катманду... и обитают. Слышно обитают.

Вот что я заметил: тональность их нытья - что агрессивного, что жалобного - чем-то неуловимо схожа с тональностью и "охранительских" поучений о невмешательстве, и "белоленточных" проклятий империалистической войне, которую никто, кроме проклинающих, не видит. И вроде бы по содержанию-то высказывания с совсем разных гектаров, а вот роднит их что-то в том, как это говорится.

И это неуловимое что-то у меня прочно ассоциируется с той самой толпой перед офисом МММ, читающей "котировки".

Так что.

Мне представляется следующее.

Видите ли, на горбу русских существует немалое количество обществ по извлечению из них, русских, доходов. Больших доходов. Кооператив по выкапыванию нефтегаза, кумпанство для съёмок Великих Фильмов о Великой Войне, трест по завозу мигрантов, главк офисных содержанок - и прочая, прочая, прочая. Русская жизнь их стараниями чересчур коротка для их полного перечисления.

Речь вовсе не идёт о том, что нашего брата дурят. Когда нашего брата начнут дурить, то бишь обманывать при выполнении заключённого контракта, это будет прогресс: брата произведут в контрагенты и вообще начнут видеть в нём человека. Речь идёт о том, что сами русские, их труд, отдых, семейные и жизненные планы суть сырьё, которое указанные заведения обращают в доход своих бенефициаров.

Одним из таких заведений (по совместительству) является так называемая "Украина". Дешёвый газ, которым можно барыжить, испуская чаевые расторопным хлопам в вышиванках - это круто. Картонные, аляповато размалёванные орки на востоке, за припадочный страх перед которыми можно выпрашивать шоколадки и позволение мыть европейские тротуары шампунем - это ещё круче. Кроме того, сбежать из любого постсоветского рая, украинского в том числе, достаточно сложно. Ну, пока не стреляют.

С такого профиту и нещепетильный русский, не замеченный в дочериофицерстве, за сладкое выпишется из своих: отыщет себе букет кровей; низведёт окружащих в нерусские, в хомо советикус, в генетических рабов и ватников, тьфу на них; встанет под жовтоблакитныйпрапор и так далее. Что угодно, лишь бы из руды стать рудокопом.

И это касается не только "Украины", но и РФ в первую очередь.

Прошло время. "Лось вдруг начал отстреливаться". Новоросская заруба подорвала солидность всех - всех без исключения - предприятий по извлечению больших доходов из русских, и у бенефициаров этих предприятий - вплоть до мельчайших, которые и сами еда - вдруг возникло неприятное ощущение в желудке. Жизненные планы внезапно расфокусировались и пошли волнами. Оказалось, что источник дохода, на котором сидит множество старых, уважаемых кумпанств, не то, что неизвестен, но и непредсказуем.

Отсюда понятно, что упомянутые бенефициары самых разных предприятий по переводу русского мяса в наличные деньги хором встали за репутацию таковых. Независимо от мелких фракционных разногласий. Им кажется, что их - всех! - обкрадывают, вырывают из натруженных ножницами рук только что состриженные купоны.

Катаклизм. Потоп. Армагеддон. Сабж. И что угодно позволено. Кусочек, кусочек человеческого мясца изо рта вырвали. Стоп. Русского мясца, не человеческого. Всё равно было вкусно - отдайте обратно.

И что угодно позволено бенефициарам и их наймитам, лишь бы не оказаться в безнадёжной очереди перед закрытыми дверьми. Что угодно, лишь бы русские из сырья и мяса не стали контрагентом.

Я не замечен в оптимизме и не стану распространяться о великой победе и прочем одержании. Всё может быть плохо. Я просто констатирую: пошатнулось, и пошатнулось так, что визг угрожаемых стал слышен.

И я надеюсь, что он станет громче и отчаянней.

Спасибо за внимание.

ПостСкриптум. Я написал этот пост, дабы обесценить обвинения в адрес свидомитов и в адрес русскоязычной сволочи, их поддерживающей, в том, что они "зомбированы телебаченнем".

Они не зомбированы. У них реальный обывательский интерес, на который способны и Вы, уважаемый читатель. См. мой предыдущий пост: не надо считать их, таких хороших, недочеловеками. Их надо любить.


А кроме того, я считаю, что Аракчеев должен быть свободен.



Здоровая реакция
с митинга
krylov
Оригинал взят у krylov в Здоровая реакция
Оригинал взят у gest в Кашка-Какашка
Это как в детстве было: во двор вышел, конфетку держишь, а тебе говорят: “Дай конфетку”. В потный кулачок зажал и спрашиваешь: “А ты мне что?” (Владимир Путин, саммит Россия-Европа, 2006 год).

О, раз уж речь зашла о Крапивине.

В комментах у Крылова (на фейсбуке) вспомнили эпизод про "питнадцать копеек", и тут на меня накатило...

Дело в том, что для меня Владислав Крапивин - это два разных автора.

Один из них писал подростковые книжки про сюрреалистические параллельные миры со сложной многоуровневой метафизикой, а потому играл роль своего рода Даниила Андреева для младшего и среднего школьного возраста. "Ты не представляешь, чем для нас был Крапивин", - как-то сказал mortulo, мечтательно закатив глаза. Ну, он всё-таки чуть старше меня, другое поколение. Так вот, с этим Крапивиным я едва знаком, но он явно заслуживает уважения.

И есть другой Владислав Крапивин, автор повести "Оруженосец Кашка", моей самой первой книги, то есть первой книги, которую я самостоятельно прочёл. Сколько же мне тогда было? Семь лет? Естественно, мне эту книгу подсунули родители. Так вот, это была худшая книга, которую я когда-либо читал. Осознаёте иронию? Первая - и самая худшая. Потому что всё остальное было лучше. Да, с тех пор я прочёл немало всякой дряни, но никакое другое произведение не вызывало у меня такой отчаянной ненависти. Я был простым советским ребёнком, и всё равно чувствовал, что передо мной тупая, омерзительная, сюсюкающая, слащавая шняга!

Слава богу, спустя какое-то время мне в руки попал свежеизданный томик Гарри Гаррисона с трилогией о Стальной Крысе, который вернул мне веру в человечество и спас меня для чтения.

Да, так вот, та самая сцена, которую вспоминали у Крылова в фейсбуке:

Питнадцать копеекCollapse )

Крылову бы здесь материала на три РЛО хватило бы, ей-ей. Я просто скажу, что в детстве этот текст вызывал у меня физическое омерзение, и это чувство, оказывается, не ушло никуда.



Здоровая реакция
с митинга
krylov
Оригинал взят у gest в Кашка-Какашка
Это как в детстве было: во двор вышел, конфетку держишь, а тебе говорят: “Дай конфетку”. В потный кулачок зажал и спрашиваешь: “А ты мне что?” (Владимир Путин, саммит Россия-Европа, 2006 год).

О, раз уж речь зашла о Крапивине.

В комментах у Крылова (на фейсбуке) вспомнили эпизод про "питнадцать копеек", и тут на меня накатило...

Дело в том, что для меня Владислав Крапивин - это два разных автора.

Один из них писал подростковые книжки про сюрреалистические параллельные миры со сложной многоуровневой метафизикой, а потому играл роль своего рода Даниила Андреева для младшего и среднего школьного возраста. "Ты не представляешь, чем для нас был Крапивин", - как-то сказал mortulo, мечтательно закатив глаза. Ну, он всё-таки чуть старше меня, другое поколение. Так вот, с этим Крапивиным я едва знаком, но он явно заслуживает уважения.

И есть другой Владислав Крапивин, автор повести "Оруженосец Кашка", моей самой первой книги, то есть первой книги, которую я самостоятельно прочёл. Сколько же мне тогда было? Семь лет? Естественно, мне эту книгу подсунули родители. Так вот, это была худшая книга, которую я когда-либо читал. Осознаёте иронию? Первая - и самая худшая. Потому что всё остальное было лучше. Да, с тех пор я прочёл немало всякой дряни, но никакое другое произведение не вызывало у меня такой отчаянной ненависти. Я был простым советским ребёнком, и всё равно чувствовал, что передо мной тупая, омерзительная, сюсюкающая, слащавая шняга!

Слава богу, спустя какое-то время мне в руки попал свежеизданный томик Гарри Гаррисона с трилогией о Стальной Крысе, который вернул мне веру в человечество и спас меня для чтения.

Да, так вот, та самая сцена, которую вспоминали у Крылова в фейсбуке:

Питнадцать копеекCollapse )

Крылову бы здесь материала на три РЛО хватило бы, ей-ей. Я просто скажу, что в детстве этот текст вызывал у меня физическое омерзение, и это чувство, оказывается, не ушло никуда.


Характерненько
с митинга
krylov
Отчасти к этому.

Замечательный в определённом отношении постинг. Можно сказать, честный россиянин писал.

Оригинал взят у prosto_vova в Мой последний пост про Украинские и Российские события. Двумя взмахами ножа.
Наверное, вы заметили, что в последние несколько недель я совершенно не касаюсь этой темы. Я сделал свой выбор и обсуждать тут нечего.
Сейчас ситуация зашла в тот режим, что попытки убедить кого-то в чем-то резонными доводами и логичными тезисами не имеют смысла. Их никто не слушает.
Цель, которая была поставлена некоторыми известными силами, достигнута. Народы разделены двумя взмахами ножа - вдоль и поперек.

В Украине теперь есть два народа - украинский и пророссийский, которые максимально разделены. В России теперь есть два народа - "ура-патриотический" и "пытающийся быть разумным", которые максимально разделены.

Еще немного, и мы начнем грызть друг другу горло. Я не хочу этого.

Я свой выбор сделал. Как россиянин, я выбираю право смело и открыто смотреть в глаза украинцам. Я выбираю возможность быть гостем в Киеве, Львове, Ивано-Франковске.
Я понимаю, что в Крыму в ближайшее время мне делать нечего.

Тут был список недавно крымских блогеров, человек в сто. Я посмотрел, и понял, что, наверное, мне есть о чем говорить только с ЛьвомДмитричем, ему проще, он вообще армянин. И с Анашкевичем - Сергей дистанцировался от политики, и вообще, практически гражданин мира. Ну так я с ними и не прощаюсь.

А на западе Украины у меня много друзей. И я не могу их предать.

Я выбираю право честно смотреть в глаза и жать руку Игорю ibigdan Оресту forko Диме reznichenko_d Наташе nata_scherbina, Тоне to55(несмотря на совершенно другие вопросы)  и многим другим.

Знаю, что на этих словах громко хлопнули многие двери. Да и хер с ними.

Никакая дверь не поможет тому, у кого не чиста совесть.

Это был последний пост про события....
Ухожу в путешествия, дыбр, жратву и прочее. Простите.

Я не хочу сойти с ума.


Прежде чем читать дальше - замечу, что меня в данном случае интересует не сам "выбор", а только и исключительно аргументация. Что, собственно, говорит человек - насколько я понимаю, вполне себе русский? Что с русскими он поссориться не боится. Они ему а) не интересны, б) не страшны. "Русские - да куда они денутся". А вот "предать" украинских друзей - это страшно, они ведь не простят, руки не подадут и в глазки плюнут. Игорёк, Орест, Димочка, Тонечка. Их потерять страшно. А то, что эти друзья легко наплюют на дружбу русского, если он не встанет на сторону Украины, он и не сомневается. И правильно не сомневается, ага.

Не нужно думать, что это личная особенность автора. Примерно то же самое ощущают (и говорят) многие: "перед украинцами неудобно". Потому что боязно поссориться с "сильной" стороной, а русские всегда сторона "слабая". Прежде всего - психологически слабая.

Вот я и говорю - нехорошая у нас репутация. Да.

ДОВЕСОК. Оказывается, товарищ - сознательный новиоп с нежно лелеемым букетиком кровей: "я русско-еврее-поляк". Однако там полно "русских вполне себе", которые его всячески одобряют и "руку жмут".

)(

Не москвич!
с митинга
krylov
Прочёл вот тут инструкции для немосквичей - как выдавать себя за москвича.

Прочёл и понял, что я не москвич. По крайней мере, по версии данного, так сказать, ресурса. Ну вот так - практически ни одного попадания.

Смотрим по тексту:

Место жительства

— Каждый москвич знает, что для жилья чем юго-восточнее, тем хуже, чем северо-западнее, тем лучше. Лучше всего снять квартиру в приличном закольцовом районе, на «Соколе», «Динамо», «Аэропорту», «Автозаводской», «Университете», «Шаболовской». В самом центре живут общаком молодые понаехавшие.

= Я живу на Полежаевской. Это, кажется, на грани приличия?

— Если вам меньше 30, можно сделать вид, что живете с родителями. Столичные родители — лучшее алиби.

= Я бы очень хотел жить с родителями. Но никого не осталось. Ладно, проехали.

— Боготворите Нью-Йорк. Нью-Йорк — это правильная Москва. Проводите там как минимум один месяц в году. Или врите, что проводите.

= Ни разу не был, не особо хочу, и, главное, никогда не понимал, что там такого правильного. Месяц в году предпочёл бы проводить в Риме.

— Не покупайте одинаковую посуду. Она должна быть разномастной, скопившейся за последние 50 лет.

= Всё старьё выкинул ну очень давно, из наследия предков остались два бронзовых стаканчика, подаренные деду на 50-летие.

— Придумайте вещам в квартире историю. Пусть зеркало достанется от прабабушки, рога на стену подарили дедушке-охотнику, а старую трехногую вешалку вы нашли на помойке.

= Ни одной приличной вещи от предков я не унаследовал, за исключением маленького книжного шкафа. Ах да, уцелел бабушкин набор железных перьев и мамина ручка-вставочка, которой я иногда пользуюсь. Всё старое - прежде всего книги - приобретено мной лично.

— Проводите время «на районе». Каждый день в центре бывают только провинциалы, а вы знаете с десяток прекрасных мест недалеко от дома.

= На районе я выгуливаю собаку, то есть ссу и сру на него посредством домашнего животного. В центре, напротив, бываю если не каждый день, то три-четыре дня в неделю точно. Прежпочитаю район от Тверской до Кузнецкого Моста: это хоть как-то напоминает нормальный город.

— Не просите гостей снимать обувь. Не выгоняйте их курить на лестницу. Не копите пакеты из «Азбуки вкуса».

= Именно снимать обувь, у нас чисто. Именно курить на лестницу, у нас дома не курят (при курящей супруге). Пакеты копим, разумеется, потому что всё время приходится что-то завозить-отвозить. Пакеты из "Азбуки" весьма удобны.

Правила пользования общественным транспортом

— Не растопыривайте локти в метро в час пик. Нет у вас врагов в метро, кроме таких же, как и вы. Москвичи в переполненном вагоне не выставляют острых частей тела, а складываются столбиком и покачиваются, как неваляшки.

= Тут ничего сказать не могу: несмотря на любовь к общественному транспорту, в метро я езжу в основном не в пиковое время. Но если всё-таки давка - предпочитаю протиснуться в менее заполненное пространство (обычно в проходе между лавок не так тесно, как у дверей).

— Дверь в метро не надо придерживать. Дверь нужно открывать по ветру. Про это помнят только те, кто вырос рядом с метро.

= А я вот придерживаю. Я вырос рядом с метро, да, но вход - в подземном переходе, и ветра там не бывает.

— Не смотрите на рекламные щиты, проезжая на эскалаторе. Смотрите в никуда.

= А я люблю разглядывать эти самые щиты, они так прекрасно идиотичны.

— Назначайте встречи не в центре зала, а у первого вагона из центра.

= Всегда назначаю именно в центре зала - поскольку там минимум народа, а у первого вагона из центра обычно толчея и нет скамейки, чтобы сесть. На некоторых станциях первый вагон вообще приезжает в какой-нибудь закуток, из которого на саму станцию надо ещё вырваться.

— Делайте вид, что не очень хорошо помните схему метро, ведь оно так разрослось. Но знайте всякие штуки, доступные дотошному москвичу: например, что переход с «Охотного Ряда» на «Театральную» короче по эскалатору, чем по собственно переходу. И не забывайте, что станций «Китай-город» две!

= Как бы знаю, но вечно путаю эти эскалаторы, поэтому хожу по переходу (в те редкие моменты, когда оказываюсь на этой станции). "Китай-Город" - обычная пересадочная станция, только с перепутанными путями.

— Читайте в метро. Предпочтителен традиционный вариант в виде бумажных книг, хотя прогрессивные москвичи уже перешли на электронные.

= До последнего времени читал, разумеется, сейчас предпочитаю просто постоять-подумать: всё-таки качественное чтение предполагает известный комфорт, а давиться словами - я уже не в том возрасте. Да и раньше не любил, если честно.

— Выучите расписание пробок. Не ругайте пробки и уж тем более не оправдывайтесь пробками, если опоздали на час на встречу.

= Лучший способ не опаздывать на встречи - назначать их у себя в офисе (если встреча формальная) или в близлежащих едальных заведениях (если встреча не вполне формальная). Если нужно ехать к "ну очень ваэжному-занятому человеку" в пробкоопасное время - пользуюсь тем же метро. Но, как правило, это не требуется, так как "важные-занятые люди" обычно пребывают в центре, так что от Чеховской (где офис) до большинства мест их пребывания можно дойти пешком.

— Любите трамваи и троллейбусы. Трамвайные пути считайте главным ориентиром на местности, а троллейбусы — лучшим способом передвижения по Садовому и Бульварному кольцам.

= Терпеть не могу наземный общественный транспорт. Маршрутки - ещё туда-сюда.

— Запомните вокзалы. Главная ошибка провинциала: знать назубок вокзал, откуда отправляется поезд в родной город, и иметь лишь отдаленное представление обо всех остальных. Для москвича все вокзалы равны. Особенно важно не путать, какой именно вокзал относится к площади трех вокзалов, — Белорусский или Казанский.

= Вообще не знаю, где все эти заведения располагаются, потому что очень не люблю вокзалы как таковые. Пользуюсь, да, но ненавижу, поэтому каждый раз уточняю, где этот чёртов "ленинградский" или мать его там "казанский". Однажды в минуту жизни трудную перепутал Белорусский и Киевский - да, было со мной и такое.

И неудивительно. Я очень, очень, очень не люблю вокзалы, вокзальную обстановку, поезда, и вообще "вот это всё". Ненавижу РЖД во всех своих проявлениях, исключая "Сапсан" и "Полонез", в которых ещё можно как-то ездить. Но вообще всё железнодорожное - это адский ад. А российские вокзалы - гнойники на теле Отечества, места грязные во всех смыслах. Сейчас, конечно, получше стало, но я слишком хорошо помню, как было раньше. Лучший вокзал - это аэропорт.

Культурное наследие

— Будьте внимательны к деревьям. Не ругайте давно насаженные тополя и жалейте, что их обрезают. Хвалите вязы и клены. Помните, что на Тверской раньше росли липы.

= Я не аллергик, но тополиный пух терпеть не могу, как и тополя в целом: дрянное дерево. Вязы и клёны лучше, но я люблю каштаны. Никаких лип на Тверской не помню - или не помню, что это были липы.

— Говорите «скушно» и «дожжь». В припадке лютой московскости можно добавить к этому еще и «булошную». Вышак — «коришневый».

= Никогда не говорил "ш" вместо книжного "ч". Я даже слово "что" произношу по-писанному: "ч-то". От слова "дожжь" могу и сблевать. Правда, вот именно это слово я сам произношу как "дошть", но тут уже фонетика не позволяет по-другому. Слова "скучно" и "скушно" считаю разными словами, второе описывает самочувствие томливой барышни, которой чего-то хочется, а кого - неясно.

— Знайте основные рынки, университеты и кладбища Москвы. Подсказка: Даниловский, Дорогомиловкий. РГГУ, Плешка, МГУ. Старое и новое Новодевичье кладбища принципиально отличаются, но находятся в одном месте. Ваганьково давно опошлилось. Самое крутое — Немецкое.

= Понятия не имею, где всё это находится, и знать не хочу. То есть РГГУ и МГУ воленс-ноленс найду, но где "плешка" - вот честно, сто раз говорили, забывал: неинтересно. Кладбища считаю местами крайне малопривлекательными и вообще не интересуюсь. Что в Москве есть какое-то "Немецкое" кладбище, узнал только что. Посмотрел - оказывается, это "старое название Введенского кладбища". Где это Введенское - Бог ведает.

— Выучите главные театры, театральных режиссеров и знаменитых актеров. Особенно старшего поколения. Смотреть кино нужно в «Пяти звездах на "Новокузнецкой"», «Иллюзионе»
и Доме кино.

= Блядь, театр! Актёры! Старшего поколения! Слово правды! Какая игра! Гениальный режиссёр! Пластика! Пирдуха! Господи, как же меня тошнит от одного только слова "театр" - кто бы знал, кто бы понял.

Нет, ну я, конечно, понимаю значение театральной жизни. Ибо интеллигентики, провинциалы, профурсетки, полезные идиоты, статусные евреи, старые педерасты и стукачи и прочие культурообразующие люди должны где-то тусоваться, но я-то в этом сифозном комьюнити что забыл?

Что касается кино, то если фильм нельзя посмотреть в домашних условиях (ну, современных домашних - большой телевизор, стерео, нормальный звук) и получить удовольствие, значит, не такой уж это шедевр. Если ну совсем не терпится - съезжу в какой-нибудь "каро-фильм" или как там всё это называется.

— Разбирайтесь в знаковом Подмосковье. Вы должны представлять себе, где находятся Переделкино, Николина гора, Кратово, Абрамцево и тех, у кого там дачи.

= Ничего я не должен, все эти паскудные дачи неинтересных мне людей мне глубоко по барабану. Я их не знаю и знать не хочу. И не понимаю интереса. Это ваши дачи, что-ли?

— Изучите сады и парки. Нескучный сад на первом месте,
на втором — Аптекарский огород. Далее — Ботанический сад
и Сокольники. Осенью поезжайте гулять в Архангельское
и Коломенское.

= Ну вы уже поняли, что я скажу, да?

— Прикидывайтесь рассеянным, но знайте, где находится роддом им. Грауэрмана и дом Нирнзее.

= Кто все эти люди? И почему я должен их знать? Это папа мой, что-ли, Нирнзее? Нет, это не мой папа даже близко.

Впрочем, и особенного раздражения у меня эти локальные культы не вызвают. Ну вот кому-то важно, что его родили в культовом роддоме, это у человека часть идентичности. Или вот гордится человек, что в молодости выпивал в каком-то культовом гадючнике. Ну, ква. Что я, буду ему доказывать, что он неправ? А в чём неправ? Что выпивал? Что это для него значимо? Так мало ли какие вещи для людей значимы. Помню по советскому времени отца одного приятеля, который всю жизнь вспоминал недельную поездку в Чехословакию - это у него был пик жизни. По мне, так лучше уж Грауэрман.

— Уважайте традиции. Здесь принято, вздыхая, вспоминать времена, когда Тверская была улицей Горького и зеленой, станции метро назывались «Проспект Маркса», «Лермонтовская» и «Колхозная», переживать по поводу застройки Остоженки, проклинать все инициативы мэрии и любить Замоскворечье.

= Вот уж по чему я не заплачу, так это по "улице Горького" (ненавидел я это название с детства), по "проспекту Маркса", а вообще-то я бы переименовал всё советское в нормальное человеческое. Что не отменяет факта - Москву чудовищно изгадили, нечеловечески просто поуродовали. Ну так это вполне в большевицком духе.

А если я о чём-то по-настоящему жалею - так это о том, что никогда не увижу Сухареву Башню и не побываю на Собачьей площадке. Да, и в Кремле тоже - хотя раньше он был открыт и главной московской площадью была Успенская.

— Никогда не ходите на экскурсии и на Красную площадь.
Если вы будете замечены у одной из самых популярных туристических достопримечательностей, люди могут заподозрить неладное. Хотя бытует мнение, что москвичу везде можно. Но только со скучающим лицом.

= А вот как раз гулять по Красной площади - вполне. В погожий летний денёк пройтись переулочками, выйти на Тверскую, а потом ужеи на Красную, в ГУМ зайти - чем плохо-то?

— Не ходите обедать в сетевые кафе. Кафе должно быть в переулках и желательно старое. Знайте официанта по имени и имейте свой любимый столик. Не выкладывайте в соцсети фотографии своего завтрака в «Кофемании». Москвичи встают поздно и едят дома.

= Да, есть место, куда я хожу с прошлого тысячелетия и где меня хорошо знают. Это "16 тонн". Разумеется, оно не в "переулочках", а в начале Пресненского вала. А все "кафешки в переулочках", которые мне попадались, отличались крайней непришейкобылехвостностью.

Впрочем, тут хоть какое-то попадание - я встаю очень поздно и завтракаю обычно дома.

— Не покупайте в подарок красные голландские розы.

= Я крайне редко покупаю цветы в подарок, "так как считаю своё общество лучшим подарком из всех возможных" (s). Но во всяких официальных ситуациях, когда цветы ну совсем уж необходимы и без них никак, беру именно красные розы (не знаю, голландские они или чьи, но, скорее всего, речь идёт именно о них). Потому что это нормальный "нестыдный" официальный вариант. Гвоздички - дешевато, орхидеи какие-нибудь - претенциозно и подозрительно. И ваще, розак завсегда в самую цыму идёт, и неча тута интересничать.

Внешний вид и поведение

— Никто не должен знать, что вы амбициозный карьерист. За деньгами гонятся только провинциалы, приехавшие на заработки. Настоящий москвич живет легко, деньги ему не очень нужны.

= Мне очень нужны деньги. Постоянно. Не отказываюсь практически ни от какой копеечки, за исключением предложений, которые себя явно и заведомо не окупают (по времени и усилиям). Людей, которым живут легко и им не очень нужны деньги, я знаю. В основном это советские аристократы, у которых всегда всё шоколадно, ибо им положено. А я простой русский паренёк, которому в этой стране положен хер да малэнько.

— Не позорьтесь. Не вступайте в разговоры с прохожими, которые спрашивают, как пройти от Большого театра к Кузнецкому Мосту. Машите неопределенно руками или притворяйтесь, что вы из Питера.

= Идиоты. Подавляющее большинство настоящих москвичей на такие расстояния и не мыслят. Всё, что они знают - как до дому дойти, да два-три ближайших маршрута - "до магазина", "до парикмахерской" и т.п. Вот питерцы, как я замечал, иногда в курсе.

— Подавайте бомжам. Но не светите тысячными купюрами.

= Это шутка? Подавать бомжам? Вообще подавать? По-моему, ни одному москвичу это и в голову не придёт: научились за двадцать лет агрессивного вымогательства.

— Откажитесь от родительских передачек. Во-первых, настоящие москвичи не мотаются на вокзал или на почту.
Во-вторых, наличие какой-нибудь конской колбасы, горчичного масла или другого неспецифичного для Москвы продукта на раз выдаст в вас понаехавшего.

= Обожаю конскую колбасу, особенно татарскую. Добываю её через нашу няню, но вообще-то не отказался бы покупать у какого-нибудь постоянного поставщика (раньше у нас такой был, да кончился). Горчичное масло не пробировал, но было бы интересно, что за зверь и с чем едят.

Большинство коренных москвичей, кстати, на всякие такие штучки падко, так как в детстве хоть и не голодали, но ели одно и то же. Лучший способ расположить к себе москвича - угостить чем-нибудь немосковским. На худой конец сойдёт черниговское сало или бутылка мутного деревенского самогона. Москвич будет счастлив.

— Пореже выходите из дома. Подразумевается, что вы давно уже исходили Пушкинский и Третьяковку вдоль и поперек.
А на большие шумные тусовки, ночи музеев и пикники «Афиши» давно ходят провинциалы, мечтающие с кем-нибудь подружиться.

= Опять же идиоты и провинциалы. Среднестатистический москвич в Третьяковке был один раз, в раннем детстве - родаки затащили культуркой попарить. Обычно ребёночек, вусмерть уставший от бессмысленного многочасового хождения из зала в зал с неинтересными картинками на стенах, получает прививку от культурности на всю оставшуюся жизнь и от всяких музеев шарахается. Редко кому удаётся преодолеть этот комплекс - как правило, для этого нужна загранпоездка с обязательным посещением соответствующих заведений. Бедолага убеждается, что культурка не так отвратна, как ему показалось в детстве, и его даже от чего-то пропирает. После Уффици можно и в Третьяковку сходить, да. Но большинство всё-таки брезгует: базовое детское ощущение от русской культуры (клейкая усталость в ножках, смертельная скука и невозможности пописать) пересиливает.

При этом москвичи страшно уважают людей, которые по доброй воле идут в такие адовые места, как Третьяковка и Пушкинский. Хотите понтануться - скажите, на какой последней выставке вы были и как вам там показалось. Если же вы ввернёте "по сравнению с тем, когда Дали привозили, они научились хотя бы нормальный свет давать", на вас будут смотреть как на высшее существо.

— Не хвалитесь своим знанием города. Знать названия переулков на Сретенке могут или приезжие, или московские пенсионеры. Лучше запоминайте расположение воды.
Не путайте Москва-реку с Яузой. Так же важно знать,
где в центре «верх» и где «низ» и откуда начинается нумерация домов.

= Это знать невозможно, так что лучше и не делать вид, что знаешь. Потому что когда ты ищещь дом 4А стр. 8 по 9-му Малому Спасоголенищенскому проезду, а стоишь перед домом номер 3-6-8/14 корп. 2 стр. 3 5-го Среднего Спасоголенщиненского проезда, ты понимаешь всю тщету гордого разума и смиренно, как котёночек, тычешься в гугль-карту. Или просто начинаешь обходить местность в упрямой надежде наткнуться на этот дом - или человека, который в нём живёт или работает. Так и только так.

— Не трите, ради всего святого, собаку по носу на «Площади Революции».

= Миллионы туристов по всему миру трут всякие статуи, бросают монетки в фонтаны, а то и выцарапывают свои имена на меловых скалах. Это, может, и глупо, но совершенно безвредно, а уж потирание носа собаке в метро - совсем невинное занятие. От этого никому нет вреда - ни вам, ни собачьему носу. С вас за это даже денег не берут. И зачем себе запрещать такое безобидное развлечение, если "вдруг хочется"? Вот если бы сказали "ради всего святого, не ешьте ничего в привокзальных заведениях" - это было бы абсолютно осмысленный совет.

— Не носите высоких каблуков. Вообще уменьшите количество свэга в образе. Тяга к ярким цветам и желание носить милые уродливые вещицы — удел понаехавших.

= Не знаю, что такое свэг, но чувствую, что слово "свэг" - это и есть самый свэг.
Да, по сравнению с девяностыми нынешние - это даже не плесень, а перхоть на плесени. Или свэг на перхоти на плесени. Причём подзалупной.

Что касается самого совета: засуньте себе его в тухес и так носите. Московскую женщину вы можете лишить чего угодно, но каблуки у неё отнять - увольте. Она вас ими забьёт. Потому что каблуки - это святое.

— Избавьтесь от акцента. Но не пытайтесь акать. Это будет выглядеть комично.

= Вы это кому советуете? Кавказцам? Они эбаль ваш совэт, потому что кавказский акцент сейчас - признак высокого статуса. Таджикам? Это вообще не ваш электорат. Русским? А где вы слышали акцент у русского? Вся страна от Калининграда до Владивостока говорит на одном языке с незначительными вариациями. Ах, вы имеете в виду акцент и манеру речи жителя посёлка городского типа или окраины города-недомиллионника? Тут не акцент надо менять, а словарный запас и мировоззрение. Потому что когда человек мыслит матом и поэтому в нематерной речи путается - это не акцент, а именно мировоззрение.

— Не носите одежду, на которой виден лейбл. Лейблы внутри одежды тоже желательно спороть. Не носите с собой пакеты из модных магазинов. Купите невзрачный рюкзак.

= Вы людей-то не пугайте.

Если имеются в виду все эти мелкие временные ярлычки на одежде, их вам снимут в магазине. А вырезать с мясом намертво пришитый к куртке квадрат с фирменной символикой, или выпарывать таковой с пиджачной подкладки - вы часом не охренели?

Что касается "пакетов из модных магазинов" - опять же, это Москва. Вы кого ими удивлять или пугать собираетесь? Кому интересны ваши пакеты, что бы там на них не было нарисовано? А вот человек с рюкзаком, да ещё и невзрачным, смотрится и в самом деле странно, если вы только не пытаетесь прикинуться курьером.

— Не ловите машины на улицах. Если поймали, умиляйтесь водителям из Средней Азии.

= Йопть. И обязательно поцелуйте водителя на прощание!

— Поменьше смотрите телевизор. Модно говорить, что не смотришь его вообще.

= Гм. Это ведь советы провинциалу, приехавшему в Москву? Так вот, провинциал, даже самый наивный и удобосклоняемый к понтам, этот самый телевизор просмотрел всё своё долгое тяжёлое детство. И мечтает он в Москве не телевизор купить (даже самую жырную плазму), а эйрбук, чтобы сидеть с ним в "жан-жаке" (потому что это новый опыт). На телевизор его может склонить только жена-москвичка С Квартирою. Которая у телевизора родилась, при нём живёт и твёрдо намерена умереть при просмотре программы про здоровьичко.

— Заимейте связи. Если вы москвич, значит, вы можете посоветовать хорошего стоматолога / гинеколога / ортопеда, так как вся ваша семья у него лечится. А также проверенного парикмахера, знакомого в ГИБДД / прокуратуре/ налоговой / приемной комиссии…

= Как я замечал, умение быстро обрастать нужными связями - верный признак именно "понаехавших", которые под данную социальную технологию заточены. Москвич же, особенно коренной, в этом отношении обычно гол как сокол. Если он на возрасте, то от всех былых связей и наводок у него сохраняется разве что ностальгическое воспоминание о каком-нибудь давно уже не существующем хлебном магазине, где "всегда был хлебушек свежий".

— Получите медицинскую страховку. Негоже сторониться больниц при воспалении легких за неимением прописки и, поджав хвост, ехать лечить зубы на родину. Вообще смелее, обстоятельнее подходите к вопросам здоровья. Нужно понимать, что Боткинская — хорошая, Морозовская — детская, Федоровская — глазная, а МОНИКИ — для Подмосковья.

= Очень многие москвичи и все вменяемые немосквичи именно что ездят лечить зубы на родину, где цены очень сильно ниже, а качество работы сравнимое.

— Приперевшись в Москву, не говорите, что в Москве плохо, грязь и бардак. Иначе вам может показаться, что москвичи невоспитанные, злые люди. Но это не так. Если бы вы приехали с такими речами в любой другой населенный пункт нашей славной родины, вам бы просто надавали вилами по хребтине добрые селяне.

= Первый признак настоящего москвича - крайнее недовольство Москвой и разговоры о том, как же здесь плохо, какая грязь и какой бардак. Хотите сойти за своего - поддерживайте эти разговоры. Если хотите совсем уж омосквичиться - ездите на выходные в Питер на отдых. Для коренного москвича это уже почти естественная потребность.

— Учитесь в РГГУ. Или прикиньтесь нигилистом и не учитесь вообще нигде.

= Я учился в двух не худших московских вузах, но в РГГУ меня калачом не заманишь, что тогда, что сейчас. Что касается господ провинциалов - если уж учиться, то в какой-нибудь ВШЭ, где преподают куда более статусные Жыды и Либерасты (среди которых, впрочем, затесался русский националист Сергей Сергеев, но это "только придаёт пикантности ситуации").



...В общем, меня надо гнать из москалей с волчьим билетом. По мнению компетентных инстанций из этого нашего интернета, разумеется.

Вы тоже, кстати, проверьтесь. Вдруг чего.

)(

Жертва режима. Фантастический рассказ
с митинга
krylov
К затронутой теме Ходорковского.

Есть два пути как обустроить нашу страну - реальный и фантастический.
Реальный - это если прилетят марсиане и всё за нас сделают.
Фантастический - это если мы всё сделаем сами.


Березовский проснулся в отличном настроении. Отодрав край присохшей к спине окровавленной простыни (вечерняя порка была жёсткой – бил Квачков), он сел на край роскошного ложа, сунул ноги в тапочки, отороченные горностаем, и подмигнул голове Бадри Патаркацишвили, прибитой над вешалкой. Барди закрыл глаза и скривился. Берёза ухмыльнулся: этот маленький ежеутренний ритуал доставлял ему неизменное удовольствие. Как и тот факт, что он снова жив, здоров и при бабле. Пожизненная порка, конечно, была неприятным довеском к этим благам, но и в ней можно было усмотреть нечто позитивное – она придавала остроты простым человеческим радостям. Правда, через пару лет должны были начаться суды по чеченским делам, и тут можно было ожидать нехорошего. Марсиане, при всей своей любви к справедливости, гуманистами не были. Однако тут Березовский крепко надеялся на адвокатов – практически сразу после воскрешения, когда ему объяснили, что к чему, он нанял целую бригаду юристов, которая сейчас вовсю штудировала межпланетное право.

Растянувшись попой кверху, Березовский дёрнул витой шнур, вызывая лизунчика. На этой неделе следы порки зализывал какой-то умеренногрешноватый майор, повинный в мелкой, но неприятной коррупции. Майор был старательный, лизал хорошо и к тому же умел делать массаж пяток, что Борис Абрамович особенно ценил. До майора у него была какая-то молодая прокурорша, осужденная за осуждение Ильи Яшина – что по марсианским понятиям считалось проступком небольшой тяжести. Прокурорша это понимала и откровенно халтурила.

После зализывания Березовский подумал было принять душ, но вспомнил о том, что у него сегодня рабочий день. К своим обязанностям он относился ответственно. Поэтому он надел рабочую рубашку, пропахшую потом, натянул брюки, прихватил свежие «Ведомости» и вышел на Тверскую. Работа работой, но утреннюю прогулку он любил и отказываться от неё не собирался.

Декабрьское солнышко ощутимо припекало. Березовский представил себе лондонские минус сорок (после очередного этапа расследования роли Британии в мировой истории марсиане понизили туманный Альбион ещё на пять градусов) и содрогнулся: холод он ненавидел.

Над Тверской, как обычно, висели раскрашенные в весёленькие цвета летающие тарелки, контролирующие ежеутренний прогон бывшего российского судейского корпуса. По тротуарам гуляли немногочисленные обыватели – в основном мамы с колясками, да старики из числа самых непримиримых. По словам Стаса Белковского, в первые дни после появления марсиан и начала Всеобщего Воздаяния, прогон был популярнейшим зрелищем – на него собирались толпы народу. Однако теперь оно уже несколько приелось.

Березовский, однако, любил судейский прогон: обычно в толпе кающийся можно было встретить старых знакомых, что повышало Борису Абрамовичу тонус. Он уселся на любимую лавочку, открыл «Ведомости» и приготовился ждать.

Приближение толпы кающихся можно было отследить по крикам, стонам и воплям. Первой – босой, со сбитыми окровавленными ногами – шла судья Боровкова, что есть силы хлещущая себя бичом и выкрикивающая что-то вроде «Мамочки! Я больше не буду! Ой! Ой!» В какой-то момент она пропустила удар, и из тарелки тут же вырвался болотного цвета луч дискомфорта. Луч ударил в Боровкову, та страшно завизжала и начала хлестать себя с удвоенной силой.

За Боровковой полз какой-то жирный следователь по особым делам, держа в зубах Уголовный Кодекс и бия себя плетью по жирным ляжкам. Потом шли, пошатываясь от ударов, какие-то хмыри из военной прокуратуры. Олигарх прищурился и с удовлетворением заметил парочку старых знакомых. Он самодовольно улыбнулся и подумал, что ради таких моментов стоит жить и даже воскресать.

- Простите, - послышалось над ухом, - вы ведь Березовский?

Олигарх поднял глаза и увидел старичка в кепке. Вид у него был несколько растерянный.

- Я с вами знаком? – осведомился олигарх.

- Нет, я просто так… Вас марсиане оживили?

- А кто ж ещё? Не родная же медицина, - Берёза пожал плечами.

- Я спросить хочу... Почему вы не с ними? – старичок показал вглядом на кающихся.

Березовский ухмыльнулся: такие вопросы его развлекали.

- Вообще-то должен, - признал он. – Но, видите ли, я жертва режима. Меня, между прочим, убили, и довольно неприятным способом. Марсианское право очень чувствительно к правам жертвы. Мне даже деньги вернули, Правда, секут, - с грустью признался он.

- Ну хоть так, - вздохнул старичок. – У меня сын в Чечне погиб, - пояснил он.

Березовского передёрнуло – мысль о предостоящих судах по чеченским делам была всё-таки ну очень неприятной.

- Привет, коллега! – раздался голос откуда-то сверху. – Что сидишь-скучаешь? Давай к нам!

Борис Абрамович поднял голову и его аж перекосило. В паре метров над его головой зависла розовая, вся в кристаллах Сваровски, летающая тарелка с открытым верхом. В ней сидел Ходорковский в белоснежном костюме, в обществе двух девиц нетяжёлого поведения с бутылками шампанского в руках. В руке у олигарха сверкал бокал, исходящий золотисто-розовой пеной.

- Ну, привет, - выдавил из себя Березовский. – Что у тебя за праздник?

- У меня всегда праздник! – Ходорковский от души улыбнулся. – А сегодня особенно!

- Последний суд был? И что там марсиане тебе насудили? – Березовский знал ответ, и он его не радовал.

- То и насудили! Полностью искупил вину мученичеством при прежнем режиме. Теперь обсуждаем компенсацию. Но это потом, а сегодня на Лазурке отжигаем. Все наши будут, - посулил он. – Даже Литвиненко обещался. И Гусь.

- Гусинский? Так он же в зиндане сидит? – не понял Березовский.

- Ну да, сидит. Но его каждый год на неделю выпускают. За Бутырку. Его с нарушениями посадили. Доказал... Короче, все будут. Ожидаем адский угар и чад кутежа во мгле ада.

- Знаешь, подумаю, - сказал олигарх. – У меня сегодня общественные работы. Не хочу пропускать. Может быть, вечером.

- Тогда я за тобой тарелку пришлю, - пообещал Ходорковский.

- У меня самолёт есть, - вздохнул олигарх. – С автопилотом, - добавил он, чтобы Ходор особенно не задавался.

- Ну сам смотри. К семи будь. Бай-бай, - Ходорковский улыбнулся и вознёсся в сияющие московские небеса.

Березовский оглянулся. Пока он болтал с Ходором, кающиеся уже прошли, и началось наземное движение. Давешний старичок тоже куда-то ушёл. По всему было видно, что пора и на работу.

Олигарх достал мобилку и вызвал автоматическое такси-тарелку. Та оказалась рядом и спикировала ему прямо к ногам. Кряхтя, Березовский залез в неё и снова развернул «Ведомости».

Он как раз дочитал до конца обширной статьи о процессе над Тимошенко (дело клонилось к полному оправданию по статье о мученичестве при прежнем режиме, и уже обсуждался вопрос о компенсациях), когда тарелка села на крышу следственного изолятора.

В коридорчике Березовского ждала вешалка для одежды и баночка. Понюхав, олигарх понял, что это смесь касторки и рыбьего жира. Мстительно улыбаясь, он снял штаны и и аккуратно окунул в баночку свой кривой обрез.

Берёза любил свою работу не за доставляемое ею удовольствие, а потому, что ему было приятно почувствовать себя не только объектом, но и орудием справедливого марсианского правосудия.

В камере для наказания ждала прикованная к стене девица, судя по глупому кукольному лицу – певичка. Увидев олигарха, она сморщилась, потом заплакала.

- Так, что у нас там, красавица? Ты всё пела? – осведомился Березовский, просматривая лежащие на столе документы. Предчувствие не обмануло: девица проходила по статье «Систематическое оскорбление эстетического вкуса населения», часть вторая – «с использованием телевидения и приравненных к нему технических средств».

- Пела, - обречённо призналась девица.

- Гадость пела? - поинтересовался олигарх.

- Как сам-то думаешь? - огрызнулась девка.

- Понятно. Кому сосала? Продюсеру?

- Только папику, - вздохнула девица. – Если бы продюсеру, то, может, вышла бы как жертва режима… Одной дуре по этом статье даже пластинку записали… А я чего, я ничего… Время было такое, сами же знаете...

- Замолчи и рот открой, - строго сказал Березовский, взял девицу за остатки причёски и нагнул к себе.

)(

Послезавтра. Набросок крупными штрихами
с митинга
krylov
Письмо пришло утром. Как обычно, с одноразового северокорейского адреса, через цепочку прокси. Разумеется, в письме не было ничего, кроме ссылки на новое российское зеркало xxx.com – на этот раз оно называлось хихихи.рф.

На самом деле ссылка была камуфляжной. Содержимое любого компьютера автоматически проверялось морально-нравственными программами по контролю над духовными скрепами, так что утаить письмо всё равно не получилось бы. Однако программы проверяли только содержимое писем и были в этом смысле довольно тупыми: ссылка на порнушный сервер воспринималась ими как официальная рассылка и вырубала фильтры. Разумеется, порносервера были запрещены, но на самом деле зеркала поддерживались государством. Когда суверенная евразийская власть окончательно защитила российских пользователей от евросодомского интернета, она предусмотрительно озаботилась неофициальной поддержкой зеркал крупнейших порносерверов – чтобы школоте было чем заняться в свободное от изучения телевизора время. Разумеется, адреса зеркал время от времени менялись – и каждый раз после закрытия очередного адреса сервера воскресали на новых доменах. Суверенизаторы помнили собственное детство, и ошибок советской власти повторять не хотели.

Зато важно было время получения письма – 05:14. Это значило, что собрание подпольного кружка пройдёт ранним утром в обычное время (на это указывал ноль) на точке десять: пять плюс четыре плюс один, простейший код.

Шамиль честно прошёл по ссылке, потыкал мышкой в изображения голых женщин, потом стёр ссылку. Подумал, не следует ли послать очередное письмо в Исламскую Комиссию Нравственного Контроля, и пожаловаться на куфр и ширк. Письма эти, разумеется, никто не читал, но само их поступление воспринималось как проявление лояльности. Суверенная Северно-Среднеазиатская Региональная Федерация официально не считалась исламским государством, но нелояльность к Религии Любви и Мира наказывалась быстро и без лишних формальностей, а обращение к исламским ценностям (и особенно – в исламские организации, эти ценности производившие), наоборот, поощрялась. Шамиль отлично понимал, что в его положении лучше с этим не шутить. Поэтому он написал гневное письмо про куфр и ширк и быстро отправил его по десяти адресам, включая родной Долгопрудненский Муфтият.

Он с грустью оглядел крохотную квартирку. Ему было три года, когда последних недороссиян выселили из Москвы, чтобы, наконец, решить проблему межнациональной напряжённости. Его семья жила в Ясенево, в мусульманском районе, и отношения с соседями-мусульманами у них были очень хорошие. Шамиль помнил, как важные взрослые азиаты охотно делились с ним, маленьким, недокуренной сигаретой с травкой. И ни разу не изнасиловали. Когда их выселяли, добрые соседи написали им прекрасную характеристику в Комиссию по Толерантности, и семье Шаймуддинпетровых выставили высший балл. Поэтому их отселили всего лишь в Долгопу, а не в какую-нибудь Кондопогу на лесоповал, или в страшный Туристический Кластер, где обычно оказывались семьи нациков.

Шамиль знал одного нацика. Это был высокий светловолосый парень. Естественно, за такую внешность его часто били и резали в метро и на улице. Родители у него были хорошие смирные люди, хоть и недороссы: они говорили сыну, чтобы он перекрасил волосы и ни в коем случае не озлоблялся, потому что самое страшное – это ненависть. Но парень вместо этого стал нациком и лайкнул какую-то ужасную картинку в интернете – тогда евросодомский интернет ещё не закрыли совсем, и там можно было найти всякое. Он умер в тюрьме от простуды, а родители очень быстро быстро подарили квартиру цыганским беженцам из Венгрии и уехали поправлять здоровье в Дагестан на кирпичный завод. Шамиль не знал, как это получилось, и не хотел знать. Поэтому он красил волосы и звался Шамилём, а не Дмитрием, как его назвали родители ещё до запрета разжигающих рознь имён.

Но на тайные сходки он всё-таки ходил. Там было очень интересно. Настолько интересно, что ради этого можно было и рискнуть.

Перед тем, как выйти из дома, Шамиль просмотрел учебный план на завтра. Самым противным был приближающийся срок сдачи конспектов передач Первого Канала и сочинение по новому фильму НТВ, разоблачающему преступления оппозиции, получающей деньги от сомалийских пиратов. И то и другое было важно: конспекты и сочинения по телевизионным материалам, в отличие от москвоведения и ОБЖ, проверялись очень тщательно. Ошибиться здесь было бы опасно. К счастью, у Шамиля был приятель, Абдулхаким, сын местного муфтия, который за небольшую плату исправно снабжал его методичками, заверенными Исламской Комиссей. По ним можно было легко писать сочинения, не слишком утруждая себя каждодневным многочасовым просмотром телепередач.

Разумеется, Шамиль понимал, что Абдулхаким рано или поздно его выдаст – если уже этого не сделал. Поэтому он не просил у него конспектов по коранистике и шариатскому праву: он понимал, что на манкирование телевизором его по головке не погладят, но всё-таки поймут, а вот любая непочтительность к Религии Любви и Мира обойдётся очень дорого. Если бородатые фанатики из Комиссии вдруг решат, что молодой недороссиянин недостаточно уважает Коран, его, скорее всего, просто забьют цыгане-антифа – ну или чёрносокольцы-интербригадовцы, в зависимости от того, кому списки мунафиков передадут раньше. Поэтому кораническую премудрость приходилось изучать самому. Это было безумно тоскливо, но совершенно необходимо. Можно было, конечно, объявить себя православным, для недороссиян это даже поощрялось. Увы, в плане облегчения жизни православие ничего не давало: просто к обязательному изучению основ Религии Любви и Мира добавлялись ещё и уроки смирения и всепрощения, история Святой Орды, а также посещение многочисленных церковных служб, отбивание поклонов и прочая скукотища. То, о чём рассказывали на тайных сходках, было куда увлекательнее.

На улице пришлось покрутиться: показавшись перед полицескими телекамерами и дав себя заснять, Шамиль зашёл в халяльный магазин, купил пачку насвая, после чего отправился в курильню. В принципе, это место называлось рестораном «Сухра» – чтобы туда можно было легально пускать молодёжь. Кальян там подавали с китайскими солями, так что постоянные посетители сдавали кошельки и телефоны администрации. На это-то и был расчёт.

Посидев за трубкой и стараясь не вдыхать дым, Шамиль, демонстративно пошатываясь (выходило не очень убедительно, но он знал, что записи их курилен просматривают редко и небрежно: курильщики считались лояльным контингентом), попёрся якобы в туалет. На самом деле он искал служебный вход. Там, разумеется, было понатыкано разных камер, но все они были слепенькие, а главное – ни одна не брала нижнюю зону. Об этом тоже все, кому надо, знали, но никто особенно не чесался.

Перед дверью Шамиль демонстративно упал на колени. В «Сухре» это было обычным делом.

Он прополз под дверью, потом встал, на четвереньках пробрался мимо невероятно грязной кухни, из которой несло тухлым и горелым, и вышел за гаражи. Там – по едва приметной тропинке – он дошёл до точки десять.

Это был вход в подвал, который вот уже три года не могли поделить азербайджанцы и какие-то абхазские негры, непонятно как укрепившиеся в старом азербайжанском районе. Дело решалось в исламском суде и тянулось медленно. Подпольщики каким-то образом обошли сигнализацию (может быть, просто отключили) и теперь время от времени устраивали там свои сходки.

Когда Шамиль вошёл в подвал, он был уже в маске – как и все прочие. Людей без маски выкидывали сразу и без разговоров.

После обычного обыска (Шамиль, разумеется, не имел с собой электронных приборов, облегчающих государственную работу – но проверяли всех и всегда) ему выдали главное – отпечатанные на ротаторе листки. Печатающие устройства, работающие с электроникой, были опасны, и это тоже все знали.

Оратор был всё тот же - закутанный в чёрное человек, сидящий в инвалидной коляске. Поговаривали даже, что он из академиков – не Академии Благодатного Космоэнерготочения или Всемирной Исламской, а из той, запрещённой. Скорее всего, это была сказка, но Шамилю нравилось верить, что этот человек мог хотя бы работать в той самой Академии. Это придавало его речам какую-то особую убедительность.

- Итак, сегодня, - начал человек в чёрном – мы приступаем к изучению кривых второго порядка. Это эллипс, парабола и гипербола, не считая частных и вырожденных случаев. С общей формулой я познакомлю вас позже, а сейчас запоминайте канонические уравнения. Эллипс и гипербола задаются через три инвариата…

* * *

- И что вы на это скажете? – Эмиль Панхисович щёлкнул мышкой и остановил запись.

- Нэхарашо, - пожал плечами майор Аллахвердиев. – Это нарушэние.

- Однако, - Эмиль Пансихович перешёл на английский, - занятия математикой в СССРФ не запрещены. Что мы можем им предъявить?

- Занятия математикой не запрещены, - Аллахвердиев тоже заговорил на нормальном языке, - но мы имеем дело с тайной сходкой без всякого морально-нравственного контроля. Я бы это квалифицировал как попытку создания секты или сообщества с психологической зависимостью его членов. Уверен, что психокультурологическая экспертиза это подтвердит. А все попытки установления зависимости теперь рассматриваются как имеющие отношение к статье 228-й статье УК, то есть как к незаконному обороту наркотических средств. Далее, сообщаемая на сходке информация не проверена Исламской Комиссией или другим авторитетным органом, а это теперь проводится и по 327 статье – подделка документов и государственных бумаг. Скорее всего, имеет место быть уклонение от налогов, мошенничество и ещё целый ряд весьма серьёзных правонарушений. Разумеется, виновность должен устанавливать суд, но мой опыт говорит, что всех этих людей ждут серьёзные проблемы.

- В самом деле, - аналитик утёр пот со лба, - их можно брать хоть сейчас.

- Нет. Пусть занимаются. Когда втянутся и почувствуют себя в безопасности – проведём обычные мероприятия. С этим, этим и этим, - майор провёл пальцем по фигуркам на экране. – Ыспугаются, будут сатруднычать, - это он сказал по-русски. – С остальными разберёмся позже, - он снова заговорил по-английски.

- В таком случае это дело можно оставить на общем контроле? – осведомился Эмиль Пинхасович.

- Нет, - сказал майор. – Мне нужна подробная информация по одной категории лиц. По тем, кто перестанет ходить в кружок. И – сразу же, как только они перестанут ходить.

- Зачем? – не понял аналитик.

- Потому что для этого могут быть две причины. Одна – если человеку просто надоест. Математика всё-таки довольно сложное занятие. В девяти случаях из десяти имеет место именно это. Откровенно говоря, это недурно: человек попробовал запретного, как ему казалось, знания, и разочаровался в нём. Тем меньше хлопот. Но некоторые могут сменить сферу интересов. То есть увлечься другими вещами. Например, историей. Или ещё чем-нибудь таким, к восприятию чего они не готовы. И никогда не будут готовы.

- В этом проблема? – Эмиль Пансихович посмотрел на Аллахвердиева недоумённо.

- В этом – нет. Но если совпадёт ещё ряд личностных характеристик... Например, нездоровый интерес к некоторым морально устаревшим аспектам неисламских религий, которые мы, к сожалению, пока ещё не можем полностью нейтрализовать. Чрезмерное увлечение вопросами безопасности, особенно связанными с оружием. И ещё несколько моментов, которые не стоят вашего внимания, Эмиль. В общем, отслеживайте ушедших. И я настоятельно рекомендую отнестись к моей просьбе с должным пониманием. То есть добросовестно.

)(

Власов о немцах: стоила ли овчинка выделки
с митинга
krylov
Сейчас, слава Богу, не весна и не лето, так что тема "великой победы" и прочая гидота не особо актуальна. Так что можно и про это поговорить, не опасась водопадов говн безумных. Ну, придут несколько троллей, "это ничаво".

В разговорах о русском коллаборационизме я всегда занимал вот такую позицию. Которая сводится к тому, что абсолютно все основания сотрудничать хоть с чёртом, лишь бы против большевиков, у русских были - вот только другая сторона (то есть чёрт) повела себя совсем уж скверно, на уровне большевиков (а то и хуже), так что даже те, кто честно пошли служить немецкому делу, под конец это признали. То есть коллаборация была не "предательством" ("предать Сталина" - это оксюморон, всё равно что "предать дьявола"), но ошибкой. Которая обычно "хуже преступления".

Так вот: интересно, что то же самое признавал и самый известный из коллаборационистов - генерал Власов. Который от своих взглядов никогда не отрекался (разве что под пытками красных, "и то неизвестно"), но портянку немецкую занюхнул.

Вот весьма интересный текст на эту тему, который опубликовал labas. Это, собственно, плановый доклад-донос на Власова со стороны Сергея Фрелиха, немецкого офицера, приставленного к Власову. Текст весьма поучительный - именно потому, что человек не кается, не бьёт себя пяткой в грудь, а пытается "достучаться до верха". Ну и вот:

Оригинал взят у labas в завербована и обманута
Хауптштурмфюрер СА С.Фрелих.
8.6.44
Материал для доклада.

В последнее время я смог убедиться в том, что определенные взгляды А.А. претерпели коренные изменения. Эти новые взгляды я подмечал уже 2-3 месяца назад, но счел их тогда случайными оговорками. Теперь подобные высказывания повторяются гораздо чаще. Начало вторжения похоже дало А.А. моральный толчок, укрепивший его новую точку зрения.
Здесь я воспроизвожу (по смыслу) высказывания А.А., примерно в том порядке, в котором он их делал:

1) Вы немцы смешные все же, вы не хотите работать с приличными людьми. Вы хотите работать только с наемникам, которыми вы платите, да и платите-то вы очень скупо. Вы хотите купить человека за пять пфеннигов. За эти пять пфеннигов мы должны стоять по стойке смирно, отвечая "Так точно!" и "Есть!"

2) В Китае не просто исполняли все мои желания, Чан Кайши использовал любую возможность, чтобы каким-либо образом выразить свое внимание, дружбу и уважение ко мне. К примеру, я впервые поехал в отпуск в Россию до того, как мне должны были выплатить мое первое жалованье. Ч. предоставил мне (без моей просьбы, по собственной инициативе) аванс в 2000 долларов. Кроме того он мне передал подарок на сумму в 3000 долларов.

3) В Виннице, где я оказался после моего пленения, я должен был сам стирать свое белье. Полотенца у меня тоже не было. Чтобы вытереться, я использовал половую тряпку. Разумеется, я был пленным, но все же - пленным генералом. Но для немцев я был унтерменшем, для которого и половая тряпка вполне сгодится.

4) После того я как выиграл первое большое сражения для Чан Кайши, мне была пожалована высшая китайская награда - золотой орден. Награждение орденом в присутствии всех высших чинов китайской армии производили лично Чан Кайши и его супруга. Не забывайте, что тогда я был всего лишь маленьким командиром дивизии. Но поверьте, что в этот момент я был счастлив. Я чувствовал, что Ч. ценит меня, доверяет мне и видит во мне сильного, надежного соратника и друга.

5) Я пришел к вам немцам, чтобы воевать. Это моя профессия, я занимаюсь этим больше 25 лет. Я полагаю, что я все же вполне умелый и опытный генерал и военачальник. Я также был заместителем наркома обороны. Моим приказам подчинялись три фронта. А здесь в Германии я не нужен. Мое прошение отклонили. Со мной даже не поговорили. Мне удалось завоевать симпатии лишь одного человека, с которым я много общаюсь и которому я высказываю свое мнение. Но он всего лишь капитан. А господа выше званием похоже мною не интересуются. Ах ну да, я же унтерменш.
Но и с чисто профессиональной точки зрения я не могу вас понять. Я ведь лично знаю Сталина, я знаю его повадки, я могу в определенных ситуациях предсказать его действия. Я также знаю всех высших военачальников Советского Союза, я могу точно сказать, на что способен каждый из них. Но вы немцы похоже знаете все гораздо лучше. Мое мнение никому не интересно. В результате я сижу в своем домике в Далеме, загораю в саду и играю в карты, в то время как на всех фронтах идут сражения.

6) Под моим имением велась и все еще ведется мощная пропаганда. Я помог вам создать воинские соединения. Я и сегодня делаю все для того, чтобы эти соединения не развалились. И что, мои действия заслужили признание? Да ничуть! Со мной снова и снова обращаются как с унтерменшем. К примеру у меня, якобы командующего так называемой Русской Освободительной Армией (см. немецкую пропаганду, газеты) всего один комплект белья. Подштанники, которые я ношу, я завязываю спереди узлом, так как они изорвались в клочья.

7) Я убежден, что маршал Паулюс после того, как попал в плен, был допрошен если не лично Сталиным, то его ближайшими сотрудниками, а также позже его мнением по различным вопросам часто интересовались. Наверняка он не испытывает недостатка ни в чем.

8) Хотят того немцы и русские или не хотят, нравится им это или не нравится, но они зависят друг от друга. Оба эти народа должны идти одним совместным путем в силу географических, политических и этнографических обстоятельств. И когда наступит момент - а он наступит, я верю в это - и наши народы встанут плечом к плечу, то остальному миру придется им повиноваться. Я уже давно понял, что эту точку зрения в Германии не разделяют. Тем не менее я остаюсь при своем мнении и убежден, что день, когда немцы образумятся, близок.

9) Для солдата самое ужасное - бездействие. Я наблюдаю, как зеленеет мой сад, затем вянет, затем выпадает снег, затем сад снова зеленеет. Тем временем судьба моего народа решается на поле боя, почему же мне не дают никакого задания? Пускай небольшое задание, например, одну дивизию, и я смогу доказать свои умения.

10) Около 15 млн. русских находятся по эту сторону фронта. Немалая часть их была завербована с помощью моего имени и обманута. Таким образом я участвовал в этом обмане, так как я промолчал. Я чувствую на себе ответственность за судьбу этих русских. Возвращения в Советский Союз для этих людей не существует. Они поверили мне или, лучше сказать, моему имени, и я должен указать им сейчас путь, которым им следует идти.

11) Тысячи и тысячи русских людей, будь то солдаты и офицеры РОА, остарбайтеры или военнопленные, чувствуют себя сейчас преданными и потерянными. Они возлагают свои надежды на меня. Они видят во мне честного русского генерала, который должен их повести. Сталинская пропаганда, клеймящая меня предателем и врагом народа, вызывает обратный эффект.

12) До сего момента немецкая пропаганда на востоке делала все, действительно все возможное, чтобы укрепить позиции Сталина. Сталин сегодня намного могущественнее и популярнее, чем он был даже год назад. Ленин сказал в одной из своих работ: "Победит тот, кто привлечет на свою сторону народ". Немцы оттолкнули русский народ от себя и толкают его в объятия к Сталину. Если образ действий на востоке не претерпит радикальных изменений, то исход борьбы для меня ясен. Моя собственная жизнь роли не играет. Но судьба 15 млн. русских людей отягощает мою совесть.

13) Мое главное богатство - мое имя. Нет никого, кто мог бы обвинить меня в бесчестности. Здесь в Германии я дал слово сотрудничать. Я крепко держу данное слово, и если до этого дойдет, я пойду сражаться лично. И если судьба будет к нам милостива, то несмотря на все я буду верен этому товариществу. Я также убежден, что немцы никогда не выдадут меня Сталину, как бы ни выглядели условия возможного мира.

14) Тысячи русских стоят на немецкой стороне с оружием в руках. Но у них нет цели, за которую они должны сражаться. Я боюсь, что действия этих соединений во время будущих военных действий на западе могут вызвать разочарование. Из чего, конечно, будут сделаны неверные выводы. Скажут, что они прокоммунистически настроены, а между тем это просто русские, которые хотят сражаться за свое отечество, а не за "3 сигареты". Ведь было бы так легко сделать из этих батальонов первоклассные войска. Как охотно я возьмусь за эту задачу! Ах да, ведь моя помощь не нужна. Ведь там лучше знают.

15) Вторжение на западе началось. Англичане и американцы уже на континенте. Решающий час близится. В случае поражения решится также судьба 15 млн. русских, судьба, которая не имеет примера в истории по своей жестокости и безнадежности.

16) Я думаю, что могу сделать многое, чтобы благоприятно повлиять на события на западе. Оборона всегда была сильнейшей стороной русского солдата, но он должен знать, за что он сражается и верить в своего вождя.
Если мне будет поручено задание, я охотно за него возьмусь. В этот суровый час я не хочу говорить о политических договорах, обещаниях и пр. Сейчас не время. Для нас всех, немцев и русских, вопрос стоит так: быть или не быть. Я удесятерю боевую мощь русских соединений на западе. Я добьюсь от них того, что они сумеют - даже если девять человек из десяти погибнут - бросаться при атаке вражеской пехоты к пулеметам и сражаться до последнего патрона.

BA-MA RH 2/1517, перевод мой.


Это, конечно, не так круто, как

[Бессонов] в самом конце 1944, сидя в лагере Заксенхаузен, [...] продолжал слать Герингу докладные записки о том, как все же лучше обустроить Россию.


Знакомо, не правда ли? Сталину такие записки из лагерей тоже писали, да. С тем же примерно результатом.

Ну а если с тем же результатом - - -

)(

Очередные ответы на вопросы - по 13.07.2013
с митинга
krylov
Это продолжение публикации ответов на вопросы, которые мне задают на моём сервере.

Я публикую ответы, которые набрали не менее десяти плюс-лайков, с учётом минус-лайков, которые вычитаются. Действую при этом формально: набрал ответ больше десяти лайков — публикую, нет — нет. Даже если залайканный ответ — совершенно дурацкий, а недолайканный — гениальный. «Читателям виднее».

Опубликовано на сайте www.krylov.cc


Вопрос.
г-н Крылов! Я вас вообще-то уважаю (да и русский национализм тоже), но вот когда вы пишете гадости о евреях - это буээээ. Вот у меня в предках евреи. Жили себе, русских не трогали. Одного при Сталине репрессировали. Прадед в войну раненых лечил, заслуженный врач со стажем. За что вы нас так? Ну неправда и нехорошо.


Ответ.

Вы определитесь - "нехорошо" или "неправда"?


Я, прежде всего, пишу правду. Заметьте, я не обвиняю евреев в чём-то фантастическом (типа питья крови) или недоказуемом. Я говорю о том, что было на самом деле, что доказывается документами и воспоминаниями очевидцев или общеизвестными практиками. Начиная с преступлений большевиков и кончая нынешней ролью евреев в гноблении русских (не определяющей, но важной и заметной).


Умалчивать об этой правде в еврейских (и не только еврейских) интересах, но не в русских. Например - пресловутый Голодомор украинские шовинисты вешают на русских, хотя при попытке поимённо назвать тех, кто руководил процессом, открылось известно что... И так же обстоит дело со многими другими темами, начиная от цареубийства и кончая нынешней ситуацией, когда русские лишены собственности, власти и влияния "даже у себя дома".


Промолчишь из вежливости о какой-нибудь гадости, совершённой евреями - так те же евреи её радостно вешают на нас. "Русское зверьё само себя обслужило" - это звучит постоянно, и главным образом именно от евреев.


Так что тут у нас, извините, конфликт интересов, и я категорически против того, чтобы его решали за русский счёт. Счета надо держать в порядке.


А так, чисто лично - к евреям я отношусь не без иронии, но и с определённой симпатией, а к "антисемитизму" отечественного разлива - с брезгливостью.

Остальное тутCollapse )

)(

Не могу не поддержать этот призыв
с митинга
krylov
Оригинал взят у eriklobakh в ОТКРЫТЫЙ ПРИЗЫВ К СТАНИСЛАВУ БЕЛКОВСКОМУ
Станислав Александрович!

Несколько дней назад Вы публично поддержали на выборах мэра Москвы кандидата от КПРФ Ивана Мельникова.

Лично я в этом ничего удивительного не вижу - ибо для меня очевидно, что все мало-мальски умные жители г.Москвы именно так и проголосуют. Вне зависимости от собственных политических взглядов и т.д., просто расклад такой (ну не за Собянина же и не за Навального же, остальные три кандидата - просто какое-то унылое недоразумение; а на фоне разутой истерии - на выборы идти придётся всем). Естественно - за профессора Мельникова. Е-С-Т-Е-С-Т-В-Е-Н-Н-О.

Но я не к этому, я просто об одной частности, которая развлекает интернет-публику уже неделю. Есть известная также и Вам секта некоего Кургиняна - которая уже неделю пыхтит и визжит на этот счёт (правда - у них просто "заказ" на "мочилово" КПРФ, но финансовые сливки с этого заказа снимает сам Кургинян, а ведь рядовые члены секты сами по себе иногда "заводятся" - вот как и в данном случае).

Вы читали, вероятно, - но если и не читали - и так понятно - что там строят всякие конспирологические теории, превозносят Вас до небес (это аллюзия на фразу "достиг вершин лондонского дна") в отрицательном смысле (в смысле - что Вы тот самый "тайный узбек, который уже здесь" - т.е. именно Вы Единый и Главный творец всех "оранжевых революций", управитель хаоса, глава Госдепа и хозяин Бильдельбергского клуба и т.п.), в сговор с которым вошёл Мельников, а также Зюганов - и отсюда всякие проклятия на голову КПРФ и пр. и пр. Причём это всё было ритуально и массово - вся секта с бубнами и дудками сбежалась и отплясывала в течении суток-двух.

Всё это прикольно - и жадная до зрелищ публика довольна.

Вчера же Вы написали статью, которую мой друг Александр Елисеев прокомментировал следующим образом:

"Белковский написал статью о том, что лучше Путин, чем Навальный. Теперь в интересное положение поставлены охранители, которые еще вера вовсю кричали о том, что "Мельников продался Белковскому" - потому, что Белковский поддержал Мельникова. Интересно, а что они сейчас скажут? Неужто - "Путин продался Белковскому"?".

(вот статья, если кто ещё не читал)

Нет, думаю, что таким образом они комментировать не будут. Просто вообще комментировать не будут - тут уже им низя.

Собственно говоря - мне самому и эта Ваша мысль кажется настолько очевидной и понятной - что не вижу что тут обсуждать. Но ведь они же обсудить что-то должны, ибо без этого не могут. Но в данном случае не будут, повторяю, - зато затаят на Вас обиду - что Вы высказались так, что они это и обсудить-то не могут, не имеют права в виду имеющегося у них табу.

Но обижена на это не только кургиняновская секта. Обижена ещё и публика, падкая до зрелищ, т.е. мы, простые граждане России! Ну вот я, например. Сам я обсудить эту Вашу мысль не могу - ибо не вижу что тут обсуждать, мысль очевидна и банальна. А они обсудить не могут по указанной причине - им нельзя наводить конспирологию на Путина. Значит мы сегодня останемся без этого зрелища с камланиями, плясками по кругу, с бубенцами и бубнами. И нам будет скучно!..

Коли так - убедительнейше Вас прошу и публично призываю - в виде компенсации за отменённое на сегодня представление - компенсировать это завтра (нам, публике) путём публикации статьи в поддержку самого Кургиняна.

Совершите же этот логичный шаг! Т.е. может он и не очень логичен, в отличие от предыдущих двух, но с точки зрения жадной до зрелищ публики, тем-более жаждущей, чтоб накал страстей в отдельном театральном (или цирковом) заведении шёл по нарастающей, - он очень логичен: сначала Вы поддержали Мельникова, потом Путина, венцом тут безусловно напрашивается Кургинян! Очень любопытна реакция их секты на такое: вот тогда-то мы и правда похохочем.

Правда, сегодня относительно этой Вашей статьи будет истерика в "либеральном лагере", а также и в загончиках, где содержатся члены секты Навального, но приличная-то публика в эти театры не ходит - уж больно там смердит, поэтому мы останемся без зрелища на сегодня...

Очень Вас просим!

Очередные ответы - 26.06.2012
с митинга
krylov
Как обычно, я публикую только те ответы, которые набрали не менее пяти плюс-лайков, с учётом минус-лайков, которые вычитаются. Действую при этом формально: набрал ответ больше пяти лайков - публикую, нет - нет. Даже если залайканный ответ - совершенно дурацкий, а недолайканный - гениальный. "Читателям виднее".

И ваш любимый кат! Collapse )

Апология поручика Голицына. 8
с митинга
krylov

К вопросу о советских достижениях: КВП

Я несколько подзабросил сериал про поручика Голицына, поскольку был занят другими делами (чесгря, более интересными). В то время как Сергей Корнев, сподвигнувший меня на этот тяжкий труд, продолжает биться с «каппелевцами», стремясь превзойти в накале дискурса интернетных побивателей «совков». При этом ряды «каппелевцев» в воображении Сергея множатся – уже не только Просвирнин (которого Корнев когда-то передо мной защищал) или ваш покорный слуга, но и Холмогоров записан в ряды нечистых, и даже у почтеннейшего Сергея Волкова отросла страшая «каппелевская фуражка, давящая на мозг». Если дело дальше так пойдёт, Сергей довольно скоро распугает всех белых русских вокруг себя и останется наедине с советскими ордынцами. Простят ли они ему былые прегрешения против Иосифа Виссарионовича и жены его Софьи Власьевны – неизвестно, как он сам отнесётся к открывшимся видам – Бог знает.

Так что мою писанину можно было бы и не продолжать, а подождать завершения духовной эволюции оппонента, чтобы обсуждать уже финал. Увы – я уже назвался груздём, так что придётся и дальше трястись в этом кузове. Трястись придётся долго – но, как я уже не раз говорил, мы никуда не торопимся.

Итак, вернёмся к тезису, который я было заявил, но вынужден был отвлечься на обсуждение бредовой (с моей точки зрения, но не с точки зрения советских патриотов) темы «антисоветчики хотят взорвать Днепрогэс и снести сталинские высотки». Хотя «если уж по-хорошему», то данную тему стоило бы раскрыть и в позитивном ключе – так как очень многие советские (и постсоветские) объекты и в самом деле следовало бы взорвать или снести. Не из «безумного антисоветизма», разумеется, а по причинам прагматическим и отчасти эстетическим (поскольку они уже ни к чему полезному не пригодны и к тому же некрасивы). К этому отчасти примыкает важная тема советской символики – каковую я, однако, оставлю на сладкое.

Но - к делу, то есть к тезису. Звучал он так:

[Корнев и иные советофилы] утверждают, что достигнутый в СССР уровень развития был достаточно высоким. И вот на этот высокий уровень развития русских вывели именно большевики, и теперь у русских только один выбор – или стать дикарями, или сохранить эти достижения, и т.п.

Но это иллюзия. Никакое сохранение советских достижений невозможно в принципе. Возможно только сохранение некоторых советских язв и стигматов, и то благодаря постоянному их расковыриванию нынешними властями. Но удержать какой бы то ни было советский «позитив» можно и не пытаться, если только мы не ставим себе задачу восстановления советского строя.


На меня за это предсказуемо «абиделись». Примерно так, как «абижаются» на человека, высказывающего какую-то неприятную банальность. Как, скажем, обижается плохая хозяйка на слова мужа – «Маня, у тебя опять рыба в холодильнике стухла». Маня вскидывается – да ничего не стухла, да совсем свежая, слегка чуть-чуть попахивает, да тут только одна рыба плохая, а вот этот кусочек хороший, прямо сейчас вот пожарю, с майонезиком, пальчики оближешь… Муж слушает, пожимает плечами и говорит – «сама есть будешь, а меня не трави». Дура лезет в амбицию – нет, будешь есть, будешь, и ребёнка накормлю. Начинает жарить тухлятину, вонь ползёт по всей квартире, ребёнок прибегает и говорит, что эту каку он кушать отказывается. Психованная мамашка - в ор: нет, будешь, будешь кушать, гадёнок, я тебе в рот запихну. Ребёнок, подавленный и напуганный, ест тухлое, через полчаса приходится вызывать скорую – отравление. Но и тогда мать не признаёт, что дело в тухлой рыбе – нет-нет, всё дело в мороженом, которое ребёночек ел за день до рыбки. И лишает ребёнка мороженого на месяц, чтобы больше не травился. А рыбу потихоньку выкидывает, потому что самой есть всё-таки страшно.

Примерно так же ведут себя поклонники советских достижений. Им, в общем-то, и самим понятно, что "оно стухло". Сами они кушать тухлое, скорее всего, не будут – за исключением разве что совсем уж отмороженных. Но и признавать, что рыбка-то фу-фу, они тоже не хотят, и всё бредят какими-то кусочками, которые, дескать, можно ещё обвалять в мучице и жарнуть на подсолнечном. Слава Богу, накормить этим добром в реальности они не могут (по крайней мере пока), но протухшее занимает место в нашем холодильнике и плохо пахнет. Потом с тухлятины натечёт, холодильние придётся отмывать, и ещё не факт, что отмыть вообще удастся. А это уже, согласитесь, проблема – причём совершенно лишняя, которую можно было бы избежать, если бы не вздорный норов нашей «манечки».

Но оставим метафоры и поговорим по существу.

Прежде всего – о достижениях. Некоторые «антисоветчики» ставят это слово в кавычки, как бы намекая, что достижения были какими-то плохими или ненастоящими. Я считаю, это лишнее. Достижение – это всего лишь успешная реализация определённой цели. Насколько достижение некоторых целей вообще желательно – вопрос дискуссионный. По мне так лучше признать достижениями всё, что кому-то кажется таковым, а потом уже разбираться.

Итак. Советские товарищи обычно считают достижениями советского строя отсутствие безработицы, бесплатное образование, бесплатную медицину, высокий уровень личной безопасности, авиастроение, отсутствие «похабщины» в телевизоре и т.п. Всё это венчается двойной короной Космоса и Бомбы.

Примем, что всё это является чем-то хорошим, во всяком случае – кому-то это сейчас кажется хорошим. «Пжалста».

Но достижение состоит не только из результата, а ещё и из определённого способа его реализации. Не бывает «бесплатной медицины вообще» - бывает определённая схема развёртывания и финансирования лечебных учреждений, систем охраны здоровья, поддержания норм безопасности на производстве и очень много чего ещё. Не бывает «вообще безопасности» - бывает только определённая система работы правоохранительных органов, спецслужб, к ним прилагается определённый способ организации общества на низовом уровне, и так далее, кончая освещением данных проблем в СМИ. Не бывает «телевизора без голых баб» - бывает система цензуры, функионирующий в определённых условиях (например, в СССР – в условиях абсолютной государственной монополии на все средства массовой информации).

Рассматривать результаты в отрыве от способа их достижения – всё равно что верить, будто плюшки с неба падают. За каждым достижением стоит система институтов. Собственно, настоящим достижением является построение подобной системы, а результат её работы – это уже следствие.

Это ещё не всё. Уже рассмотренные примеры указывают, что одни институты опираются на другие, и все они вместе образуют ту целостность, которая называется «общественным строем». У этого общественного строя всегда есть несколько базовых институтов, на которые опираются все остальные. Если они куда-то деваются – вся система перестаёт работать. Или, во всяком случае, она уже не работает так, как раньше. «Лучше» или «хуже» - вопрос уже второй, хотя и важный. Но поскольку он важный, то сразу заметим – обычно они начинают работать сильно хуже или вовсе перестают, так как институты заточены под систему.

Чтобы не быть голословными, разберём какой-нибудь конкретный пример. Возьмём какой-нибудь советский институт или практику, во избежание советосрача – что-нибудь такое, о чём никакой самый завзятый антисоветчик не скажет ничего плохого. То есть не связанный ни с ГУЛАГом, ни с коллективизацией, ни с отсутствием частной собственности, ни с вмешательством государства в личную жизнь, и т.п. Что-то однозначно полезное, что облегчало людям жизнь, причём не за счёт её утяжеления в каком-нибудь другом отношении. И к тому же легко обозримое – потому что про глобальные институты и практики говорить нужно много и долго, а нам нужен кейс, который можно разобрать по косточкам.

Итак, пример. В СССР на предприятиях существовала очень полезная вещь – касса взаимопомощи, КВП. Касса работала по схеме общества взаимного кредита, но при этом частично беспроцентного и работающего с мелкими суммами (в рамках потребительского микрокредитования). То есть – участники платили ежемесячные взносы (очень небольшие, полпроцента месячного заработка), зато имели возможность иногда взять оттуда крупную сумму денег. Кредит «до получки» был беспроцентным, долговременные кредиты предполагали 0,5% в месяц, причём можно было снизить процент до 0,25, добиваться отсрочек и т.п. Деньги выдавали в порядке общей очереди или по заявлению с обоснованием – мол, нуждаюсь, деньги нужны позарез. Обоснование рассматривалось на собрании и чаще всего удовлетворялось [1]. После пятидесяти взносов (накапливаемых за четыре года и два месяца) член КВП мог дальше их не вносить, зато он получал право на внеочередную ссуду. Иногда можно было добиться и невозвратной ссуды – как правило, в очень критических ситуациях, и только если в кассе были лишние деньги (то есть накопившиеся проценты и пени по просрочке). Согласитесь – условия ну совершенно ведь божеские, особенно если сравнить с нынешним банковским разбоем.

Правление выбиралось открытым голосованием – хотя, разумеется, в реальности этот вопрос решался по согласованию с «треугольником» и абы кого выбрать было нельзя. Тем не менее, эти выборы были демократичнее, чем многие другие в СССР, да и абы кого туда и в самом деле не ставили. Скандалы случались, но редко.

Для КВП было характерно относительно справедливое распределение выдаваемых средств с учётом «степени нуждаемости» просителя. Разумеется, справедливость и нуждаемость тут понимались в рамках советских представлений о таковых [2]. Например, деньги «на похороны» (особенно если кто-то умер внезапно) можно было получить почти во всех случаях, а вот «на лечение» - уже нет (поскольку считалось, что «медицина у нас бесплатная»). Однако в целом система эта была общеизвестной, понятной и предсказуемой, а сложные ситуации типа вышеописанной можно было обойти, если правление имело резон «войти в положение».

Итак, КВП была, вне всякого сомнения, весьма полезным и при этом совершенно советским институтом. Достижение ли это советского строя? Да, это оно самое. Скромное, но достижение. Причём не связанное сколько-нибудь непосредственной связью ни с какими советскими ужасами и зверствами.

Вопрос: может ли касса взаимопомощи успешно функционировать за пределами советской системы? Увы, нет.

Во-первых и «в главных», описываемая система обходила вопрос доверия между участниками кассы – а в обществах взаимного кредита этот вопрос является важнейшим – путём задействования мощностей такой глобальной советской системы, как ВЦСПС. Дело в том, что участниками кассы могли быть только члены профсоюза, а сама касса считалась профорганом, подлежащим регистрации в вышестоящем профоргане. Неправильное поведение по отношению к КВП автоматически приводило к конфликту с профсоюзной организацией, что в советских условиях было «себе дороже» [3].

Советские же профсоюзы являлись уникальным, присущим только советской системе явлением, хотя бы потому, что главной их задачей была не защита прав трудящихся путём шантажа работодателей (об этом внутри советского мира и помыслить было нельзя, так как основным работодателем было государство), а формирование и контроль трудовых коллективов - тоже уникального советского явления, не имеющего аналогов в современных развитых обществах [4]. Именно жёсткая привязка к профсоюзу и трудовому коллективу позволяла решить проблему доверия между участниками КВП, исключить случаи невозврата средств, а также обеспечить справедливость распределения «по-человечески». Ибо – и это в данном случае важно – руководство КВП никаких дополнительных денег за свою работу не получало, это была «общественная нагрузка», которую можно было компенсировать либо властью (пусть маленькой), либо уважением в коллективе. Учитывая экстраординарную по мировым меркам стабильность советских трудовых коллективов, последнее обстоятельство было немаловажным.

Далее, не стоит забывать, что система хранения и контроля за собранными средствами не позволяла «сбежать с кассой», да в советских условиях и бежать-то с ней было особенно некуда, тем более с плёвыми деньгами. Не вернуть взятые в долг деньги тоже было сложно – возврат ссуды осуществлялся в судебном порядке (роль истца, насколько я понимаю, брало на себя правление, но тут я не уверен), а невозвращённые деньги принудительно вычитались из зарплаты, «и куды ж ты денисси».

Наконец, система работала в условиях советской денежной системы, которая считалась безинфляционной. Насколько её можно считать таковой на самом деле – вопрос, который мы сейчас обсуждать не будем; достаточно того, что она воспринималась в качестве таковой, в том числе и самим государством [5]. Так или иначе, беспроцентные кредиты хотя бы «до получки» возможны только там, где денежная единица считается фиксированной. Кстати сказать, при первых же признаках реальной инфляции люди бросились «выгребать» кассы взаимпомощи, пытаясь спасти хотя бы свои вклады, а то и освоить чужие. Остальное сожгла «гайдаровская» инфляция, но это было уже потом.

Это, конечно, ещё не всё. Стоило бы вспомнить, что сама нужда – и распространённость – КВП была связана с крайней затруднённостью (для большинства русского населения СССР – невозможностью) «подработки» и «стороннего заработка», со спецификой советского института потребкредита [6] и многими другими подобными обстоятельствами, имевшими именно что системный характер… Но вдаваться в такие детали уже излишне: достаточно приведённых выше обстоятельств.

Подобьём бабки. В СССР существовал не очень значимый, но весьма полезный общественный институт. Он позволял сослуживцам – то есть людям, по общемировым меркам друг другу довольно-таки чуждым и не имеющим особых оснований для доверия – создавать системы взаимного кредита, что в иных обществах было затруднительно. Это можно считать ноу-хау советского строя. Однако этот институт, как мы увидели, опирался на чисто советские реалии – ВЦСПС, советский трудовой коллектив, советскую денежную систему. Так вот. Без этих факторов – профсоюзной организации, трудового коллектива, нулевой инфляции – воспроизвести КВП в его советском варианте невозможно.

Попытки, кстати, делались. Так, что я несколько раз сталкивался в интернете со следами усилий тех же советских патриотов (или других "левых") воссоздать что-то подобное для своих нужд. Не утверждаю, что все они провалились – хотя ни одна из тех, которые видел я, заметным успехом, кажется, не увенчалась. Но в любом случае это была уже совсем не советская КВП – поскольку кассу пытались строить именно на взаимном доверии, основанном на идеологических и личных симпатиях. Насколько мне известно, в СССР ничего подобного не практиковалось, «хотя казалось бы». Так, я ничего не слышал о КВП при кружках, добровольных обществах и т.п. (которые в СССР существовали). Это подтверждают и документы: если обратиться к Постановлению о типовом уставе Кассы взаимопомощи от 20 февраля 1959 года, то оно вообще не содержит упоминания о такой возможности – там упоминаются лишь предприятия, учреждения или учебные заведения. Что совершенно логично, учитывая, что кассы были привязаны именно к профсоюзам, которые существовали в рамках советской производственно-управленческой системы… Хотя, повторю на всякий случай, об успешных попытках воспроизвести КВП на «идейной» основе я не слыхал.

Существующие же ныне в России успешные кассы взаимного кредитования скопированы либо с воровских общаков (где контроль над распределением средств и их возврат обеспечиваются силовыми методами, что предполагает соответствующую мораль, отношения между людьми и т.п.), либо с западных аналогов, предполагающих очень высокий уровень взаимного доверия [7].

Само собой, вся система представлений, навыков и расчётов, которая у советского человека была связана с этим институтом, давно перестала представлять хоть какую-то ценность, кроме исторической. Практическая значимость всех этих советских знаний и умений – например, как выбить из кассы внеочередную ссуду и т.п. – сейчас равна нулю. Ценными стали совершенно другие знания – например, как обращаться с хищными россиянскими банками, как не попасть в разные ловушки, расставленные для неосторожных искателей лёгких денег, и т.п.

Почему мы уделили столько времени этому сугубо частому вопросу? Потому что его рассмотрение делает мой тезис наглядным. Даже мелкий советский институт оказался завязанным на глобальные, базовые контуры советской системы, вне которых он функционировать не может. Что иллюстрирует мой тезис: "удержать какой бы то ни было советский «позитив» можно и не пытаться, если только мы не ставим себе задачу восстановления советского строя".

В следующей серии мы рассмотрим пример посложнее, но и поинтереснее.


[1] Хотя и не всегда, в том числе из-за того, что соввласть время от времени запускала лапу в тощенькие средства граждан – например, принуждая их перечислить стипендию или зарплатку «в Фонд Мира» и т.п. Иногда дело доходило и до выгребания КВП через профсоюзную линию - что и имел в виду Галич в известной песенке про «сырку к чайку или ливерной» - но это случалось всё-таки редко, да и к самому функционированию КВП такие акции отношения не имели (хотя на следующем уровне рассмотрения они должны считаться уже системным явлением).

[2] Для азиатцев: нет, я не говорю, «плохими» или «хорошими» были эти представления, я просто констатирую факт.

[3] Интересным теоретическим вопросом является вот что: к какой форме собственности относились деньги, аккумулированные в кассах взаимопомощи?
Согласно десятой статье «брежневской» Конституции (от 12 апреля 1978 года), «cоциалистической собственностью является […] имущество профсоюзных и иных общественных организаций, необходимое им для осуществления уставных задач». Однако собранные в кассе взаимопомощи деньги имуществом профсоюза не являлись, а относились к «трудовым доходам» (о которых статья 13 той же Конституции говорит как об «основе личной собственности граждан». Но вот что интересно – сами советские граждане очень часто называли средства, лежащие в КВП, не иначе как «общественные деньги», и «совсем своими» их не ощущали (в отличии, скажем, от вклада на сберкнижке). Похоже, реальный статус средств КВП в глазах советских людей был ближе всего к «кооперативной собственности» в специфическом советском понимании этих слов. Впрочем, тут мы вступаем на зыбкую почву – так что, обозначив вопрос, уклонимся от дальнейшего обсуждения.

[4] За исключением, может быть, Японии и других азиатских стран, где на определённом этапе развития возникло нечто, отдалённо напоминающее советский ТК. Кстати, если уж что-то с чем-то сравнивать – именно в Японии издавна известны и широко практикуются «кассы взаимопомощи», чем-то напоминающие советские (в частности, окинавские моаи, имеющие очень почтенную историю) – правда, лояльность участников таких учреждений обеспечивается другими средствами, нежели в СССР (зато они напоминают старую Россию, и не только в этом – так, окинавская же система трудовой взаимопомощи юимару напоминает русскую толоку). Впрочем, так мы уйдём слишком далеко от темы.

[5] Не удержусь и приведу ещё один микропример «советского института», знакомого каждому москвичу. Я имею в виду систему оплаты проезда в московском метро. В нём стояли турникеты, которые были рассчитаны не на жетон или карточку, а на пятикопеечную монету. На всех станциях также имелись разменные автоматы, которые позволяли превратить полтинник или гривенник в медяки. Это тоже было по-своему удобно – такая система позволяла не вводить лишних сущностей типа жетонов. Однако она исходила из того, что поездка будет стоить пять копеек ВСЕГДА. Что было возможно ТОЛЬКО в рамках советской системы. Когда пришлось перенастраивать автоматы на полтинник, это было воспринято советскими людьми как «скончание света» - и вдохновило поэта Мирослава Немирова на известное стихотворение.
Это в ту же тему – можно ли рассчитывать на восстановление или использование советских институтов. Задайтесь простым вопросом – можно ли снова сделать «автоматы на пяти копейках» (или на любой другой фиксированной сумме) без полного восстановления советской системы?

[6] Потребительский кредит в СССР, вопреки мнению многих, существовал, но имелись серьёзные сложности и ограничения на его получение и использование.

[7] На Западе имеются частные общества взаимного кредита, чья история насчитывает несколько столетий. Как правило, это «семейно-клановые» кассы.


) продолжение следует (

Истинно-русский православный казак Иван Тырданов нашёл своего Атамана
с митинга
krylov
Оригинал взят у le_trouver в Я просто оставлю это здесь.
dereza



Гламурное-2
с митинга
krylov
А ведь вполне возможно, что в какой-то момент в моду снова войдёт опрощение. Причём именно в долговременный тренд – жизнь вдали от города (когда количество километров до ближайшего города-быдлогадюшника станет вопросом понтов), в экологически безупречном окружении, с сельхозработами и так далее. И, разумеется, натуральным обменом с соседями, взаимными визитами и т.п.

Тут откроются такие возможности для гламурного понтования, что нонешним и не снилось.


ДНЕВНИК СВЕТСКОЙ ДЕВУШКИ

05:00. Встала. Удивительная бодрость, особенно после настоящего ледяного душика. Конечно, обливалась из ведёрка, совершенно другие ощущения, чем от джакузи (фу-фу-фу, ужас). Ксения Собчак в “Работнице” пишет, что встаёт в 4:30, а я считаю – это слишком жёстко для меня. Основа моего мировоззрения сейчас – это скорее самораскрытие, чем самоконцентрация, а в пол-пятого нужна именно концентрация. А я предпочитаю быть открытой навстречу утру.

05:30. Сходила в телятник, потом выдоила Бичер. Какое всё-таки счастье – доить настоящую симментальку, прямо из Швейцарии! Чмоки-чмоки моему дролечке Виталику, что подарил мне такую гламурную тёлочку. Хотя в последнее время задумываюсь о чисто молочной корове, хочу быть в тренде. Но Бичер, конечно, чудо. Вымя просто бархатное и в то же время упругое, а этот звук, когда струйки молока бьют в донце серебряного ведра (от Ажанти, с изумрудиками и перламутровыми вставочками по ободку, обожаю это ведёрко)! Кстати, пользуюсь только кремом для вымени Sensitive Udder с фторализином и маслом сафлора от Toitbel, это подарок Аделаиды. Потом выпила бокал парного молока! Представляете – морозное утро, снежок, наледи – у нас совершенно идеальные наледи, прям на обложку «Сельской жизни»! - и бокал парного молока, естественной температуры тела! Не понимаю людей, которые могут пить химическое молоко из порошка, или хотя бы несвежее, после охлаждения. По мне, так это просто неуважение к себе и своему телу.

07:00. Какая-то дешёвая сука написала в фейсбуке моей Бичер, что у неё нет ста сорока в холке. Идиотка! Это же симменталька, у неё стандарт породы начинается от 137. Быдляки вообще должны сидеть в своей маааасквье и не высовываться за мкад, к приличным людям.

07:28. Стало стыдно за предыдущий пост, убрала из паблика. Ну в самом деле, не все же могут себе позволить Замкадье. Это мне повезло, что у отца оказался кусочек земли под Мухосранском, наследство прабабушки. С другой стороны, а чем я виновата перед всеми этими? Россия вообще-то не резиновая, кто-то должен жить в Москве и прочих тараканниках. Чтобы вырваться, надо работать! Кто хочет, тот пробивается. Вон, Саша Бляблерг из «Россельсноббанка» десять лет пахал как проклятый в Неаполе (ужасное место, тараканник хуже Афин), зато теперь купил себе избу под Большими Дрищами. Из лиственницы. Немножко завидую. Хотя Виталик говорит, что видел ту избу и что никакая это не лиственница, а самая обычная итальянская сосна! Но вообще цены на настоящую лиственницу какие-то совершенно безумные, так что можно понять.

08:52. Лёгкий завтрак. Сделала томатный чатни с хлебом вчерашней выпечки и оливковым маслом от Здоровских-Ставриди, это наши с Виталиком друзья с Сицилии. Очень приличные люди, живут за 8 километров от ближайшего тараканника. Конечно, для России это вообще не расстояние, но у них всё такое тесное! Я, наверное, не смогла бы там жить, хотя экологические стандарты у них вполне достойные и тараканники не такие огромные. Осенью обещали прислать апельсиновый сок. Надо будет, кстати, всерьёз заняться сельдереем, на наших почвах он почти идеален!

09:03. Повтыкала в комп, посмотрела кислотность почв на всех участках. Сейчас уже пора думать о весне. Избыток мочевины у забора, проверить, в чём дело.

11:19. Немного посидела в сети: общалась вконтактике с одной старой подругой. Она, конечно, не нашего круга, но мы вместе учились и многое связывает. Но общего языка у нас всё-таки нет, мы как жители разных миров. Я ей, например, пыталась рассказать, как мы этой осенью зарезали барана, Борьку, я потом неделю рыдала, это был для меня очень важный психологический этап. Как всё-таки точно Ксения Собчак написала в «Работнице», что без опыта умерщвления живого существа человек застывает и не может эмоционально развиваться. Ну, слава Богу, это не про меня! Теперь, когда ем рёбрышки, передо мной стоят глаза Борьки, это придаёт вкусу мяса совершенно иное измерение. Очень-очень жду поросят: Аделаида рассказывала, что резать поросёнка - это глубокий космос и оргазм психоматрицы. Я вся прям в нетерпении, но придётся потерпеть до осени.
Ну и вот, когда я рассказывала про нашего Борьку, и как мы его потом свежевали (не могу об этом думать без волнения даже сейчас) эта тараканщица назвала меня гламурной садисткой! Хотя после этого поставила четыре смайлика подряд, так что я её простила! Но всё равно какой-то неприятный осадок. У меня он всегда остаётся после разговора с какой-нибудь тупой мкадкой, которая мясо в магазине покупает!

13.10. Привезли навоз! Привезли навоз! Ура! Привезли навоз! Куча изумительно сложена, аромат стоит по всему участку!
Мы взяли очаровательный конский навоз у Вайнштоков, у них чудный маленький хутор за 150 км. У Вайнштоков многие хотят брать навоз, он один из лучших, но они почти никому не продают. Виталик как-то с ними договорился по работе, и, в общем, всё получилось. Наконец-то мы можем полностью избавиться от химических удобрений, а то приходилось добавлять, было неудобно перед друзьями. Но теперь у нас 100% эко!
Виталик тоже в восторге. Говорит, что по балансу азот-фосфор навоз почти идеален. Верховой торф на подстилку у нас заготовлен с осени, хотя Собчак рекомендует солому. Но я в этом вопросе очень консервативна: написано в Википедии, что лучший подстилочный материал торф, значит, будет торф! Ещё надо у кого-то найти хороший гусиный помёт для подкормки. Особенно для цветов. Мне обещали шикарнейшие голландские луковицы…



) ф-фу! (

К юбилею Усольского ИТЛ
с митинга
krylov
Оригинал взят у corporatelie в К юбилею Усольского ИТЛ

Несколько дней назад в интернете по новостным ресурсам прошла относительно незамеченной, казалось бы, достаточно безобидная информация о празднике в управлении федеральной службы исполнения наказаний, со ссылкой на пресс-службу ГУ ФСИН РФ по Пермскому краю.

Вот официальный пресс релиз,- http://fsin.perm.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=523&Itemid=1



Советую всем френдам посмотреть ролик,- 2 минуты, зато накал психоделизма зашкаливает.

Процитирую.
"В Соликамском отделе ГУ ФСИН РФ по Пермскому краю отметили 75-летие Усольлага – одного из первых лагерей системы ГУЛАГ. Примечательно, с какой нежностью работники пресс-службы управления описывают работу лагеря, являвшегося частью явления, которое в современной общепринятой системе ценностей характеризуется негативно. "
<…>
 photo gulag_zps9618e49f.jpg


«В январе 1938 года в Усольском ИТЛ НКВД СССР были заложены традиции, которые имеют ценность и в нынешнее время. Это верность Родине, взаимовыручка, уважение к ветеранам. Усольлаг это тысячи километров дорог, сотни лесных поселков, более 60 тыс. сотрудников, рабочих и служащих, трудившихся на протяжении 75 лет, это школы, детсады, клубы. В какое лихолетье был образован Усольский ИТЛ, через сколько тяжких испытаний прошел! Какое мужество за это время проявили его руководители, аттестованный и вольнонаемный состав, чтобы учреждение встало на ноги и успешно решало производственные и социальные задачи», - поделился воспоминаниями заместитель председателя краевого совета ветеранов ГУФСИН России по Пермскому краю Сергей Ерофеев»»
, - говорится в пресс-релизе."(http://www.znak.com/perm/news/2013-01-30/1001736.html)

Местные пермские новости показали небольшой сюжет по краевому ТВ, посвященный этому событию:“Сегодня исполнилось 75-лет со дня основания со дня основания Усольского управления лесными исправительными учережденииям. В честь памятной даты, в бывшем управлении Усольлага, состоялось торжественное мероприятие. Наш корреспондент побывал на празднике.”. В сюжете очень празднично сообщают о том, что за время существования управления было обработано 100 млн. кубометров древесины. В конце двухминутного сюжета повествуется о том, что для гостей на юбилее Усольлага заиграла живая музыка,- была приглашена саксофонистка.

В определенной части блогосферы это вызвало диаметрально противоположные мнения, но  в постах как возмущающихся, так и в новостях фигурируют ошибочные цифры.

Предлагаю уважаемым читателям для независимого анализа краткий исторический обзор, архивные данные и статистические ряды, чтобы осмыслить этот, по меньшей мере, примечательный “юбилей” и восхититься в полной мере этим "праздником души и сердца."

В свете статистики и документов, заявления председателя совета ветеранов ГУФСИН, а также сюжет краевого ТВ заиграют новыми гранями.

Процитирую одну из самых фундаментальных монографий на тему, чтобы уяснить контекст появления лесных лагерей:
"С середины 1937 г. система мест заключения оказалась в новых условиях. Власть развязала массовый террор в самых жестоких формах. Достаточно отметить, что число расстрелянных увеличилось с 1118 в 1936 г. до 353 074 в 1937 г.( ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1. Д. 2740. Л.42.).
В места заключения хлынул невиданный поток. За 9 месяцев (с 1 июля 1937 г. по 1 апреля 1938 г.) число заключенных в ГУЛАГе увеличилось более чем на 800 000, превысив 2 миллиона единовременно сидящих.

Во второй половине 1937 г. и в 1938 г. для руководства страны важнейшей стала карательная функция мест заключения, куда теперь «сбрасывали» избежавших расстрела. Для самого же ГУЛАГа главными проблемами стали прием, размещение, организация охраны и создание хотя бы видимости трудового использования этого гигантского потока людей.(цит.по Система исправительно-трудовых лагерей в СССР. М., 1998)

Read more...Collapse )


Традиционное общество как астрологическая машина (ч. 1)
с митинга
krylov
Этот текст я начал писать довольно давно, после спора с одним коллегой, считающим себя «традиционалистом». С тех пор много воды утекло, «традиционализм» как таковой вышел из моды, а текстик я обнаружил случайно, роясь в старых файлах.

Тем не менее, я решил его продолжить – просто из соображений «чтобы не пропадало». К тому же сейчас у меня сильно болит голова и я просто не способен на какую-либо полезную деятельность – скажем, корректировать партийную программу или вразумлять соратников. А вот отвлечённые умствования в таком состоянии меня несколько отвлекают и рассеивают, так что - - -



ТАК НАЗЫВАЕМОЕ "ТРАДИЦИОННОЕ МИРОПОНИМАНИЕ"

Мы довольно плохо представляем себе так называемое «традиционное общество», причём хуже всего его себе представляют «традиционалисты».

Связано это с тем, что мы не верим в магию. Опять же, менее всего в неё верят те, кто пишет книжки на тему «великих посвящённых» и «герметического символизма». Поскольку точно знают, что никакого колдовства в природе не существует, чудес не бывает, а бывает только холодная, железная машинная цивилизация. Которую они не любят за то, что она «убивает дух», причём под «духом» товарищи понимают, в общем-то, «творчество», «поэзию» и всё такое прочее.

Интересно, однако, посмотреть на наш – как и на традиционный – мир с точки зрения оккультиста. Каковая точка зрения является не столь уж далёкой от нас: оккультизм как мировоззрение можно определить как смесь «инженерного» и «политического» подхода. «Инженерия» касается низшей магии, которая построена практически на механике, политика начинается там, где приходится иметь дело с потусторонними существами, при этом граница между первым и вторым достаточно размыта. Но в любом случае это мировоззрение вполне рациональное, без «поэтизмов».

Чтобы продемонстрировать разницу, возьмём какую-нибудь традиционную «поэтическую» сентенцию. Да вот хоть из того, что уже сказано выше– «холодная, железная машинная цивилизация убивает дух». Как это понимают наши «традиционалисты», понятно. А вот с точки зрения более-менее грамотного оккультиста эта фраза имеет БУКВАЛЬНОЕ значение. Буквальное в самом прямом смысле: предметы из холодного железа и в самом деле имеет власть над нематериальными сущностями, что испокон веков использовалось в практической магии. Так вот, в современном городе, который буквально набит холодным железом, занятия магией, связанные с «вызыванием сущностей», или невозможны, или затруднительны, поскольку духи не любят ферромагнетиков. Никакой «поэзии», всё по гримуарам.

Или возьмём ещё один «поэтизм», уже навязший в зубах - «в древности люди жили согласно природным ритмам». Это и в самом деле так, но опять же – мало кто понимает, НАСКОЛЬКО БУКВАЛЬНО это нужно понимать.

Продемонстрируем это на одном-единственном примере. А именно – рассмотрим традиционное христианское («средневековое») общество как астрологическую машину, управляющую обществом посредством тотальной коррекции дат рождений людей.

ХРИСТИАНСТВО И АСТРОЛОГИЯ

Христианство часто называют «антиастрологической» религией. К этому есть все основания: именно христианские богословы решительно выступали против астрологии как таковой. Достаточно вспомнить Августина, неудачливого астролога, который впоследствии составил компедиум аргументов против астрологов, заключив их такими словами: «истинный христианин должен остерегаться как астрологов, так и всяких прорицателей, особенно тех, которые говорят правду, чтобы, уловив при содействии демонов его душу, они не запутали его в свое сообщество». Василий Великий в «Беседах на Шестоднев» обрушился на астрологию как на прямую хулу на Творца, то же говорил и Дамаскин… Антиастрологическая полемика проходит через все сочинения христианских богословов.

Однако полемика эта касается скорее идеологических мотивов. Античная астрология не устраивала Отцов Церкви своим мировоззренческим фундаментом – то есть учением о неумолимом предопределении судьбы силами звёзд и планет. Ключевое слово здесь – «неумолимое». Для христианина признать власть звёзд и в самом деле означает умалить власть Творца (а также и человека, о чём мы скажем ниже).

При этом вопрос о том, являются ли небесные явления ЗНАЧИМЫМИ, для религии, включающей в себя предание о Звезде Волхвов, решается совершенно однозначно: да.

Более того – практические занятия, связанные с анализом и вычислением небесных явлений, довели до совершенства именно христиане, хотя бы потому, что большая часть христианских праздников «переходящие». Вычисление их дат связано с тончайшими проблемами движения Луны и Солнца.

ВСТАВКА. ПАСХАЛИЯ

Достаточно посмотреть, как устроена Пасхалия, основное правило которой гласит: «Пасха празднуется в первое воскресенье после первого полнолуния, наступившего после дня весеннего равноденствия». Для того, чтобы хотя бы понять эту фразу, нужно быть астрономом или астрологом.

Чтобы убрать сомнения: в «Алфавитной Синтагме» византийского монаха-канониста Матфея Властаря «Солунского» (? – ок. 1360) по поводу приводится такое рассуждение:

«Хорошо исследовать: для чего повелено нам совершать Пасху после весеннего равноденствия. Когда Бог приводил мир из небытия в бытие, тогда от первого дня даже до седьмого было точное равноденствие, - ни день, ни ночь не превышали один другую ни на мгновение: ибо хотя еще в четвертый день новосозданные светила осветили мир, однако им не было повелено поступить движением вперед, как это происходит ныне во вселенной. Солнце, вступив в первый равноденственный отдел Зодиака, стояло на первом градусе овна; а луна стала на диаметрально противоположной стороне, против осеннего равноденствия, в знаке Весов…»


Думаю, тут уже всё понятно: это чисто астрологическое рассуждение.


) продолжение следует (

Нечто на экономическую тему. Часть 1
с митинга
krylov
Мне задают довольно много вопросов на экономические темы. Дескать – про национальное угнетение рассуждать все горазды, а вот вы про налоги, деловой климат и приватизацию доложитесь.

Я, в принципе, кое на что отвечал. Но поскольку всё это были именно что «отдельные ответы», картинка у публики, похоже, так и не сложилась. В результате я регулярно читаю про себя и свою позицию какие-то глупости типа «Крылов против пересмотра итогов приватизации». И это когда я написал о той же приватизации, в частности, вот это.

Ну что ж, давайте про экономику, собственность и прочие такие темы.

Сразу предупреждение: я говорю исключительно от своего имени. Это не «экономическая программа русской партии», это не мнение РОД, это лично мои представления.

Извините, будет длинно. Потому что я здесь расписывают не "программу" (которая должна быть достаточно сжатой, внятной и состоять из "предложений обществу"), а именно что основания своих взглядов. Не только "что", но и "почему".

Любителям "подката" напоминаю: я не подкатываю свои постинги, потому что считаю, что быстрее перемотать страницу, чем открыть новую. Если Вам претят длинные и скучные рассуждения - читайте Тёму Лебедева, у него коротко и сматчно.


1. ОБЩИЕ СООБРАЖЕНИЯ

Начнём с банального: частная собственность (и в первую очередь – на средства производства) – основа человеческой цивилизации. «Свои вещи, свой дом, своя земля». Даже здоровье и жизнь отдельного человека менее важны, чем Собственность, хотя бы потому, что от его собственности зависит благополучие его семьи и рода.

Однако нужно понимать, что такое собственность. Это больше, чем факт владения или распоряжения чем-то. Вор не является владельцем кошелька, который он украл, а насильник – мужем женщины, которую он изнасиловал.

Собственность возникает там, где всё общество в целом соглашается с тем, что некто является собственником.

Тут есть несколько очень значимых моментов.

1. Во-первых, необходимо отличать НЕДОВОЛЬСТВО чем-то от НЕСОГЛАСИЯ с чем-то. Недовольство – это «чуйство», а несогласие – это руководство к действию. Недовольство демотивирует, его единственная цель - избавиться от непритного чувства путём его выплёскивания наружу. Несогласие же человека "заводит", мотивирует "заниматься темой".

Применительно к нашему случаю. Человек может быть крайне недоволен тем, что у миллионера есть дворец, а у него на водку не хватает. Но при этом он может быть вполне согласен с тем, что миллионер владеет дворцом законно и по праву, а он сам – просто тихий алкоголик. Поэтому он и не будет пытаться отнять у миллионера дворец, а будет тихо бухтеть у себя на кухне о несовершенстве мироздания. А вот если человек НЕСОГЛАСЕН с тем, что дворец у миллионера законный, он попытается собрать соответствующие документы и подать на миллионера в суд [1]. Если это невозможно (допустим, в стране царит диктатура, а миллионер близок властям), он начнёт компанию в прессе, передаст сведения за границу, в крайнем случае - внукам правду расскажет… Но не забудет и не простит.

2. Очень важно, что согласие должно быть именно всеобщим. Как мы уже показали выше, несогласие одного-единственного человека может иметь значение. Конечно, несогласного человека можно «купить или убить». Например, советская власть истребила миллионы людей, несогласных с тем, что у них отняли собственность, а остальных запугала до икотки. И всё равно она преследовала даже отдельных диссидентов, в которых подозревали несогласие. При этом недовольное бурчание миллионов пролетариев благодушно игнорировалось.

3. А вот причины, по которым общество признаёт собственность законной или незаконной, могут быть самыми разными. Не существует абстрактного критерия «законности собственности». Тут всё определяется общим согласием. Например, в истории были общества, которые сходились на том, что «чрезмерное богатство» непозволительно, и «слишком богатых» заставляли раздавать часть собственности бедным. Где-то аргумент «шёл – нашёл» (или даже «украл – не поймали») является достаточным для признания прав собственности, а где-то отношения собственности устанавливаются только после сложной процедуры с разбирательствами. Где-то разбойный набег и захват добычи считаются почётнейшим и законнейшим способом приобретения материальных благ, а где-то к этому относятся прямо противоположным образом. Были общества, которые считали, что люди имеют право владеть другими людьми (рабами), а были общества, которые считали данный вид собственности непозволительным и незаконным. Были общества, запрещавшие «роскошь», а были общества, её поощряющие. В общем, вариантов тут много и общего правила нет.

Ещё более тонкими являются различия в отношениях к собственности не вполне законной, сомнительной и т.п. Есть люди и народы, которые по пятьсот лет помнят, что «это была их земля», а есть такие, которые готовы признать права захватчика через год-другой. Есть люди, которые готовы признать собственность священной, если её владелец продемонстрировал своё благочестие (скажем, пожертвовал что-то церкви или монастырю), а есть те, кому на это наплевать. Некоторые готовы признать, что собственность законна, если её владелец принёс пользу обществу (например, благотворительностью), а есть те, которые готовы «всё простить» просто за хватку и оборотистость: увеличил капитал в двадцать раз – значит, хороший собственник. Где-то считается, что владелец имеет право делать со своей собственностью всё что угодно, «хучь болото шелками мостить», а где-то считается, что владелец поля должен его засевать и собирать урожай, а если оно зарастает бурьяном, его надо отобрать у лентяя и отдать трудолюбивому… И так далее – тут всё зависит от конкретного социума.

4. Наконец – даже если какая-то собственность признаётся незаконной, общество может по-разному относиться к разным способам её возвращения. Скажем, где-то принято так – если не можешь вернуть себе захваченный дом, спали его, и про тебя будут петь песни. А где-то подобное считается недопустимым: нельзя ломать вещи, даже если у тебя их нечестно отняли, ты разбейся в лепёшку, но верни в целости. Где-то считается лучшим способом возвращения законной собственности – лихой налёт на незаконного собственника, с шашками наголо, гиканьем и уханьем. А где-то – только судебное разбирательство, а где-то ещё нужно вмешательство шамана или священника, а где-то ещё как-то. Опять же общих правил тут нет: всё зависит от конкретного общества [2].

ПРИМЕЧАНИЯ.

[1] При этом он может даже и не быть недовольным тем, что миллионер имеет дворец. Скажем, журналист раскопал сведения о том, что владелец газеты, где он работает, занимается незаконной экономической деятельностью. При этом у него хорошие отношения с владельцем газеты, ничего лично против него он не имеет, даже наоборот. Но он честный человек – и, стиснув зубы, он пишет разоблачительную статью. (Это я пересказываю сюжет второй книги Стига Ларссона, если что).

[2] Приверженец той или иной «философии собственности» тут начнёт возражать – нет-нет, всё не так, есть некие априорно истинные принципы, на которых должно быть всё устроено по-правильному и которые изложены в каком-нибудь трактате, ну скажем, «у Маркса» или «у Мизеса», или там в Кодексе Наполеона. Я не то чтобы против Мизеса или Наполеона, да и у Маркса «что-то есть». Я просто хочу сказать, что реальное разнообразие человеческих обществ и их отношений к собственности, законности её приобретения, пределов использования и правил распоряжения очень велико. «Везде всё по-разному» и «всё меняется со временем», ага-ага.


) продолжение следует (

Притча о чистых руках
с митинга
krylov
Давным-давно в земле Уц, что в стране Нод, в отдалённом селении, жил осторожный человек. Был он от природы наделён умом и добротой, так что в другом месте и в другое время мог бы прослыть праведником. Но жители земли Уц презирали ум и добро, а восхищались лишь тёмными пророчествами и бессмысленной жестокостью. Поэтому они гнушались умными и добрыми людьми, а если те были слишком назойливы – изгоняли их в пустыню Гад.

Осторожный человек не хотел стяжать на себя ненависть и презрение ближних. Ещё больше он боялся пустыни Гад. Поэтому он каждый день говорил какую-нибудь смешную глупость и делал какую-нибудь мелкую гадость. Но этого не всегда хватало, и время от времени приходилось творить настоящее зло. Однажды близкий друг сказал ему – «ты чересчур умён», и человеку пришлось на него глазах задушить нищенку и украсть её медяки, чтобы очистить себя от подозрений. В другой раз жена сказала ему – «ты слишком добр» - и ему пришлось у неё на глазах изнасиловать ребёнка, чтобы восстановить спокойствие в семье. Но вообще-то он старался жить он тихо и незаметно, не делая большого зла и не привлекая излишнего внимания.

Однажды в страну Нод пришла болезнь. Люди умирали от страшной боли в желудке, а лица их становились синими. Никакие лекарства от этой хвори не помогали. Напрасно жрецы закалывали на алтарях юных дев и истязали юношей, вымаливая у богов пощаду и милость. Болезнь свирепствовала, трупы гнили в канавах, трупы лежали на улицах, и смрад разлагающейся плоти накрывал города.

Дошла болезнь и до земли Уц, добралась она и до селения, где жил осторожный человек. В селении начали умирать люди. Умерла и жена осторожного человека, его дети умерли тоже, у него на глазах. Умерли и все его друзья, и все недруги тоже умерли, один за другим.

И осторожный человек впал в отчаяние и забыл свою осторожность. Он обратился с мольбой к богам земли Уц – пусть они укажут средство от болезни.

В ту же ночь ему явился бог. Лик его был светел, а рога сияли, словно Утренняя Звезда и Вечерняя Звезда, за спиной же его реяли грозные сонмы ангелов.

Осторожный увидел бога и заплакал о своей участи.

- Тебе ведомо, - сказал он, глотая слёзы, - я просто хотел прожить свою убогую жизнь спокойно. Но у меня больше нет сил смотреть на страдания людей. Укажи мне средство от болезни, и я проповедую его, и пусть меня считают мудрецом и праведником, будут презирать и смеяться надо мной, а потом изгонят в пустыню Гад.

Бог расхохотался.

- Что ж, - сказал он, отсмеявшись, - слушай: болезнь заводится от мельчайших существ, невидимых глазу, которые живут в гнилом и тухлом. Но для того, чтобы заразить человека, они должны попасть в желудок. Достаточно хорошенько вымыть руки перед едой, и вредоносные существа не войдут в тебя. Также нужно мыть руки после туалета, чтобы испражнения не проникли в рот: в них тоже есть невидимые существа. Иди и проповедуй это людям. Они тебя услышат и поверят тебе, - и он опять рассмеялся.

Человек поблагодарил бога за великую милость и пошёл проповедовать мытьё рук. Сначала, как обычно, его не слушали, но страх заставляет людей хвататься за любые средства. И некоторые стали мыть руки перед едой, и не заболевали. Когда это выяснилось, руки стали мыть и другие, а потом и все. Болезнь иссякла, и трупов на улицах не стало.

Однако, как уже было сказано, человек тот был умён и осторожен. И когда он увидел, что эпидемия пошла на спад, он продал свой дом и пашню, хорошенько запрятал деньги, а сам бежал в пустыню Гад, в которую до сих пор никто не уходил по своей воле.

Там он прожил десять лет, надеясь, что за такой срок его забудут, и он снова сможет вернуться в землю Уц.

И по прошествии десяти лет он вернулся. Был он опалён солнцем и измождён, так что узнать его было невозможно. Но он всё же опасался случайных встреч, и поэтому избегал торных дорог, а пробирался окольными тропами.

Как оказалось, страхи его были не напрасны. Первое же селение, которое он увидел, было разрушено и сожжено, а тела жителей лежали на площади перед храмом богов, и у всех были отрублены руки.

Осторожный осмотрел тела, и нашёл одного живого. Тот истекал кровью и умирал, но осторожный успел спросить его, что произошло.

- Нас истребили умывающие руки трижды, - прошептал умирающий, - за то, что мы омывали руки всего лишь дважды.

В другом селении, тоже сожжённом и разграбленном, все жители были посажены на колья, а с рук содрана кожа.

Осторожный нашёл последнего живого, в муках извивающегося на колу, и спросил его, кто и почему с ним так поступил.

- К нам пришли омывающие руки четырежды, - прохрипел тот, - и истребили нас за то, что мы омываем руки только трижды.

Осторожный шёл от селения к селению, и все они были разрушены, а жители истреблены. Иногда он видел живых, но старался скрыться незамеченным – он был достаточно умён, чтобы не попадаться на глаза омывающим руки дважды, трижды или четырежды.

Родное его селение тоже было разрушено. Клад его, однако, остался нетронутым, так что он выкопал деньги и пошёл дальше.

Однажды ему встретился отшельник. Измождённый, с безумными глазами, он сидел над ручьём и тёр пемзой руки, сплошь покрытые кровоточащими язвами. Увидев осторожного, он вначале испугался, но осторожный обратился к нему ласково и пообещал не причинять вреда, если тот расскажет ему, что происходит.

Отшельник рассказал ему, что по всей стране бушует война – люди считают друг друга разносчиками болезней и убивают целыми селениями тех, кто, по их мнению, недостаточно тщательно моет руки. Только в столице земли Уц, городе Дите, и его окрестностях, царит мир, потому что тамошний правитель следит за порядком и не допускает кровопролитий. Он же сам ушёл из Дита, потому что там слишком много неправедных, которые только делают вид, что моют руки, а на самом деле не совершают и десятка омовений в день. Он же сам дал обет вымыть руки десять тысяч раз, даже если сотрёт кожу до костей, чтобы только очиститься навсегда и навеки.

Осторожный не стал спорить с отшельником, а поблагодарил его и отправился в Дит, чтобы своими глазами увидеть, что там творится.

Когда он подошёл к воротам Дита, стражники потребовали от него вымыть руки сто раз и заплатить за воду для омовения десять монет. Осторожный человек, однако, хорошо знал жителей земли Уц и предложил им две монеты, и стражники пропустили его.

В городе было сыро и грязно. Всюду стояли чаши с мутной водой, и везде текли канавы, а жители стояли перед ними на коленях и непрерывно мыли руки. Богатые мыли руки в чистой воде, а бедные - в сточных водах, потому что чистой воды не хватало на всех. Повсюду ходили стражники, следящие за совершением омовений, и били палками тех, кто брезговал сточной водой.

На площадях Дита проповедовали мудрецы, и каждый учил совершать омовения особенным образом, утверждая, что только его способ истинный. Когда осторожный проходил мимо одной из площадей, два мудреца вцепились друг другу в седины, потому что один учил, что сначала нужно мыть левую руку, а другой – что правую.

Но всё-таки это было лучше, чем колья и содранная кожа, так что осторожный человек решил, что останется в столице и попробует найти работу. Выяснилось, что для пришлого человека без связей проще всего устроиться на кладбище могильщиком. Половина жителей города умирала от желудочных заболеваний, так что мертвецов хватало.

Однажды на кладбище пришли стражники и сказали, что умер любимый сын правителя, и похоронить его нужно срочно и в большой тайне. На это отрядили нескольких человек, и осторожный попал в их число.

Когда он переступил порог дворца правителя, то увидел потёки на мраморном полу и испачканные стены. Люди в золотых одеждах марали себе лица нечистотами, а прекрасные дамы обсасывали грязные пальцы. И повсюду висели картины. На них были изображены какие-то мерзкие существа с рогами, клыками и зубами, одно страшнее другого, а под картинами стояли золотые блюда с гнилью, в которой копошились черви и зелёные мухи. Вонь стояла такая, что осторожного чуть не стошнило.

Сын правителя лежал в ванне с гнилой кровью. У трупа было синее лицо и раздутый живот, и осторожный понял, что он умер от желудочной болезни.

Тогда он обратился к одному из носителей золотых одежд, и, почтительно кланяясь, осведомился, отчего здесь такая грязь.

Человек в золотых одеждах улыбнулся.

- Высшее наслаждение властителей, - сказал он, - самим делать то, что мы запрещаем подданным. Вы, рабы наши, постоянно моете руки и даже убиваете друг друга из-за неправильного мытья рук. Мы, владыки, презираем это глупое учение и тайно наслаждаемся грязью и испражнениями. Кроме того, - показал он на картины, - мы поклоняемся невидимым существам, живущим в гнилом и тухлом. Есть мудрецы, которые зрят их в снах и видениях и изображают для нас, а мы приносим им жертвы. Скоро ты узнаешь об этом гораздо больше, - пообещал человек в золотых одеждах и снова улыбнулся.

Осторожный понял, что после похорон его убьют, как и остальных могильщиков, чтобы они не проболтались о том, что видели во дворце. Тогда он бросился на человека в золотых одеждах и свернул ему шею, а сам переоделся в его платье и скрылся.

Точно неизвестно, как сложилась судьба осторожного. Некоторые думают, что он снова ушёл в пустыню Гад, где и умер. Некоторые – что он тайно вернулся в Дит и проповедовал там истинное учение. Утверждают также, что он постиг настоящую природу людей и утопился в самом грязном нужнике, какой смог сыскать в городе. Иные же рассказывают, что он покинул пределы земли Нод, и, странствуя, добрался до державы ромеев, где благодаря своей осторожности вошёл в милость к кесарю Тиберию и был им возвышен до префекта земли Иудейской. Говорят, он и там проповедовал мытьё рук, но не был понят... Есть о нём и другие истории, ни одна из которых не достоверна. Истину же знает лишь бог, чьи рога сияют, словно Утренняя Звезда и Вечерняя Звезда.

)(

Чей Пушкин?
с митинга
krylov
Известный hasid содержательно разговаривает:

Лытдыбр о национализме

Сегодня в "Маяке" после большого содержательного разговора сформулировались несколько кратких тезисов:

1)Центром имперской России ("единой и неделимой") становится Кавказ. Потому русским имперцам (типа "Максима" "Калашникова") ничего не остаётся, как вступать в союз с Кавказом "ради великой, межгалактической России" (это уже отсыл ещё к одному "теоретику новой русской космогонии и протоарийцу" Егору Просвирнину).

2)Европейским русским националистам (от нацдемов до стремительно мигрирующим к ним Константина Крылова) ничего не остаётся, как полностью отбросить весь прошлый багаж романовско-имперской и советской России, и строить с чистого листа свою "новую Хорватию" (или "новую Эстонию"). Пушкин, академик Павлов и Гагарин остались в чужом государстве, и к новой формируемой нации они не имеют никакого отношения.

3)Если встанет выбор между условными "Юнес-бек Евкуровым" и "Дёмушкиным", то, конечно (как это ни горько), надо принимать сторону "Юнус-бек Евкурова". Потому что он стремится стать лучше, вылезти из аула в город, а второй стремится увести всех из цивилизации в архаику.

4)Рано или поздно все эти процессы, кратко оговоренные в первых трёх тезисах, начнутся в России. И тогда стране нужен будет Арбитр для развода "нескольких Россий". Либо, если повезёт и Путин будет жив и здоров и способен править страной ещё хотя бы 10-15 лет - для постепенной её трансформации в Европу. Наилучший выход - царь. Кто-то из германских династий (необязательно Романовы, лишь бы цивилизованный европеец).



Ну что ж, раскроем содержание.

1. ПРАВДА-МАТКА

Первый тезис верен, Кавказ сейчас является государствообразующим, если под государством понимать путинскую Многонационалию. И никакой другой государствообразующей опоры у этой уродливой вонючки нет. «Тут сердечко бьётся».

Так что имперцы (точнее, ордынцы), естественно, будут вынуждены искать закон именно в Грозном. И найдут, чё. Собственно, уже нашли.


2. О ЧИСТОМ ЛИСТЕ И СОБСТВЕННИКАХ РУССКОГО ПРОШЛОГО

Разговоры насчёт «чистого листа» взяты с потолка и высосаны из пальца. Просто потому, что народ, становящийся нацией, никогда не отрекается от своего прошлого, а наоборот – становится его СОБСТВЕННИКОМ.

Для «несовершеннолетнего» этноса прошлое является грозной, неодолимой силой, которой можно покоряться или уж бежать со всех ног. Какие-нибудь «местные обычаи», «адат», обязательно требуют «выбора» - или живи по ним, или беги (неважно уже куда – можно в вахи, можно в европейцы). Или – религия: жуткое, серьёзное дело: исполняй или отрекайся. «Прими или уходи».

А вот когда народ становится нацией, ситуация переворачивается. Прошлое перестаёт «давить и определять» и становится ЦЕННОСТЬЮ. То есть чем-то таким, чем можно РАСПОРЯЖАТЬСЯ. Не в смысле «искажать и фальсифицировать» (искажения и фальсификации имеют смысл только для донациональных культур, которыми через это можно управлять), а – искать и находить интересное, подчёркивать важное «именно сейчас», фантазировать, да просто любоваться. Не случайно становление национальных государств обычно сопровождает взлёт исторической романистики. «Дюма и Вальтер Скотт» возможны именно в национальных государствах, осознавших себя таковыми.

Если брать эту сторону дела, русские давно уже мыслят себя именно нацией, и отношение к своему прошлому у них вполне европейское. Взять хотя бы отношение к национальной истории: загоскинский «Юрий Милославский» был написан – хоть и по французским лекалам - в 1829 году (и удостоился змеиного укуса Гоголя). Дальше больше: к началу двадцатого века сложилась школа русского исторического романа. В советское время из всего этого был разрешён Мельников-Печерский - видимо, по причинам, описанным Галковским («старообрядчество»). Ещё был Алексей Толстой - "опричнина". Ледяной дом" реанимировали на моей памяти - "макулатурная" книжка, "по талонам". Всё остальное если и издавалось, то крохотными тиражами; думаю, вся русская историческая романистика, изданная в СССР, по суммарным тиражам уступала одной-единственной французской книжке про мушкетёров. Про экранизации (и их качество) не говорим - "сами помните".

Уж если мы заговорили о советском. «Советская культура» была искусственно азиатизированной культурой белого народа. В частности, русским разрешали их же собственную историю только в азиатско-еврейской редакции, под азиатско-еврейским контролем, и, разумеется, с азиатско-еврейским отношением к ней. Например, советская «пушкинистика» - начавшаяся с торжественного празднования столетнего юбилея убийства Пушкина [1] - закономерно превратилась в «Пушкин пушкински велик». То есть литературоведения просто не было - была "халва-халва-халва", "Гоголь Гоголь Гоголь Гоголь", "Толстой – великая медведица пера". На этом фоне "тартусская школа" казалась глотком чистого во и в окошке све. Что касается отношения к истории, то ПОТОЛОК исторического самосознания народа находился где-то на уровне романов Пикуля (который соблюдал все советские ограничения от аза до ижицы, но при этом всё равно был ненавидим турецкоподданными просто за род занятий: "это можно только Юлиану Семёнову и Эйдельману, а ты куда лезешь необрезанный, вот мы тебя"). Но вообще-то он был сильно ниже.

Про постсоветскую литературу и кино на исторические темы лучше не говорить. Раздинский, Радзинский, Радзинский.

Сейчас ситуация выглядит так. Грязные азиаты, «турецкоподданные», держат в своих грабках культуру великого народа и отдавать её законным владельцам не хотят, потому что понимают, что это ценное имущество. Нам это, собственно, и объявляют. «Хотите национальное государство? А мы вам вашу историю не отдадим. Она – нашенское добро. Цари русские теперь наши, войны русских – теперь наши, трагедии русских «мы сами обработаем», а вам нельзя. Русская культура вся наша, наша. Пушина не отдадим, Пушин наш, мы его двести лет сосём и сосать будем. И Толстой наш, и Достоевский, и Чайковский, и Гагарин тоже наш, это всё наше тёпленькое, гретое, мы тут роимся-жужукаемся, и вам, голодранцам, ничего назад не возвернём».

На это ответ простой. «Прошлый багаж романовско-имперской и советской России» - это законное имущество русской нации. Пушкин, академик Павлов и Гагарин - это русская история и русская культура. Как мы с ней будем обращаться – это НАШЕ ДЕЛО.

Что касается турецкоподданных: беритесь за руки, друзья, грузите в таратайки тома Шолом-Алейхема и под чарующие звуки песен Полада Бюль-Бюль Оглы топайте в Турцию.

[1] Кстати. Народ до сих пор как-то не понимает, что при Сталине отметили именно ЮБИЛЕЙ УБИЙСТВА. Но юбилеи – это всегда юбилеи успехов. То есть на самом деле выходит – «мы его убили, ограбили, присвоили имущество и теперь празднуем это дело». Советские и в самом деле присвоили себе Пушкина, как старинную усадьбу, в которой потом была чрезвычайка, а теперь райком.

душевно
с митинга
krylov
Интересное японское раскрытие темы Ленина и Сталина, обнаруженное в сообществе ru_klukva_ru.

Красная роза - эмблема любвиCollapse )

Сталин предсказуемый, а вот Ленин мне очень понравился. Наконец-то вождя и в самом деле нарисовали человечным.

)(

Листая старые страницы
с митинга
krylov
Из старых комментариев к одному тексту (не моему), где упоминались Галковский и ещё ряд людей. Пожалуй, сохраню фрагменты о Галковском и покойном Сергее Кизюкове.

У Галковского важно систематическое переворачивание советской системы оппозиций по линии «архаика/модерн».
Начиная с главной советской оппозиции: «отсталая архаичная феодальная Россия» - «СССР как попытка модернизации, где-то жёсткой и кровавой, но именно модернизации», «Трактор вместо иконки». У Галковского наоборот – Белая Россия, как стремительно модернизирующаяся страна, и СССР как реванш азиатчины и дикости, а советский модерн – как азиатскую фальшивку, «деревянные трактора» и натуральные трупы (и заводы, построенные американцами).
Если угодно, он понимает советский псевдомодерн как карго-культ, похожий на нынешний постсоветский, только при совке предметом культа были «средства производства», а теперь – сами «предметы потребления».
Точно так же он переворачивает и другие советские оппозиции по той же линии. Например, «отсталая дикая власть – прогрессивная интеллигенция». Нет, говорит Галковский, европейского уровня чиновники – и дикая, мерзкая, подло продажная «интеллигенция», состоящая из азиатов и евреев, полностью управляемая извне.
И так во всём.

[...]

Это, конечно, политкорректно, но по сути ситуация иная. Я считаю антисемитизм очень важным, но архаичный антисемитизм описанного тобой образца и в самом деле «до конца презираю». Я бы назвал ситуацию так, - очищение не от антисемитизма как такового, а от ЮДОЦЕНТРИЗМА. То ест картина мира, где в центре стоит Еврей – это и я, и [...] отвергали, разумеется. При этом известное неприятие евреев остаётся, как и тема исторических счётов.
У Галковского, кстати, то же самое отношение. Евреи для него – отрицательные персонажи, но не центр мира, более того, те, для кого евреи центр мира – тоже отрицательные персонажи (и более того, такие - чуть ли не хуже евреев). Для него юдоцентризм – признак советчины.
Остальное правильно. Евреи не демоны, а просто люди, и т.п.

[...]
Удод первый в консервативном движении поставил вопрос «идеалы или интересы?» и заинтересовался именно «точкой зрения интереса». Его формулировки типа «что это даёт лично мне» и т.п. сейчас выглядят старомодно: люди, мыслящие в категориях интересов, довольно быстро учатся корректности (которая для идеалистов выглядит «лицемерием»). Но для своего времени это было очень круто.
И ещё одно достоинство Удода: он последовательно скрещивает русскую тему с современной культурой. У него серьёзнейшие ЭСТЕТИЧЕСКИЕ разногласия с фофудьёй. Он считает, что русский может читать и писать фантастику (не специальную «православную», а нормальную), любить авангард и современное искусство (в котором он разбирается), и вообще.


) занят, ничего нового не пишу (